Это нелегко. Когда ты знаешь, что твоя победа, на самом деле не твоя. И ощущается она как поражение. И даже уже наплевать на собственные амбиции и гордость. Горечь, сожаления, вина, стыд. Осознание.
Блины – дело тонкое.
блины, как известно, лучшее лекарство от грусти, сомнений и всяческих болезней.
Потому что острый привкус неведомой опасности буквально висел в воздухе, ощущался кожей, проникал в поры. Надвигалась война, и неизвестно, как скоро она начнется.
Ароматный черный ржаной (хлеб) из монастырской печки был вкуснее заливного осетра в «Славянском базаре». Простое лучше. Так жизнь устроена.
На риск идут только романтические натуры. Математик не знает риска. Он всегда просчитывает возможные последствия и точно знает, где больше вероятность найти, а где потерять.
Ему повезло. Сдвинулись чаши весов его судьбы. И Джейдок думал, что искупил свою вину столетиями заточения под землей, что бездна отпустила его, время испытаний закончилось. Он обманулся, бездна не отпускает просто так.
— Он ведь велел вам спасаться, отправлять сигнал двум группам, что были здесь же, а вы…
— Они бы не успели. Горхов было сотни, а Дерион был — один. Они бы порвали его как Тузик грелку.
— Извините, что значит «тузик» и «грелка»?
я была на грани очередного срыва, и в тот момент ещё не решила, что лучше — разгромить эту палату или залить её слезами.
Наши сны про нас знают больше, чем мы сами…
Даже за день до смерти не поздно начать жизнь сначала.
Я не дам ему умереть!!! Вот ещё, так легко он от меня не отделается. Будет жить и терпеть все мои выверты и выкрутасы. Я потом так на нём отыграюсь, столько всего выскажу. Умирать он вздумал, кровью решил истечь, а кто обо мне подумает? Я то как выберусь отсюда?
— Богиня, за что мне это? — он отобрал у меня энергоимпульс от греха подальше и простонал едва слышно, но я услышала. Микрофоны у нас чувствительные и шёпот передают отлично. Он посмотрел на меня так, что по его глазам я прочитала «у креветок мозга в процентном соотношении больше, чем у тебя раз в пятнадцать» — Так идёмте.
А ведь я действительно почти разучилась мечтать, вся наша жизнь была строго регламентирована и расписана в надлежащей последовательности, по пунктам — учёба, потом работа, потом брак, один-два ребёнка и… и просто выживание.
В каждом из нас живёт Робинзон, жаждущий открыть новый мир и встретить своего Пятницу.
Да, Князь мне нравился, сильно нравился. Он был красивым, обаятельным мужчиной, но по мне так слишком властным и беспринципным. И что еще больше меня напрягало он играл нашими жизнями как обычными пешками, не задумываясь о том, что может их сломать или просто уничтожить. Да, для правителя — это отличные качества, для мужа и любимого — отвратительные.
Как бы вы не одевались, даже метка Богини никогда не сделает вас эквейтин. Наши женщины — нежные мягкие, хрупкие создания. А вы…
— Беспринципная, отвратительная землянка. Я в курсе. В следующий раз можете не стараться и откровенно говорить мне все в прямо в лицо. Я уже взрослая девочка и могу постоять за себя.
Самая противная вещь — это внимание.
Его никогда не бывает столько сколько нужно.
Обычно тебе его или дико не хватает, или тебя от него тошнит.
Как бы то ни было, я запрещаю вам прививать оспу этому ребенку, — твердо сказал месье Эдуар, показывая на Адель.
— Я знаю, что у женщин чувство хапа неуправляемо. И хорошо еще, что вас в какой-нибудь обувной или шмоточный не занесло, этого я мог бы и не пережить. А так — забежали, схватили два горшка с цветами, зажмурились, сказали «все, хватит!» и убежали на кассу. Вот это я понимаю, вот это сила воли!
Такие пироги, Рая.
История человечества не знает своего начала, не видит конца.
— Знаете что, Женю я вам пока не доверю. Пусть пару дней здесь побудет, а то не дай бог, подхватит от вас эту гадость! Вы-то здоровый парень, уже оклемались, а маленькому ребенку только этого и не хватало.
— Вообще-то я только что хотел вас попросить об этом, — сконфуженно пробормотал он, — но вы опередили. Я заплачу, вы не сомневайтесь…
— Мужики все идиоты, это я по мужу помню, — сообщила мне мама
Зайдете за сыном, заодно вместе и поужинаете. Как вам?
— Неудобно…
— Неудобно на потолке спать, одеяло сваливается, — сказала я.
— Я иногда, чтобы разгрузить мозги, читаю любовные романы, ну такие, в розовеньких обложках, знаете?
— Да быть не может! — не поверила я. — Чтобы мужчина читал такое…
— Честно! Так вот, авторам этих опусов стоило бы поучиться у моих коллег и случайных знакомых, полета фантазии им явно не хватает.