Цитаты
286797
Как известно женщинам, мужчины делятся на две категории.
Первая считает женщин подарком небес.
Вторая считает себя даром божьим для любой женщины.
Сказки заканчиваются свадьбой? Ошибаетесь, они с нее – начинаются. Мирный договор с Вирмой, и на остров отправляются его высочество Ричард и ее высочество Анжелина. Какое решение примут боги вирман, сплетая клубки судеб в прихотливое полотно? Удастся ли им уцелеть в войне между кланами? Сватовство – и в Уэльстер за ее высочество Марией отправляется граф Иртон с семьей. А в Уэльстере неспокойно, в Уэльстере зреет бунт. Не окажется ли семейство Иртон в самом центре событий? Хотите мирной жизни,...
Что ж, она ему нравится ничуть не больше, чем он ей. Вот уже и нашли что-то общее.
Живешь себе, живешь, а потом раз и соглашаешься помочь старому другу. Кто бы знал, чем эта помощь закончится! Выдернули в другой мир. Демоницей обозвали. Да еще и поручили отыскать подходящую невесту местному Повелителю Тьмы. А то сам он, бедолажный, никак не справляется. Оно и понятно, женитьба – дело сложное. Вот и придется Жорке заняться, что невестами, что Повелителем, что древним Замком, у которого тоже характер имеется. И тайны. Смертельные. А кто сказал, что демона нельзя убить? ...
Даже на портрете дама гляделась… внушительной.
Честно говоря, именно эта её внушительность и смущала. И немного – боевая секира, ласково приткнувшаяся к девичьему плечу.
– Весьма серьезная особа, – согласился Ксандр, подхватив портрет. – И скажу, что здесь рисовали тщательно. Оно и понятно. С нее станется за нетщательность руки отрубить.
Живешь себе, живешь, а потом раз и соглашаешься помочь старому другу. Кто бы знал, чем эта помощь закончится! Выдернули в другой мир. Демоницей обозвали. Да еще и поручили отыскать подходящую невесту местному Повелителю Тьмы. А то сам он, бедолажный, никак не справляется. Оно и понятно, женитьба – дело сложное. Вот и придется Жорке заняться, что невестами, что Повелителем, что древним Замком, у которого тоже характер имеется. И тайны. Смертельные. А кто сказал, что демона нельзя убить? ...
Коготь был длинным и слегка изогнутым, а еще поблескивал лаком. И камушек в нем сиял. Синенький. Надо же, какой лич… метросексуальный.
Живешь себе, живешь, а потом раз и соглашаешься помочь старому другу. Кто бы знал, чем эта помощь закончится! Выдернули в другой мир. Демоницей обозвали. Да еще и поручили отыскать подходящую невесту местному Повелителю Тьмы. А то сам он, бедолажный, никак не справляется. Оно и понятно, женитьба – дело сложное. Вот и придется Жорке заняться, что невестами, что Повелителем, что древним Замком, у которого тоже характер имеется. И тайны. Смертельные. А кто сказал, что демона нельзя убить? ...
Я поспешно придвинула к себе миску с чем-то, весьма похожим на пахлаву. Пахло от нее медом и травами, и кажется, орехами. Голос совести очнулся, шепотом напомнив о диете. Я же велела ему заткнуться. У меня стресс. Какая диета!
Живешь себе, живешь, а потом раз и соглашаешься помочь старому другу. Кто бы знал, чем эта помощь закончится! Выдернули в другой мир. Демоницей обозвали. Да еще и поручили отыскать подходящую невесту местному Повелителю Тьмы. А то сам он, бедолажный, никак не справляется. Оно и понятно, женитьба – дело сложное. Вот и придется Жорке заняться, что невестами, что Повелителем, что древним Замком, у которого тоже характер имеется. И тайны. Смертельные. А кто сказал, что демона нельзя убить? ...
А демоница ела.
Голодная. Главное, сама-то маленькая, зубы тоже невелики, такими и добычу толком не ухватишь, зато вилкой и ножом управляется весьма ловко. Даже поневоле закрадывается мысль, что правы были те, кто утверждал, будто сии предметы суть порождение мира Хаоса.
