Цитаты
285961
Иногда тактическое отступление и есть победа, а они даже не воюют.
Тэйла заботится о маленькой дочурке, Данион восстанавливает храм Рухангеза, у студентов начались каникулы... Казалось бы, наступила в мире Рион обещанная спокойная жизнь и никто не горит желанием влипать в очередные приключения. Но кто бы сказал об этом приключениям? Они сами выбрали очередную жертву
Ρаз муж сказал, что всё будет хорошо, значит, так оно и будет. Начнёт капризничать, он сразу перестанет делиться своими наработками и гениальными идеями.
Тэйла заботится о маленькой дочурке, Данион восстанавливает храм Рухангеза, у студентов начались каникулы... Казалось бы, наступила в мире Рион обещанная спокойная жизнь и никто не горит желанием влипать в очередные приключения. Но кто бы сказал об этом приключениям? Они сами выбрали очередную жертву
- Не всему можно верить, даже если это написано на бумаге, а тем более повторять.
Тэйла заботится о маленькой дочурке, Данион восстанавливает храм Рухангеза, у студентов начались каникулы... Казалось бы, наступила в мире Рион обещанная спокойная жизнь и никто не горит желанием влипать в очередные приключения. Но кто бы сказал об этом приключениям? Они сами выбрали очередную жертву
- С горгульей? Да как он посмел? - привычно возмутился повелитель гномов, защищая полюбившуюся воспитанницу. – Они конечно красавицы во второй ипостаси, но не богини. А богиню даже с другой богиней сравнивать нельзя не то, что со своими созданиями. Вот ведь сболтнул, действительно не подумав.
- Даже простую женщину нельзя сравнивать с другой жеңщиной, - согласно кивнула Тэйла. - Это самое обидное кстати.
Тэйла заботится о маленькой дочурке, Данион восстанавливает храм Рухангеза, у студентов начались каникулы... Казалось бы, наступила в мире Рион обещанная спокойная жизнь и никто не горит желанием влипать в очередные приключения. Но кто бы сказал об этом приключениям? Они сами выбрали очередную жертву
- Короче, а сможешь догадаться, за что кое-кто обиделся на кое-кого?
Королева Ледонии неопределённо пожала плечами.
- Да за что угодно! Она ведь женщина, а женщина способна обидеться на что угодно. Сумочку не того цвета подарил, камень в кольце недостаточно большим оказался или вообще слово не то сказал. Может, обозвал в сердцах.
Тэйла заботится о маленькой дочурке, Данион восстанавливает храм Рухангеза, у студентов начались каникулы... Казалось бы, наступила в мире Рион обещанная спокойная жизнь и никто не горит желанием влипать в очередные приключения. Но кто бы сказал об этом приключениям? Они сами выбрали очередную жертву
Хорошо быть маленькой с возрастом одни проблемы начинаются.
Тэйла заботится о маленькой дочурке, Данион восстанавливает храм Рухангеза, у студентов начались каникулы... Казалось бы, наступила в мире Рион обещанная спокойная жизнь и никто не горит желанием влипать в очередные приключения. Но кто бы сказал об этом приключениям? Они сами выбрали очередную жертву
- Это мысли вслух. У умного человека всегда есть мысли. Иногда их так много что они сами лезут наружу.
Тэйла заботится о маленькой дочурке, Данион восстанавливает храм Рухангеза, у студентов начались каникулы... Казалось бы, наступила в мире Рион обещанная спокойная жизнь и никто не горит желанием влипать в очередные приключения. Но кто бы сказал об этом приключениям? Они сами выбрали очередную жертву
— Преступления всегда кажутся странными тем, кто на них не способен...
Мы не выбираем, в кого влюбляться. София Тали, с первого взгляда влюбившаяся в императора Арена, тоже не выбирала. Она не аристократка, он женат, и ее неожиданные чувства способны привести обоих к катастрофе. Хотя катастрофа уже началась. Дерзкое покушение на маленькую наследницу, семилетнюю Агату, свидетельствует о том, что вторая волна заговора против императора все-таки существует. Кого эти люди попытаются убить в следующий раз? И выживет ли сама София?
