— И четырёх рот не набирается, – шепнул мне на ухо Станкевич, которого я прихватил с собой на это совещание. – И из морячков бойцы на суше так себе.
— Из наших кашеваров не лучше, – тихо ответил я. – Но, как говорится, из-за отсутствия графини, сойдет и её горничная.
«Вот это морковка, – подумал я. – А где же кнут?»
— Кроме того, в этой папке мой указ, по которому Вы назначаетесь главой секретного расследования убийства членов августейшей семьи с полномочиями привлекать любых лиц до третьего класса включительно, – произнёс Николай, пододвинув по столу папку в мою сторону.
Если до этого я думал, что сильно удивлён, то теперь даже не знал, как охарактеризовать своё состояние. Вот это карт-бланш! Д’ Артаньян отдыхает со своей писулькой от Ришелье. Но скольким «товарищам» в высоких чинах я мозоли оттопчу.
Закончив свой монолог я внимательно посмотрел на впавших в какой-то столбняк Николая и Ширинкина. Кажется, я своим менталитетом двадцать первого века снёс им мозг. Одно дело, когда неделю назад Николай призывал найти убийцу, заказчика и покарать их, и совсем другое, когда тебе в глаза говорят, что будут пытать, чтобы получить информацию, а потом убивать. А тебе – императору – надо дать санкцию на это.
...просто вспомнился один фельдфебель в Ораниенбаумской стрелковой школе по прозвищу «Зверь». Так его за муштру прозвали солдаты одного из пехотных батальонов обеспечения. Так вот, его любимой присказкой на стрельбище было обращение к бойцам со словами: «Представьте, что вместо мишени стою я». И знаете, его солдаты всегда показывали лучший результат по стрельбе.
« Потому что нельзя доверять безгранично, попросту опасно. Но ещё хуже сгорать от ревности, изнывая от подозрений. Но как можно любить равнодушно? Как приручить это чувство, которое иногда противоречит обстоятельствам и логическому решению? Никак. Скорее, станешь его рабом, но, только приняв – получишь свободу. »
Люди думают, что живут более интенсивно, чем животные, чем растения, и уж тем более — чем вещи. Животные инстинктом чувствуют, что живут более интенсивно, чем растения и вещи. Растения видят во сне, что живут более интенсивно, чем вещи. А вещи просто существуют во времени, и это существование во времени является жизнью в…
И вошел туда ветхонький старичок (как потом оказалось, известный писатель), увидел ее и говорит: я уезжаю. А Левченко ему: да как же так, Рустам Алиевич, неужели это из-за девочки, да вы только послушайте, вы сразу поймете: у нее прекрасные стихи. А тот в ответ: не хочу участвовать в убийстве невинного ребенка.
— Деточка, не стоит называть меня госпожой, — ответила она и потрепала меня по щеке, как послушного песика.
— Сильная ты у нас, Тинка, — сказал дядя.
— Хотя кажешься хрупкой, а на деле… очень сильная. Вон, какого тирана и деспота всей душой полюбила. Это же все равно что Кощея Бессмертного или Змея Горыныча полюбить!
— Ну все, — сказала я, отряхивая руки. Дворец, а пыли на мебели тьма. — Теперь только трусы красные на люстру, и заживем мы с тобой Анька, как белые люди.
Теперь я, в общем, была к нему равнодушна, тем более он изменил своё поведение ко мне, перестал махать посохом и признавал моё право на проявления характера и поступки.
Что такое судьба? Течение жизни, слепо тащащее вперёд? Позволяя биться о берега, захлебываясь и крича? Или путь, который ты выбираешь сам? Да не все ли равно? В любом случае я не встречал ни одного человека, который был доволен жизнью, пусть то последний бродяга на тракте или сам император.
Чувства — это наши мысли. Ты не любишь меня, ты бежишь от страха неизвестности. Не знаешь, что ждёт тебя впереди. А я тебе уже близок и знаком.
— Я надеюсь, хоть кто-то из нас думает, что делает, — и пытливо взглянул в мои глаза.
— Женщинам думать вредно, — ответила я и притянула его к себе.
Женщины — глупые существа! — гневался Анвар. — За ними нужно присматривать. Разве можно доверить их жизнь одной лишь судьбе, они же такие слабые!
— Но эти женщины! Неужели мы ничего не сделаем, чтобы облегчить их долю?
— Думайте о своей доле
В прошлой жизни я отдала бы все за то, чтобы иметь ребенка, самых что ни на есть пролетарских, не императорских кровей. Но какое то злое, детское упрямство, чуждое мне, заставляло поднимать голову и заученно твердить 'убегу, убегу, убегу'.
В моем сегодняшнем чтиве благородный принц из сказочного государства спасал из лап дракона юную красавицу. Избито, шаблонно. Но увлекательно.
когда-то пора расстаться с любовью, которая тянет назад, как тонущие люди стремятся выбраться из одежды, способной утянуть их на самое дно.
... И вообще : нет мужчины - нет проблемы.
Проверено временем. Печать НИИ "Самойлова Интертрейд"
Месть - в принципе не может быть достойной целью. Но только если дело не касается уязвленного женского самолюбия.
Тогда прощай здравомыслие и здравствуй женское коварство. Что называется - вижу цель, не вижу преград.
Неприятно сознавать, что в дружбе тобой просто пользовались. И на самом деле тебя не уважали
Как бы они ни радовалась своему мимолётному счастью, но трезвая бабья чуйка и жизненный опыт подсказывали ей, что так просто ничего не бывает и обязательно что-нибудь, где-нибудь как-нибудь взорвётся. Вот тогда и можно будет в полной мере оценить своё счастье: надёжное ли оно или временное…
Девушка была из породы охотниц, кукольных надменных и высокомерных стерв и это просматривалось во всём.
Больший вред приносят не обстоятельства - а наша реакция на них.