Вилкою души цеплять удобнее.
Живешь себе, живешь, а потом раз и соглашаешься помочь старому другу. Кто бы знал, чем эта помощь закончится! Выдернули в другой мир. Демоницей обозвали. Да еще и поручили отыскать подходящую невесту местному Повелителю Тьмы. А то сам он, бедолажный, никак не справляется. Оно и понятно, женитьба – дело сложное. Вот и придется Жорке заняться, что невестами, что Повелителем, что древним Замком, у которого тоже характер имеется. И тайны. Смертельные. А кто сказал, что демона нельзя убить? ...
Я в театре школьном, помнится, одно время числилась и даже играла. Лошадь. Переднюю часть её. Заднею была Машка, которая то спотыкалась, то толкала меня в спину, а еще постоянно ныла, что ей тяжело. В общем, после Машки я с ролью демона как-нибудь да справлюсь.
Живешь себе, живешь, а потом раз и соглашаешься помочь старому другу. Кто бы знал, чем эта помощь закончится! Выдернули в другой мир. Демоницей обозвали. Да еще и поручили отыскать подходящую невесту местному Повелителю Тьмы. А то сам он, бедолажный, никак не справляется. Оно и понятно, женитьба – дело сложное. Вот и придется Жорке заняться, что невестами, что Повелителем, что древним Замком, у которого тоже характер имеется. И тайны. Смертельные. А кто сказал, что демона нельзя убить? ...
Анька вечно читала книжки про то, как кто-то там куда-то попал. Глаза защипало от обиды. Читала, выходит, Анька, а попала я? Так не честно!
Живешь себе, живешь, а потом раз и соглашаешься помочь старому другу. Кто бы знал, чем эта помощь закончится! Выдернули в другой мир. Демоницей обозвали. Да еще и поручили отыскать подходящую невесту местному Повелителю Тьмы. А то сам он, бедолажный, никак не справляется. Оно и понятно, женитьба – дело сложное. Вот и придется Жорке заняться, что невестами, что Повелителем, что древним Замком, у которого тоже характер имеется. И тайны. Смертельные. А кто сказал, что демона нельзя убить? ...
Сама демоница оказалась… маленькой.
И хрупкой с виду.
Правда, при всей этой хрупкости фигура её отличалась мягкостью линий. И грудь имелась. Такая… в общем, очень демоническая грудь, ибо как еще объяснить то, что Ричард на неё уставился.
Живешь себе, живешь, а потом раз и соглашаешься помочь старому другу. Кто бы знал, чем эта помощь закончится! Выдернули в другой мир. Демоницей обозвали. Да еще и поручили отыскать подходящую невесту местному Повелителю Тьмы. А то сам он, бедолажный, никак не справляется. Оно и понятно, женитьба – дело сложное. Вот и придется Жорке заняться, что невестами, что Повелителем, что древним Замком, у которого тоже характер имеется. И тайны. Смертельные. А кто сказал, что демона нельзя убить? ...
При мысли о походе заныла задница, которая никак не желала вновь оказываться в седле. И спина тоже. Заломило плечи, на которые будто упала вся тяжесть походного доспеха. Нет, к походу он не готов даже для великого дела.
Живешь себе, живешь, а потом раз и соглашаешься помочь старому другу. Кто бы знал, чем эта помощь закончится! Выдернули в другой мир. Демоницей обозвали. Да еще и поручили отыскать подходящую невесту местному Повелителю Тьмы. А то сам он, бедолажный, никак не справляется. Оно и понятно, женитьба – дело сложное. Вот и придется Жорке заняться, что невестами, что Повелителем, что древним Замком, у которого тоже характер имеется. И тайны. Смертельные. А кто сказал, что демона нельзя убить? ...
Гермиона не запрещает приходить к ребенку, потому что, как она говорит, дети должны знать своих родителей, а не причины их рождения. Любовь, случай или ошибка — не имеет значение. Дети хотят, чтобы их любили.
