Цитаты
285866
Разговоры с собой давно вошли у меня в привычку, потому что больше особенно поговорить было не с кем, тем более по душам, а когда изображаешь беседу, оно как-то лучше думается. Интересно, конечно, что сказали бы по этому поводу психиатры…
Этот мир до мелочей похож на наш, только магия в нем стала частью повседневной жизни, ей обучают в университетах, будто бухгалтерскому учету. Однако выпускнице факультета общей магии нечего рассчитывать на интересную работу по окончании вуза. Наина была близка к тому, чтобы оставить Государственный магический университет, однако решила из любопытства проверить, насколько правдивы разноречивые слухи о том, будто на таинственном шестом этаже альма-матер, запретном для простых смертных, занимаются...
— Мы многому научились за эти годы. — Пожал плечами король. — А вот новому вотанскому королю еще предстоит научиться, что терпение — великая добродетель. И что слушать надо тех, кто говорит дело, а не тех, кто говорит то, что хочешь услышать.
Хорошо быть Золушкой. Работать, конечно, приходится тяжело, но что в нашей жизни достается без труда? Зато у тебя есть фея-крестная, которая в подходящий момент подарит карету и хрустальные туфельки. И принц, увидев тебя, не сможет пройти мимо. И весь свет на твоей стороне, как же, сиротка… Другое дело — я, мачехина дочка. В сказках нам иногда даже имен не присваивают. Дочка — она дочка и есть. Кому может быть интересен персонаж даже не второго, третьего плана? Только жизнь иногда бывает...
Ну не может, правда же, Эрик погибнуть сейчас, и оставить меня стоять на моем первом балу в роскошном платье и без кавалера? Почему-то я была уверена, что такого непотребства Его Высочество не допустит.
Хорошо быть Золушкой. Работать, конечно, приходится тяжело, но что в нашей жизни достается без труда? Зато у тебя есть фея-крестная, которая в подходящий момент подарит карету и хрустальные туфельки. И принц, увидев тебя, не сможет пройти мимо. И весь свет на твоей стороне, как же, сиротка… Другое дело — я, мачехина дочка. В сказках нам иногда даже имен не присваивают. Дочка — она дочка и есть. Кому может быть интересен персонаж даже не второго, третьего плана? Только жизнь иногда бывает...
«Чем больше людей знает твой секрет, тем меньше времени ему осталось быть секретом».
Хорошо быть Золушкой. Работать, конечно, приходится тяжело, но что в нашей жизни достается без труда? Зато у тебя есть фея-крестная, которая в подходящий момент подарит карету и хрустальные туфельки. И принц, увидев тебя, не сможет пройти мимо. И весь свет на твоей стороне, как же, сиротка… Другое дело — я, мачехина дочка. В сказках нам иногда даже имен не присваивают. Дочка — она дочка и есть. Кому может быть интересен персонаж даже не второго, третьего плана? Только жизнь иногда бывает...
Иногда я думала, что быть похожей на наших соседок было бы проще. Хорошо мечтать о героях, сидя в уютной маминой гостиной и завидуя соседке. А когда у тебя этих героев полон дом, ты без слез не можешь взглянуть на их раны. Но тебя все равно посылают обойти их всех, и ты для каждого пытаешься найти какие-то слова, потому что так надо и так правильно…
Хорошо быть Золушкой. Работать, конечно, приходится тяжело, но что в нашей жизни достается без труда? Зато у тебя есть фея-крестная, которая в подходящий момент подарит карету и хрустальные туфельки. И принц, увидев тебя, не сможет пройти мимо. И весь свет на твоей стороне, как же, сиротка… Другое дело — я, мачехина дочка. В сказках нам иногда даже имен не присваивают. Дочка — она дочка и есть. Кому может быть интересен персонаж даже не второго, третьего плана? Только жизнь иногда бывает...
Но оказалось, женщины живут в каком-то своем, отдельном мире. То, что сам барон считал самым нормальным в мире, многим из них казалось слишком ненадежным путем. В этом странном мире светских дам мужчин было принято выслеживать, словно дичь и хвастаться победой над ними, словно охотничьим трофеем. Опытные охотницы этого мира передают свой опыт дочерям и племянницам, а те, в свою очередь, включаются в игру.
Хорошо быть Золушкой. Работать, конечно, приходится тяжело, но что в нашей жизни достается без труда? Зато у тебя есть фея-крестная, которая в подходящий момент подарит карету и хрустальные туфельки. И принц, увидев тебя, не сможет пройти мимо. И весь свет на твоей стороне, как же, сиротка… Другое дело — я, мачехина дочка. В сказках нам иногда даже имен не присваивают. Дочка — она дочка и есть. Кому может быть интересен персонаж даже не второго, третьего плана? Только жизнь иногда бывает...
Что бы ни происходило в этом мире, Лиззи и братик еще слишком малы, чтобы делить этот груз с ними. Поэтому я, как учила гувернантка, расправила плечи, глубоко вдохнула и сказала себе: «Улыбнись, Гота! Вечер еще не закончился.»