Если я когда-нибудь и свяжусь с людьми из Нью-Джерси, мне придётся сказать: «К счастью, меня похитили».
Дженни – самая обычная девочка-подросток. Она ходит в школу, болтает по телефону с подружками, влюблена в соседского парня. У нее идеальный дом и любящие родители. Но однажды она видит изображение пропавшей девочки на коробке молока и узнает в ней себя… Вся ее жизнь теперь кажется ей обманом. Она не верит, что ее родители способны похитить ребенка. Но почему тогда ей не показывают свидетельство о рождении, в доме нет детских фотографий, а внешне она совсем не похожа на маму с папой? Ей...
«Построить жену, чтобы знала своё место» наша культура считает приоритетной задачей.
А потом юным девушкам показывают фильмы, где мужские измены — это нормально. Убеждают несчастных, что причину нужно искать в себе.
Когда тебе немножко за 25, уже перестаёшь верить в новогоднее чудо. Всё ещё загадываешь желание под куранты, торопишься выпить шампанское с привкусом пепла, но уже не особо веришь, что все сбудется. Но если вдруг встречаешь на улице раненого, странно одетого иностранца, знай: это оно и есть. Чудо. Новогоднее. Спасёшь, обогреешь, накормишь и тогда получишь свою награду... Какую? Зависит от того, что напишешь на заветной бумажке!
Идеальный мужчина тот, кого любишь. А кто он по знаку зодиака, какую музыку слушает, готовит ли завтрак в постель, дарит ли цветы — не важно. Это всё проекции наших ожиданий.
Когда тебе немножко за 25, уже перестаёшь верить в новогоднее чудо. Всё ещё загадываешь желание под куранты, торопишься выпить шампанское с привкусом пепла, но уже не особо веришь, что все сбудется. Но если вдруг встречаешь на улице раненого, странно одетого иностранца, знай: это оно и есть. Чудо. Новогоднее. Спасёшь, обогреешь, накормишь и тогда получишь свою награду... Какую? Зависит от того, что напишешь на заветной бумажке!
Я застыла от неожиданного открытия. Принц «включил мага-наставника» и показал мне то, что я сама никогда бы не разглядела. Не было Димитрайоса в моих страхах. Я боялась родительского осуждения. Именно это мешало мне стать взрослой женщиной и самой отвечать за свои желания и поступки.
Когда тебе немножко за 25, уже перестаёшь верить в новогоднее чудо. Всё ещё загадываешь желание под куранты, торопишься выпить шампанское с привкусом пепла, но уже не особо веришь, что все сбудется. Но если вдруг встречаешь на улице раненого, странно одетого иностранца, знай: это оно и есть. Чудо. Новогоднее. Спасёшь, обогреешь, накормишь и тогда получишь свою награду... Какую? Зависит от того, что напишешь на заветной бумажке!
Глупо прятаться друг от друга. Как два подростка, право слово.
«Подростки, — зазвенела мысль натянутой струной. — А ведь они подростки не по возрасту, а по жизненному опыту в отношениях». Как он мог не заметить очевидного?
Когда тебе немножко за 25, уже перестаёшь верить в новогоднее чудо. Всё ещё загадываешь желание под куранты, торопишься выпить шампанское с привкусом пепла, но уже не особо веришь, что все сбудется. Но если вдруг встречаешь на улице раненого, странно одетого иностранца, знай: это оно и есть. Чудо. Новогоднее. Спасёшь, обогреешь, накормишь и тогда получишь свою награду... Какую? Зависит от того, что напишешь на заветной бумажке!
О, да, мама бы похвалила.
«Молодец, дочка, только так с мужчинами и надо. Чем дольше отказываешь, тем выше тебя ценят».
Ну разумеется. Бесценная двадцатишестилетняя девственница. Как выдержанное вино из сморщенного, старого винограда.
