Он всегда был убежден, что лучший способ разделаться с гордиевым узлом бюрократии, не прибегая ко взяткам, – это хорошенько надраться в дружеском кругу.
Энто как Шик говорит, коли хочешь хоть что-нибудь увидеть в мире, надо мужика из глаза своего вынуть.
Весь вред от мужика, Шик говорит, Он тебе и на пакете с крупой, и по радио, и в собственных мыслях. Он хочет, штоб ты думала, будто он все и везде. А стоит только начать так думать, готово дело, ты уже думаешь, будто он Бог. Да нет же. Ты, когда молишься и вдруг мужик у тебя перед глазами начинает маячить, скажи, чтобы убирался сию минуту, говорит Шик, а вместо него вообрази воду, цветы, ветер, камень большой вообрази.
Не так то это просто, скажу я тебе. Столько времени он мне глаза мозолил, што и не думает исчезать. Еще и угрожает, громом, молнией, потопом и землетрясом. Дерусь я с ним. Даже молиться некогда. Как только представлю камень, тут же в ево швыряю.
В июле 1940-го Гитлер строит – прямо как Наполеон в 1805-м – планы вторжения в Англию. Только для того, чтоб отложить их и отправиться – марш-марш – в Россию. Прямо как Наполеон.
Так кто тут говорил, что история не движется по кругу?
Внезапная, капающая по каплям тишина ударяет, как гонг.
Книги и жизнь — разные вещи, как бы нам ни хотелось верить в обратное.
Лучшая жизнь для писателя — это жизнь, позволяющая ему писать книги наилучшим возможным образом. Можем ли мы быть уверены, что судим вернее, чем он?
В конце концов, не быть писателем легко. Большинство людей не писатели, и ничего плохого с ними не случается.
- - - -
он (Флобер) учит вас спать на подушке сомнения.
Время, сестра, наступает вовремя.
Кейс понял, что с некоторого времени начал вести игру с самим собой, очень древнюю игру без названия, что‑то типа пасьянса, ставка в котором — жизнь.
Если Господь Бог и создал что–нибудь лучшее, он приберег это для себя.
Наркотики — вообще скучная штука. Во всяком случае, — хихикнула 3–Джейн, — когда этим занимаются другие.
... ты шляешься с места на место в своём переносном бомбоубежище из водки и стимуляторов.
...все у нас в жизни не так, все как не надо: спим, когда следует бодрствовать, переминаемся с ноги на ногу, когда должно маршировать, закрываем окно, хотя лучше бы держать его открытым.
...и следует напомнить, что гостиница - это не дом, здесь витают запахи, оставленные бесконечной чередой постояльцев - испариной бессонницы, ночью любви, мокрым пальто, пылью башмаков, начищенных перед самым отъездом, а потом приходят горничные, застилают постели свежим бельём, выметают сор и сами тоже оставляют едва уловимый, но неистребимый след своего присутствия - всё это совершенно неизбежно, всё это приметы человечества.
Жаль мотылька!
Моя рука
Нашла его
В раю цветка
Мой краток век.
Твой краток срок.
Ты человек.
Я мотылек.
Порхаю зная:
Сгребёт, сметёт
Рука слепая
И мой полёт.Уильям Блейк. "Мотылёк"
Он смотрит на меня, я опускаю глаза, глубоко затягиваюсь сигаретой. Человек продолжает смотреть, и единственное, что мне приходит в голову: то ли он меня не видит, то ли меня здесь вообще нет. Люди боятся слиться. «Интересно, продается ли он?»
Скажи-ка мне вот что, Штамп. – Глаза у Поля Ди были воспаленными и слезились. – Скажи мне только одно: сколько же может вынести жалкий ниггер? Скажи мне, Штамп, сколько?
– Все он может, – сказал Штамп. – Все может вынести.
– Почему? Почему? Почему? Почему? Почему?
Главное - не владеть, а контролировать. Вам, я думаю, не приходилось работать в котельной? Котлы кому-то принадлежат, но это совершенно ничего не значит, главное - надо уметь регулировать давление... Да. Если вы не способны регулировать давление, то рано или поздно взлетите на воздух со всеми своими подручными. Когда паровой котёл выходит из-под контроля, люди бегут от него во все второны, спасая жизнь. И они тогда не думают, что этот котёл - их собственность.
- Крошка, ну чёрт возьми... Кей уклонилась от моих рук. - Кобель. Трус. Некрофил.
" Я уединился на год и написал "Чёрную Орхидею". Год пролетел быстро. Бетти Шорт овладела всеми моими мыслями. Я строил её характер на обрывках мужского вожделения и пытался создать мир, убивший её. Я дописал последнюю страницу и расплакался. Я посвятил книгу матери. Я знал, что смог соединить Джениву и Бетти и что меня ждёт успех. Я сам обозначил их связь в многочисленных интервью. Я сделал "Чёрную Орхидею" бестселлером ".
Джеймс Эллрой.
- Господь да смилуется над тобой, Элизабет. Рассел, когда найдешь подонка, который её так изуродовал, дай ему под яйца и скажи, что это от Фредерика Ньюбарра, доктора медицины. А теперь выметайтесь отсюда. Через десять минут у меня свидание с прыгуном - самоубийцей.
Через другое окно на противоположной стороне меня будит розовоперстая заря.
На самом деле, бывают такие утра, что эта фраза оказывается уместна.
Места достаточно. Многие из полок здесь наверху наполовину пусты.
Хотя, несомненно, когда я говорю, что они наполовину пусты, я должна была бы сказать, что они наполовину заполнены, так как, вероятно, они были совершенно пусты, прежде чем кто-то заполнил их наполовину.
Однажды Роберт Раушенберг стер большую часть рисунка Виллема де Кунинга, а затем назвал его «Стертый рисунок де Кунинга».
Однажды кто-то попросил Роберта Шумана объяснить смысл какого-то музыкального произведения, которое он только что сыграл на пианино. Что сделал Роберт Шуман, так это снова сел за пианино и сыграл то же произведение еще раз.