Произошло и произошло – в конце концов, ей сорок лет и она ни перед кем не обязана отчитываться. А секс, даже самый хороший, не повод для отношений. Особенно, если между партнерами – целая жизнь.
Здравствуйте, Тамара, я — Гермиона Грейнджер. А вы, видать, начали встречаться с моим бывшим парнем. И я искренне желаю вам удачи! Но только хочу кое о чем предупредить заранее: Рон постоянно оставляет обрезки своих ногтей с пальцев ног на полу в ванной комнате. Далее — он никогда не разучится есть с широко открытым ртом, да еще и смеяться в это же время. Он никогда не будет поднимать сидение унитаза, и оно всегда будет закапано его мочой... Дальше — когда у вас случится секс с Роном, который пьян, это будет означать, что вы трахнулись с вонючим хряком, которого не волнует ничего, кроме его собственного удовольствия. Ах, да, и еще — пройдет около месяца, как он начнет пускать газы под одеяло и будет безумно недоволен, если вы не оцените этого божественного запаха... Удачи, Тамара!
Что должен ощущать и делать Люциус Малфой, проснувшись с самой неожиданной женщиной?
— Знаешь, женщины ни за что в этом не признаются, но каждая из нас мечтает встретить мужчину, в руках которого ее тело будет петь. Которого она будет желать постоянно — видеть, чувствовать, ощущать его запах... С которым можно будет стать самой собой, понимаешь? Полноценной женщиной. Настоящей... А он все не встречается и не встречается, и приходится довольствоваться суррогатом.
Что должен ощущать и делать Люциус Малфой, проснувшись с самой неожиданной женщиной?
Кроны деревьев уже окрасились в осенние цвета, и дорогу усеивали красные, желтые и оранжевые листья. Разве не смешно, что все ими восхищаются, а на самом деле они умирают?
Джозефу всего двенадцать, но уже потерял всё самое дорогое – мать, отца, сестрёнку. А теперь его любимая лошадка Сара, единственное, что у него осталось, оказалась в руках чужого человека. Джозеф должен вернуть её, чего бы это ему ни стоило. Он отправляется в трудный путь, надеясь лишь на советы отца и редкую отвагу, которую унаследовал от родителей.
Для детей среднего школьного возраста.
Впервые публикуется на русском языке.
Я люблю совершенно всё, что связано с ней.
Я люблю мягкий шёлк её волос, тёплую кожу, гладкие изгибы её тела.
Я люблю её порой невероятно несносный характер, из-за которого у меня сводит челюсть и начинает дёргаться левый глаз.
Я люблю её широкие улыбки, медленные поцелуй и глаза цвета океана, которые заставляют меня тонуть.
Я люблю её, потому что это единственное, что важно.
Когда жизнь летит к чертям, то под твоими ногами смываются все дороги, что вели тебя когда-то. И сейчас твоя судьба зависит от нескольких людей, которые буквально вытаскивают тебя на себе, чтобы помочь найти новую дорогу, где ты гордо сделаешь первый шаг. вторая книга серии «друзья по...»
В тексте есть:секс от первого лица, эротические сцены и горячие описания
Почему-то хорошенькие девушки в беде всегда вызывают желание помочь. А вот дурнушки – не всегда.
И почему так происходит?
Загадка.
Сказки заканчиваются свадьбой? Ошибаетесь, они с нее – начинаются. Мирный договор с Вирмой, и на остров отправляются его высочество Ричард и ее высочество Анжелина. Какое решение примут боги вирман, сплетая клубки судеб в прихотливое полотно? Удастся ли им уцелеть в войне между кланами? Сватовство – и в Уэльстер за ее высочество Марией отправляется граф Иртон с семьей. А в Уэльстере неспокойно, в Уэльстере зреет бунт. Не окажется ли семейство Иртон в самом центре событий? Хотите мирной жизни,...
... ты не знаешь, что существует закон бумеранга! Ты погибнешь, если будешь сознательно причинять боль близкому человеку. Этому тебя родители не научили. Это садизм!
