Если бы девушки отдавали себе отчет, как непривлекательно выглядят, когда плачут, наверно, делали бы это только в полном одиночестве. Конечно, иногда бывает сложно удержаться, согласен, но те, которые слезами пытаются разжалобить, чаще всего оказываются в пролете.
Люди или учатся на своих ошибках, или продолжают набивать шишки на каждом шагу, однажды разбивая голову на смерть.
Никогда не спорьте с дураком , люди могут не заметить между вами разницы.
Видите ли, сударыня, общая сумма разума на планете - величина постоянная , а население растет ... и некоторым не хватает.
Жизнь в институте как всегда кипела. Пока я поднималась в лифте, то успела услышать кучу сплетен и новостей.
— ... в пятой лаборатории опять какие-то проблемы?
— ... Ростова-то аборт сделала от своего младшего лаборанта!
— Ой, Аврора, ты бледненькая, спишь плохо?
Вопрос принадлежал Зинаиде Владимировне. Дама лет шестидесяти, с всегда поджатыми губами в виде «куриной попки» и тонкими бровями.
— Конечно, Зинаида Владимировна, — кротко улыбнулась я, — с мужчинами в постели вообще уснуть тяжело.
Вот так и живем.
Жизнь научила, что не стоит отталкивать руку помощи, кто бы ее ни протягивал. Даже враг. Если он помогает, то можно принять, а дальше уже решать, как рассчитаться. Иногда враг моего врага — мой друг. Иногда приходится объединяться с врагом против врага еще более сильного. А уж если тебе предлагает защиту хороший человек, то нужно быть непроходимым глупцом, чтобы отказаться от этого.
Любопытство – не порок, и губит оно не одних только кошек…
– Скажите, уважаемый, – использовал я обращение трактирщика, – а у вас сырое мясо есть?
Все вокруг побледнели. С чего бы это? Или они думают, что это я его грызть буду? Пф, нет, мясо мне нравится хорошо прожаренным, со специями, и желательно без всяких вредных и ненужных добавок в виде оригинальных химических соединений. Или – алхимических?
Но пока у него есть долг перед своим народом, он должен его выполнять.
– Ну и сволочь же ты, шаск! – Нет, вот спасай людей после этого!
– А вы травили меня исключительно по доброте душевной? – ядовито поинтересовался я, подхватывая сброшенную одежду.
Честно, она покраснела! Это было заметно даже в свете лун! Не ожидал, признаюсь честно…
– Извини… – тихо прошелестело над водой.
– Забыли, – отмахнулся я, натягивая рубашку на ещё влажное тело.
– Леди, вы действительно ко мне столь неравнодушны, – вежливо поинтересовался я у неё, – или это всего лишь банальная слежка?
Девушка взвизгнула, подпрыгнула едва ли не на половину своего роста и засветила в меня чем-то наверняка убойным, но сляпанным впопыхах, а потому только невнятно просвистевшим над головой.
– Это следует трактовать как «да» или «нет»? – всё так же вежливо и ровно поинтересовался я, усаживаясь на хвост.
– Ты… ты… ты… – Похоже, её заклинило.
– Может, вам водички принести? Тут рядом целое озеро, можете сходить сами…
А могу и отнести. Кажется, это будет более действенной мерой, чем стаканчик.
Во всяком случае, выяснилось, что Элхар не терпит над собой никаких властителей, кроме тех, кому он сам вручил право распоряжаться. Или к кому он просто прислушивается. Несомненно, если я прикажу ему что-то сделать, он это выполнит. Но обижаться будет долго. Наверное, именно поэтому я предпочитаю просить его, а не приказывать.
Не люблю быть ни должником, ни кредитором. Это обязывает.
– За жизнь нужно платить жизнью.
Всё может быть, всё может статься…
И чудо может показаться…
Мастер не раз говорил мне, что показываться посторонним не стоит. Может, просто подождать? Если ко мне, – то зайдут. И думаю, можно также не беспокоиться о душевном здоровье гостя. Если только он званый. Такой знает, кого здесь можно увидеть. Незваный же… Только я о нём беспокоиться не буду.
– Твою налево и хвост узлом, змей дурной, думай головой, прежде чем менталить без спросу! – наконец внятно выговорил он.
За всё действительно надо платить. И за собственные стремления в том числе. Было бы глупо нарушать законы природы даже в мире магии. Ничто из ничего не возникает.
Чужим стараются горя не показывать. Его и родным не всегда демонстрируют.
Когда-то Келес и Актар были братьями, между которыми их отец Шаэсс поделил день и ночь, чтобы всегда над миром царил один из его сыновей. А Ашер – обычная девушка, в которую влюбился Келес. Но навещать её ночной бог мог только по ночам. А днём её как-то увидел дневной брат и тоже полюбил. И пообещал забрать с собой на небо, но девушка осталась верна своему ночному возлюбленному. Узнав о происках братца, Келес сам забрал возлюбленную к себе, и с тех пор над ночью они царствуют вдвоём – Келес и Ашер.
Вот такая вот легенда…
Страх – это малая смерть.
Еслии бы я не изучал в свое время психологию, я бы вполне мог поверить в то, что я и вправду обладаю какой-то невероятной силой. Но правда в том, что ею обладают сами люди. Есть внутри нас что-то такое, что способно совершать чудеса. Иногда все, что нам нужно, это чтобы кто-то нажал на курок – и мы выстрелим. Очень может быть, что попадем в цель. А если нет – всегда найдем способ объяснить самим себе, отчего все вышло именно так и не могло быть иначе.
Я подумала про сглаз, и тут же за этим последовала другая мысль – о том, что хорошо бы заехать Игорю Борисовичу в глаз. Подходящая была бы порча.
«Мужчина не может жить только без той женщины, которая может жить без него».
«Ужасные времена» со временем обязательно станут «старыми добрыми временами».