Наружность человека ухудшается вместе с деградацией ума.
Почти всегда ненависть - это помноженная на боль любовь!
... Шастает по городу в брюках, чтобы посторонние мужчины пялились на ее зад. Если бы мой муж был жив... - ... он выбрал бы Ману невесту, которую тот не одобрил бы,- с улыбкой закончила Канта.
Пришлось угрожать мужем.
Моим мужем, оказывается, очень удобно угрожать – все пугаются.
— Ваше место становится вашим тогда, когда вы решаете его занять.
— Госпожа занята. Приходите завтра. А лучше послезавтра. Еще лучше – совсем не приходите.
– Но вас уже заждались придворные кобры. Не следует оставлять их надолго без присмотра, а то потом обнаружите недостачу яда.
Бюрократия – не дракон, просто так ее не победить.
Неприятные ситуации и я – друзья навек.
Я, когда нервничаю, всегда ем, как не в себя.
Я в принципе ем, как не в себя. Наверное, нервничаю много.
— …Ты улыбайся. Пой, птичка, всем назло. Пусть оглохнут.
— Ну и что мне делать? – поинтересовался Кайя.
— Мальчик мой, не позорь семью. В твоем возрасте уже пора бы знать, что с женой делают.
— Ты или веришь, или проверяешь. Если проверяешь, то уже не веришь. А без веры какая дружба?
— Отсутствие доказательств неверности не является доказательством верности. Учи тебя, учи, а все без толку.
Правильно говорят, что голод – лучшая приправа. А я сегодняшний день приправила больше некуда. Все-таки диета – это не мое. Организм, чувствуя неминуемое приближение стройности, взывал о спасении.
Очаровательное хобби. Кто крестиком вышивает, кто ворота штурмом берет.
Рыцари были брутальны. Кони прекрасны. Дамы – как повезет.
Злость – хороший кнут.
Мир вроде другой, а игрушки у мальчишек все те же.
Я прямо чувствую в себе безудержное желание изменить мир. Надеюсь, он выдержит.
Я уже думать начинаю так, как они здесь говорят: половина мыслей вслух, вторая – для внутреннего пользования.
…Корсет, который дорогая моя Гленна затягивала с особой тщательностью, придавал моему облику не только изящество, но и требуемую бледность. К бледности прилагались устойчивый звон в ушах, мошкара перед глазами и прочие явные признаки кислородного голодания.
В моей душе шевельнулось сочувствие, но было отловлено и удушено недрогнувшей рукой.
Давай, не томи, Лико! Что они опять натворили? Про их замужество-женитьбу мы уже знаем. Но это же не всё?
— Они Миэру спалили, — Это городок такой… Был. И вот где наш архимаг промышляет, когда его ученик решает со своими фобиями разобраться! Пауков в Миэре, видите ли, было много. До приезда туда наших, тьфу, ваших деточек. После того, как их из Храма выперли наутро после церемонии, они всей шайкой нагрянули в тишайшую Миэру. Короче, новоиспеченное Высочество Эйлис Вельтлант потребовала себе приданное в виде нижнего белья и нового платья. С ними по магазинам увязался этот крысеныш Анвар… ему мантия новая позарез нужна была… В эльфийском магазинчике наш недомаг умудрился снять защиту с подсобки и обнаружить подпольное производство эльфийского шелка пауками-шелкопрядами из Шимуэрского сумеречного леса… В результате, в арахнидов-нелегалов эта придурь с глазками огнешаром не попал, зато пожар устроил… до сих пор тушат…
Знать друг друга — это еще и уметь прощать слабости.