«Хочешь от человека чего-нибудь добиться – запрети ему это и создай преодолимое препятствие средней трудности»
Все мы рождаемся принцами и принцессами. И в нас заложена программа, по которой мы должны стать королями и королевами. И такая возможность есть у каждого, ибо каждый из нас создан в одном экземпляре. Только нужно знать свое место, забираться на свою гору, а не лезть на чужую.
ПРИНЦИП СПЕРМАТОЗИДА. Вот он:
ЧЕЛОВЕК ВСЕГДА СТРЕМИТСЯ ПОПАСТЬ В РАЙ, т. е. стать первым. И ИДЕТ ПРОТИВ ПРЕПЯТСТВИЙ, ОБХОДЯ ИХ, И ЛИШЬ НА ФИНИШЕ ПЫТАЕТСЯ ПРОТАРАНИТЬ ИХ.
-Да ты хоть в курсе, что большая часть женщин - подавленные ведьмы? Их подсознательно тянет к волшебным мирам и подобным историям. Для многих это единственный способ поддерживать в себе магическую искру.
Серьёзно, тот, кто ляпнул, что дети - это цветы жизни, был бездетным мужиком.
Дети - испытатели терпения, источники препятствий, которые приходится ежесекундно преодолевать. Дети - это завтрашние судьи своих несовершенных родителей, основные критики их слов и поступков.
Дети - это сплошное "бдищь!", "ой, разбил" и ...обзываться можно?
-Почему вы, как все нормальные женщины, не завели собаку? Маленькую, громкую и не такую опасную?
Сказать, что сук мне и в жизни хватает? Или сознаться, что Рекс завёлся сам собой, без разрешения?
- Ах, простите, что не оправдала ваши стереотипы! -взвилась я, поставив руки в бока.
-Считаешь себя самой умной?
- А что, у вас проблемы в общении с умными людьми? Так читайте больше книжек!
Особенно радовала огромная клизма под стеклом при входе. Наглядная демонстрация самого традиционного метода лечения.
— Иногда помощь — это хороший пинок, — с милой улыбкой одарила всех мудростью. — Дай девочке почувствовать вкус настоящей самостоятельности.
Палмис сделал фирменное лицо под названием "поставь рядом кирпич и найди десять отличий"
— Эйра? — еще больше удивился маг льда и стал похож на очень испуганную сову. — Я-то думаю, что за прекрасное виденье, а это всего лишь ты.
Вот молодец. Одной фразой и похвалил, и унизил. А я уже успела умилиться, как трогательно и беззащитно он выглядел пускающим слюни во сне на унитазе.
— Как мало человеку надо — только солнце, вода и свежий воздух, как сказал миллионер, отдыхающий на яхте посреди Карибского моря? — фыркнула я.
-Смелость не в том, чтобы ничего не бояться. Я не боюсь сирен, даже если снова с ними встречусь. Я их опасаюсь. Огонь может обжечь, в воде можно утонуть, змея может укусить, а враг — убить или предать. Это все опасно, все может причинить смерть, но бояться нет смысла, надо просто избегать этой опасности или сражаться с нею. Не лезть в огонь, например. И следить за врагами. А как сражаться с тем, чего не понимаешь?
Сбежал! Ну что ж, вновь мой достойный враг на страже интересов своей планеты... а я своей.
Итак, игра продолжается! Я широко улыбнулась, потом пожала плечами и пошла в командирскую рубку.
- Проклятый ошейник, как только сниму...
- Не обольщайся! - я двинула кулаком в солнечное сплетение пробивая пресс, а потом когда он согнулся, добавила локтем по хребту: - Я и без ошейника с тобой разберусь! Сюда слабых не берут!
Так, а что он пишет?
Угу, "жив, здоров, все отлично".
Еще бы! И чего не добавил, что "мое рабство успешно проходит в одном из самых дорогих курортов Земли для космолетчиков", а?! Некоторые состояние платят, чтобы здесь отдохнуть, а самые умные в рабстве бесплатно отдыхают!
Подлеца и идиота просчитать элементарно, "все для себя, плевать на остальных", а вот честного человека... и не знаешь, что натворит в своем благородстве!
- Вспомнила... - прорычал раб с ненавистью, - как только ТАКИХ в разведке держат?!
- Вот и я голову ломала, как ТЫ в нее попал? Испортил такую операцию! - меня бесили эти разговоры из песочницы...
Но все хорошее быстро кончается - особенно отпуск!
Вообще-то, я уже выпустила все свое злорадство и гнев, мучая его на рабском рынке, так что сейчас с сожалением подумала, что получила себе на шею проблему и теперь о нем надо заботиться и думать, что делать...
Все дети одинаковы. До поры до времени они считают своих матерей не только всесильными, но и бессмертными , хотя это вовсе не так.
– Не стоит, Кира. Ты не создана для такой работы.
Я подняла голову и посмотрела на Натали с интересом.
– Серьёзно, – продолжила она, потянувшись к блюду с печеньем, – Ты слишком много думаешь о морали. Правильно это или нет.
Пожав плечами, я подтолкнула ногой сладости к ней ближе. Стекло журнального столика приморозило мою пятку, и я поджала пальцы.
– Я отчасти понимаю тебя, сама раньше была такой, – Натали вздохнула и откусила приличный кусок своего недодесерта, – Но потом поняла, что мораль мне холодильник не наполнит и счета за квартиру не оплатит.
Я была девочкой и всегда мечтала о том, что, когда–нибудь, и я окажусь героиней сказки со счастливым концом. Я тешила себя надеждой, что случайный секс может вылиться во что–то большее. Что такое начало может стать началом истории о большой и чистой любви.
Но такое бывает только в глупых женских романах; а в жизни всё… Иначе.
– В России, а в Москве в особенности, внешняя красота прямо пропорциональна амбициям, – сухо бросил он, допивая вино одним большим глотком.
– Разве амбиции – это плохо? – брякнула я, с интересном разглядывая его, пока он наливал себе третий бокал.
Эта бутылка вообще когда–нибудь закончится?
– Когда амбиции не подкреплены ничем, кроме внешней красоты, – Артур пожал плечами, – Не плохо, просто надоело быть чьим–нибудь средством для достижения цели.
Любовь. Как много о ней говорят, пишут, снимают кино, сочиняют песни. Она такая разная, но почему–то все описания любви всегда сводятся к одному: они встретились, между ними вспыхнула искра, их тела слились в порыве страсти и жили они долго и счастливо.
На небольшой сцене задорно потрясая юбками из листьев, выплясывали загорелые туземцы. Я для вида повосхищалась, все равно этот этнос не понимаю. Вот был случай: рабочего разрядом энергии шибануло, он также трясся. Даже веселее.