Когда тебе немножко за 25, уже перестаёшь верить в новогоднее чудо. Всё ещё загадываешь желание под куранты, торопишься выпить шампанское с привкусом пепла, но уже не особо веришь, что все сбудется. Но если вдруг встречаешь на улице раненого, странно одетого иностранца, знай: это оно и есть. Чудо. Новогоднее. Спасёшь, обогреешь, накормишь и тогда получишь свою награду... Какую? Зависит от того, что напишешь на заветной бумажке!
Женщины никогда не говорят «да» до конца. Всегда оставляют себе право сбежать в последний момент.
Когда тебе немножко за 25, уже перестаёшь верить в новогоднее чудо. Всё ещё загадываешь желание под куранты, торопишься выпить шампанское с привкусом пепла, но уже не особо веришь, что все сбудется. Но если вдруг встречаешь на улице раненого, странно одетого иностранца, знай: это оно и есть. Чудо. Новогоднее. Спасёшь, обогреешь, накормишь и тогда получишь свою награду... Какую? Зависит от того, что напишешь на заветной бумажке!
Любая женщина достойна сказки. Неважно, кто она и чем занимается. И любви тоже достойна.
Когда тебе немножко за 25, уже перестаёшь верить в новогоднее чудо. Всё ещё загадываешь желание под куранты, торопишься выпить шампанское с привкусом пепла, но уже не особо веришь, что все сбудется. Но если вдруг встречаешь на улице раненого, странно одетого иностранца, знай: это оно и есть. Чудо. Новогоднее. Спасёшь, обогреешь, накормишь и тогда получишь свою награду... Какую? Зависит от того, что напишешь на заветной бумажке!
«Ловелас, — возмутилась покойная матушка прямо в мыслях. — Сколько я тебя учила? Тело нужно слушать в последнюю очередь. Сначала душу».
Когда тебе немножко за 25, уже перестаёшь верить в новогоднее чудо. Всё ещё загадываешь желание под куранты, торопишься выпить шампанское с привкусом пепла, но уже не особо веришь, что все сбудется. Но если вдруг встречаешь на улице раненого, странно одетого иностранца, знай: это оно и есть. Чудо. Новогоднее. Спасёшь, обогреешь, накормишь и тогда получишь свою награду... Какую? Зависит от того, что напишешь на заветной бумажке!
«Морозко». История о двух девушках и добром волшебнике.
— Я вроде тоже не злой, — нахмурился принц.
— Вы — душка, — расхохоталась Надежда. Понять бы ещё похвалила или поругала. — «Добрый» наш Морозко с некоторыми оговорками. Героиня насмерть посреди леса замерзает, а он ходит вокруг и спрашивает: «Тепло ль тебе девица, тепло ль тебе красная?» В некоторых сказках весьма своеобразный юмор и жёсткий воспитательный посыл. Например, здесь зашифровано, что предать могут даже близкие люди, а даром ничего не даётся. Хочешь чего-то достичь? Начни с себя. Вырасти внутри, стань лучше.
Когда тебе немножко за 25, уже перестаёшь верить в новогоднее чудо. Всё ещё загадываешь желание под куранты, торопишься выпить шампанское с привкусом пепла, но уже не особо веришь, что все сбудется. Но если вдруг встречаешь на улице раненого, странно одетого иностранца, знай: это оно и есть. Чудо. Новогоднее. Спасёшь, обогреешь, накормишь и тогда получишь свою награду... Какую? Зависит от того, что напишешь на заветной бумажке!
Принцу и раньше нравилось женское внимание, но сейчас оно окрасилось в особый оттенок доверия.
Когда тебе немножко за 25, уже перестаёшь верить в новогоднее чудо. Всё ещё загадываешь желание под куранты, торопишься выпить шампанское с привкусом пепла, но уже не особо веришь, что все сбудется. Но если вдруг встречаешь на улице раненого, странно одетого иностранца, знай: это оно и есть. Чудо. Новогоднее. Спасёшь, обогреешь, накормишь и тогда получишь свою награду... Какую? Зависит от того, что напишешь на заветной бумажке!