«Не пытайся жить без меня месяц и больше…» – строчки из письма Андрея Миронова к автору книги Татьяне Егоровой.
Это роман о любви, которая оказалась сильнее жизни и смерти. Ни поспешно заключенный брак, ни икебаны из молодых артисток, ни рациональная попытка создать семью, ни превратности судьбы, ни коварное вмешательство его матери (после смерти Андрея они стали очень близки) не смогли уничтожить эту любовь.
Я кремень! Мягкий такой. Тающий. Но кремень!
Она искала пропавшую сестру, а нашла торговцев живым товаром, и сама попала в рабство. Сдаваться точно не в духе Васьки, за свою свободу девушка готова бороться до последнего. Но как быть, если оказывается, что похитили её для продажи в другом мире, где земные девушки ценный приз, а она сама, почему-то ещё и особенной считается? Всё равно спасаться, бежать и искать путь домой. И уж точно не вспоминать глаза устрашающего громилы, который выкупил её на аукционе и посмел назвать «своей...
Однако вылитого не поднимешь.
Живая русская история дышит на страницах этой книги. Но главная заслуга Марии Семеновой даже не в безупречной точности этнографических описаний – автору удалось показать события тысячелетней давности глазами их участника, который, в отличие от нас,еще не разучился примечать лешего за болотной корягой, русалку в речном омуте, голоса древних богов в шуме леса.
Живые без мёртвых голы и одиноки, мёртвым без живых пусто и холодно в небесном краю, в просторной гулкой земле...
Живая русская история дышит на страницах этой книги. Но главная заслуга Марии Семеновой даже не в безупречной точности этнографических описаний – автору удалось показать события тысячелетней давности глазами их участника, который, в отличие от нас,еще не разучился примечать лешего за болотной корягой, русалку в речном омуте, голоса древних богов в шуме леса.
Только тот истинный воин, кому есть о ком поминать, есть за кого мстить.
Живая русская история дышит на страницах этой книги. Но главная заслуга Марии Семеновой даже не в безупречной точности этнографических описаний – автору удалось показать события тысячелетней давности глазами их участника, который, в отличие от нас,еще не разучился примечать лешего за болотной корягой, русалку в речном омуте, голоса древних богов в шуме леса.
…Беда и дерево заставит шагать...
Живая русская история дышит на страницах этой книги. Но главная заслуга Марии Семеновой даже не в безупречной точности этнографических описаний – автору удалось показать события тысячелетней давности глазами их участника, который, в отличие от нас,еще не разучился примечать лешего за болотной корягой, русалку в речном омуте, голоса древних богов в шуме леса.
Ненависть убивает живых и поднимает в дорогу мёртвые кости, но любви подвластны гораздо большие силы, на то она и любовь.
Живая русская история дышит на страницах этой книги. Но главная заслуга Марии Семеновой даже не в безупречной точности этнографических описаний – автору удалось показать события тысячелетней давности глазами их участника, который, в отличие от нас,еще не разучился примечать лешего за болотной корягой, русалку в речном омуте, голоса древних богов в шуме леса.
Человек, как упругое дерево, выпрямляется, если, конечно, не согнут дальше предела.
Живая русская история дышит на страницах этой книги. Но главная заслуга Марии Семеновой даже не в безупречной точности этнографических описаний – автору удалось показать события тысячелетней давности глазами их участника, который, в отличие от нас,еще не разучился примечать лешего за болотной корягой, русалку в речном омуте, голоса древних богов в шуме леса.
Когда молодая волчица впервые берёт себе волка, из целого гона она оставляет не обязательно самого рослого, самого сильного и даже самого ярого. Оставляет того, о ком тихо шепнёт безошибочное чутьё: с ним, единственным, логово до самой смерти будет уютным и волчата родятся, что колобки.
Живая русская история дышит на страницах этой книги. Но главная заслуга Марии Семеновой даже не в безупречной точности этнографических описаний – автору удалось показать события тысячелетней давности глазами их участника, который, в отличие от нас,еще не разучился примечать лешего за болотной корягой, русалку в речном омуте, голоса древних богов в шуме леса.