И не надо мне доказывать, что эти сооружения за всю историю их существования падали лишь пару раз! Если упали один раз, упадут и снова. Это всего лишь вопрос времени. И удачи.
Если я раз за разом демонстрирую собственную глупость, в конце концов в нее поверят.
- Чтобы сделать счастливым себя, много труда не надо – просто поступай, как тебе лучше и удобнее, на других не озирайся, - ответил советник. – Вот осчастливить другого сложнее, приходится все свои действия совершать с оглядкой – понравится ли, не оскорбит ли?
Заснула под утро с мрачной мыслью, что не давать спать светлой чародейке, призванной бороться за мир во всем мире и совершать разные добрые дела, – это лучший способ превратить ее в злобную ведьму, мечтающую кого-нибудь проклясть!
... длинное полотенце полностью окутывало ноги, но едва-едва держалось на бедрах...
Он выглядел рельефным, мускулистым, крепким и, несмотря на жалкий покров, таким голым, что мой цветастый халат бледнел перед этой его «относительностью».
Резким движением Ристад схватился за подол висящего на плечиках персикового платья в мелкий цветочек и прикрылся им, как занавеской, оставив на виду лишь плечи и выразительные ключицы.
– Не планируете кричать? – тихо спросил он.
– Нет, – честно призналась я. – А надо?
... ведьма – это состояние души, не имеющее никакого отношения к цвету дара.
– Выбираете ткань для занавесок? – полюбопытствовала я, разглядывая разнообразие тканей.
– Обивку для гроба. –
Я поперхнулась на вдохе.
– Ты не ослышалась, – фыркнула Брунгильда, опускаясь в кресло по другую сторону столика. – Хочешь достойное погребение – подготовь его сама. Иначе похоронят в ящике и в белых тапках. –
– А чем плохи белые тапки? – осторожно уточнила я, с трудом сдерживая нервный смешок. Ничего безумнее в своей жизни не обсуждала!
– Милочка, тебе явно недостает опыта, – неодобрительно поцокала она языком.
– Точно не в похоронных делах. –
– Настоящая ведьма ляжет в гроб только в черных туфлях с каблуками! – отрезала она.
– Ой, тогда мы можем все вместе спуститься на завтрак! – с восторгом объявила блондинистая ведьма.
Угу. Вприпрыжку и взявшись за руки.
– Не дождусь, когда познакомлюсь с твоей сестрой! – чирикала Элоиза. – Шейн говорит, что она очаровательная, добрая и…–
– Идем, – перебила я. – Покажу дорогу в столовую.
– Я знаю, куда идти.–
– Значит, покажешь дорогу мне. Все время путаюсь в коридорах.–
– Я не могу спать, мне в окно светит фонарь. Будь сестрой, потуши! –
Вечером мы забыли закрыть портьеры, и сквозь окна в спальню проникал яркий солнечный свет. Видимо, на улице стоял забористый мороз. Я ненавидела холодные утра. Впрочем, как и любые другие. Кто вообще придумал это ужасное время суток, когда нужно соскребаться с кровати, являть себя миру и прикладывать отчаянные усилия, чтобы никого не огреть заклятием немоты? Утренние беседы мне претили.
– Это солнце, – буркнула я.
– Потуши солнце! Пожалуйста… – промычала она. – Ты же ведьма.
– Я светлый маг. Это принципиально разные вещи.
– Все равно потуши.
Настроение было утреннее, невыносимо паршивое, когда казалось сложным мирно сосуществовать даже с собственным отражением в зеркале.
Самая надежная привязь – это любовь, - грустно проговорила девушка, сжимая повод и глядя мимо князя – на вершины деревьев за широкой луговиной, мимо которой они как раз проезжали. – Веревка порвется, цепь лопнет, сторож однажды заснет – и только любовь держит лучше любой цепи и бережет лучше любой охраны.
В итоге мы поехали. Вернее, нас послали.
- Ольгерд, хочешь, я испеку пирог к чаю? Мы пока с тобой разговаривать будем, он будет готов, тогда и попьем, - предложила я. - Хочу, - согласился он, - угостишь своим фирменным? - Да, - я поднялась из-за стола, - тогда я на кухню, запасы посмотрю. - Я с тобой, покажу, что где лежит, - улыбнулся он, - и рядом побуду. На…
Сказка... почему, стоит нам вырасти, мы забываем о сказках? Гонимся за деньгами, за достатком, за материальными благами, за признанием окружающих, хотя на самом деле всё это ничто. Ничто не сравнится с бесплатным чудом, которое дарит нам жизнь ежедневно. Будь то солнечный ясный день, проливной дождь, или просто снег.
— Люди смотрят на других, но всегда видят только себя.
Там живут примитивные существа, называющие себя «человек разумный», это забавно. Типичный мир существ, уверенных, что они – вершина эволюции. И всё же… что-то в них есть.
не существует сложных ответов на простые вопросы
Общество не может существовать без разумных ограничений. Эти ограничения невозможно проводить в жизнь, если не пользуются доверием и уважением те, кто их осуществляет.
«Ты никогда не сможешь забыть то, что хочешь забыть больше всего».
Чак Паланик.
ОАЭ, Atlantis.
Я ходила за три моря, я искала За далёким, за весенним горизонтом – Звонкую подкову счастья, лунный камень, Белый башмачок, весёлый зонтик… Я сходила за три моря – отыскала За холодным, за потухшим горизонтом – Ржавую подкову счастья, серый камень, Пыльный башмачок и рваный зонтик…
.Уж если быть – так королём! .Любить – так короля!… .А он растеряно и зло .молчит, .свой сан кляня… .Рука неверна и лиха – .как ищущего смерти. .Вам подсыпают яд похвал .в вино… .Король, не пейте! .Как страшно залюбили Вас, король… .А Вы – .любили?… .Две светлые пустыни глаз – .молчанья мили…
Я не знаю, кто он, но уже полгода втайне вздыхаю, смотря в его бездонные глаза, и отчаянно надеюсь, что он когда-нибудь обратит внимание на улыбчивую официантку. Однако именно мне выпадает роль Купидона – положить обручальное кольцо в бокал с шампанским его девушке. Что делать? Выполнить просьбу и отдать красавчика в руки…
Сдаюсь. Против влюбленной дуры я бессилен.
Лучше прожить шестьдесят лет, но человеком, чем сотню — убийцей детей.
Вот уж, действительно, как припрет, так и молитвы вспомнишь.