Возможно, в этом и заключается самый главный урок – отпустить, принять то, что не можешь контролировать.
Надежда - это невидимая, но могучая сила. Не надо её списывать со счетов
— Правду часто сравнивают с лезвием, – ответила я. – Неудивительно, что она колет.
Кошмары часто начинаются с мечты
Черт знает что такое! Приходится ещё выручать из тюрьмы своего собственного тюремщика!
Капитан сочувственно похлопал друга по плечу, как маленького мальчика, верящего в закон, справедливость, гражданский долг и Человека-паука.
Вениамин тоже ограничился рукопожатием, добавив к нему кухонный фартук и раритетную бумажную книгу рецептов.
— Она мне еще от бабушки досталась, – пояснил он. – Тоже очень любила готовить… а к старости даже умела!
Капитан ругался матом крайне редко, зато так затейливо, что это удивительным образом поднимало настроение. Видимо, подобные выражения составлялись в НЛП-лабораториях специально для армии, дабы вселять в нее боевой дух.
Лика чувствовала, что перегибает палку, но ее уже несло с недостойной психолога скоростью.
У Теодора с тормозами были еще более сложные отношения.
На самом деле выбор есть всегда: до последнего пытаться что-то сделать или сложить руки, спасаться самому или спасать напарника.
— К сожалению, мама – это человек, который лучше всех меня знает и хуже всех понимает.
Просто сестра – это такая зараза, которую вроде как и любишь больше всех, но и выбешивает она почему-то ужасно!
— И не приставай к инопланетянам! – безнадежно крикнул пилот вдогонку.
— Ладно! – жизнерадостно отозвалась сестра, явно пропустив «не» мимо ушей.
Главная (и почти единственная!) прелесть младших сестер – что они позволяют братьям почувствовать себя старшими.
Единственная польза от гостей – это внеплановая трапеза.
Девушка напоследок оглянулась на шлем, и пилот понял, что раритеты надо не вешать на стену, а намертво к ней приваривать.
– Корабль – это твой дом, в нем должна быть чистота!
— В доме должно быть счастье, а не чистота.
Заказчик, напротив, был из тех людей, которые жить не могут без долгих нудных уговоров. Не из-за вредности или желания сбить цену, а из-за банальной нерешительности. Они физически не способны сделать самостоятельный выбор и в отеле со шведским столом умрут с голоду, бродя с пустой тарелкой вдоль ломящихся от еды стоек.
Как говорится: «Хочешь, чтобы ребенок что-то сделал — запрети ему этим заниматься!». С нами, мужчинами, иногда срабатывает не хуже.
Добивающий удар лучше встретить прежде, чем ты успеешь увериться, что тебе сохранят жизнь.
Цена есть у всего. Без исключения. Большая сила — большая власть. Большая власть — большое искушение злоупотребления ею.
Свадебные колокола. Конец любой сказки.
Вся жизнь — дорога. Череда решений, череда поступков, череда ошибок и истин, осечек и прямых попаданий.
Вся жизнь — развилки. Череда шагов между ложью и правдой, злом и добром, злом большим и меньшим. Между правильным и неправильным, когда правил не существует — лишь относительность.
Вся жизнь — выбор.
как это странно… то, что родители всегда знают, что для нас лучше? Все они когда-то тоже были детьми и тоже страдали оттого, что с их желаниями никто не считается. Но потом они вырастают и забывают об этом, чтобы снова и снова, раз за разом замыкать проклятый круг.
— Гуманизм — это прекрасно. Но мне чужд как гуманизм, призывающий прощать всех и всё, так и избирательный, делящий людей на разные сорта, чтобы представители одного имели право убивать, а другого — лишь быть бесправными жертвами, — произнесла я со всей мягкостью, на какую в тот момент была способна. — Есть вещи, которые нельзя простить. Если человек совершил одну из них, он более не человек, но животное… бешеное животное, которое нужно усыпить.