есть у меня коллега, предпочитающая женатых. «Кольцо на пальце и штамп в паспорте — это как гарантия качества. Если его какая-то баба терпит, значит, нормальный мужик. И мне сгодится!»
Когда тебе немножко за 25, уже перестаёшь верить в новогоднее чудо. Всё ещё загадываешь желание под куранты, торопишься выпить шампанское с привкусом пепла, но уже не особо веришь, что все сбудется. Но если вдруг встречаешь на улице раненого, странно одетого иностранца, знай: это оно и есть. Чудо. Новогоднее. Спасёшь, обогреешь, накормишь и тогда получишь свою награду... Какую? Зависит от того, что напишешь на заветной бумажке!
— Э, — высокоинтеллектуально возразила я, вспомнив что-то из школьной программы, — а племянники, братья, дальние родственники? Не бывает так, чтобы совсем некому претендовать на престол.
Когда тебе немножко за 25, уже перестаёшь верить в новогоднее чудо. Всё ещё загадываешь желание под куранты, торопишься выпить шампанское с привкусом пепла, но уже не особо веришь, что все сбудется. Но если вдруг встречаешь на улице раненого, странно одетого иностранца, знай: это оно и есть. Чудо. Новогоднее. Спасёшь, обогреешь, накормишь и тогда получишь свою награду... Какую? Зависит от того, что напишешь на заветной бумажке!
Все-таки не зря я подсознательно избегала парней с длинными волосами и густой растительностью на лице. От них можно ожидать только подлостей.
Что сделает человек, увидев вурдалака? Испугается? Убежит? Но в мире, где правят законы Света и Тьмы, чудовища живут среди нас, от них не скрыться. И когда клыкастый монстр напал на омнибус, я не смогла остаться в стороне. Спасла студента академии, чуть не погибнув сама, а взамен получила предложение, перевернувшее мою жизнь. Меня зовут Леди Тали, и это моя история…
Мы бы были парой, которая вечно ругается, страстно спорит до нервных срывов и лихорадочной дрожи. А наши отношения, как непрерывная диаграмма взлетов и падений… И всё же, я знала, что все произошло так, как должно быть.
Я в самом безопасном и лучшем месте на земле — в его объятиях.
Эмили "Пять лет назад произошло то, что навсегда останется в моей памяти. Воспоминания причиняют боль, я вижу кошмары: он все еще мучает меня, издевается над моим телом снова и снова. Я решила, что самое лучшее — сбежать в другую страну, в Америку. Здесь все по-другому, но лучше не становится… Прошлое все еще живет внутри меня. Смогу ли я избавиться от этого и научиться доверять людям после всего, через что мне пришлось пройти?". Максимилиан "Все изменилось. Я потерял часть себя еще год...
Что легко достаётся, легко и забывается.
Взяв на себя ответственность за важное дело, отбрось в сторону все страхи, опасения и предрассудки. Просто живи, делай, что должно и не жалей ни о чём. Ведь жизнь так коротка и непредсказуема. А ещё изменчива. Любой, казалось бы знакомый человек, может перемениться до неузнаваемости. Так стоит ли судить других по прошлым поступкам, если настоящее являет тебе совсем иную картину? Стоит ли сопротивляться собственным, происходящим в тебе неизбежным изменениям? Может лучше просто довериться воле...
— Я, Боб, вправду люблю эту женщину, несмотря на то, что сантиметр, обведенный вокруг ее задницы, сходится на цифре 128, объем бедер больший, чем у кого бы то ни было из моих заказчиков…
В те времена, когда еще не было бандитского Петербурга, были Одесса-мама и Ростов-папа. А еще был Харьков — город шпаны. Это роман о Харькове 60-х годов, подернутый ностальгической дымкой, роман о юности автора и его друзей, о превращении «молодого негодяя» из представителя «козьего племени» (по его собственному определению) в пылкого богемного юношу… Являясь самостоятельным произведением, книга примыкает к двум романам Эдуарда Лимонова — «Подросток Савенко», «У нас была великая эпоха» —...