Хорошо быть Золушкой. Работать, конечно, приходится тяжело, но что в нашей жизни достается без труда? Зато у тебя есть фея-крестная, которая в подходящий момент подарит карету и хрустальные туфельки. И принц, увидев тебя, не сможет пройти мимо. И весь свет на твоей стороне, как же, сиротка… Другое дело — я, мачехина дочка. В сказках нам иногда даже имен не присваивают. Дочка — она дочка и есть. Кому может быть интересен персонаж даже не второго, третьего плана? Только жизнь иногда бывает...
В вину самого барона Эрик верил мало. Но он помнил, сколько хороших ребят поплатились жизнью за то, что не проверили какую-то мелочь. Правила работы в их ведомстве соблюдались неукоснительно не потому, что служили там тупые исполнители, нет. Просто, за каждым правилом стояла ошибка, унесшая чью-то жизнь, а иногда и не одну.
Хорошо быть Золушкой. Работать, конечно, приходится тяжело, но что в нашей жизни достается без труда? Зато у тебя есть фея-крестная, которая в подходящий момент подарит карету и хрустальные туфельки. И принц, увидев тебя, не сможет пройти мимо. И весь свет на твоей стороне, как же, сиротка… Другое дело — я, мачехина дочка. В сказках нам иногда даже имен не присваивают. Дочка — она дочка и есть. Кому может быть интересен персонаж даже не второго, третьего плана? Только жизнь иногда бывает...
«Всех гадов не разгонишь, но если их не гонять, то совсем обнаглеют».
Хорошо быть Золушкой. Работать, конечно, приходится тяжело, но что в нашей жизни достается без труда? Зато у тебя есть фея-крестная, которая в подходящий момент подарит карету и хрустальные туфельки. И принц, увидев тебя, не сможет пройти мимо. И весь свет на твоей стороне, как же, сиротка… Другое дело — я, мачехина дочка. В сказках нам иногда даже имен не присваивают. Дочка — она дочка и есть. Кому может быть интересен персонаж даже не второго, третьего плана? Только жизнь иногда бывает...
если ты хочешь подняться выше, тебе придется приложить немало усилий. Заинтересуй, заинтригуй, заставь думать о тебе. Мужчины обожают всяческие загадки и ребусы. Будь такой загадкой, чтобы ему было интересно тебя разгадывать. Но не слишком сложной, чтобы не успел потерять интерес, мужчины любят быть победителями…
Хорошо быть Золушкой. Работать, конечно, приходится тяжело, но что в нашей жизни достается без труда? Зато у тебя есть фея-крестная, которая в подходящий момент подарит карету и хрустальные туфельки. И принц, увидев тебя, не сможет пройти мимо. И весь свет на твоей стороне, как же, сиротка… Другое дело — я, мачехина дочка. В сказках нам иногда даже имен не присваивают. Дочка — она дочка и есть. Кому может быть интересен персонаж даже не второго, третьего плана? Только жизнь иногда бывает...
— Па-ап, — недовольно ворчал Гуннар, — ну неужели они и правда все поверят, что я с первого взгляда могу влюбиться, как мальчишка, а ты — ни разу не попробуешь продавить государственные интересы?
— Нет, конечно, — тихо, как обычно, включилась в разговор Ее Величество, — Но все сделают вид, что поверили. Потому что — традиция.
Хорошо быть Золушкой. Работать, конечно, приходится тяжело, но что в нашей жизни достается без труда? Зато у тебя есть фея-крестная, которая в подходящий момент подарит карету и хрустальные туфельки. И принц, увидев тебя, не сможет пройти мимо. И весь свет на твоей стороне, как же, сиротка… Другое дело — я, мачехина дочка. В сказках нам иногда даже имен не присваивают. Дочка — она дочка и есть. Кому может быть интересен персонаж даже не второго, третьего плана? Только жизнь иногда бывает...
— И если уж папенька решил ввести тебя в высшее общество столь демонстративно, то терпи и не порть игру Его Величеству.
— А что хоть за игра? — смиряясь, спросил Эрвин.
— А чтоб я так знал — пожал плечами крон-принц — Но какую-то игру он ведет, это факт.
Хорошо быть Золушкой. Работать, конечно, приходится тяжело, но что в нашей жизни достается без труда? Зато у тебя есть фея-крестная, которая в подходящий момент подарит карету и хрустальные туфельки. И принц, увидев тебя, не сможет пройти мимо. И весь свет на твоей стороне, как же, сиротка… Другое дело — я, мачехина дочка. В сказках нам иногда даже имен не присваивают. Дочка — она дочка и есть. Кому может быть интересен персонаж даже не второго, третьего плана? Только жизнь иногда бывает...
Когда была жива мама, Лили тоже старалась быть хорошей девочкой. И что? Разве это помешало ее маме умереть? А графиня всегда говорила, что хорошей быть не обязательно, главное, такой выглядеть. И что мама, возможно, была бы жива, если бы меньше заботилась обо всех вокруг и больше — о себе.
Хорошо быть Золушкой. Работать, конечно, приходится тяжело, но что в нашей жизни достается без труда? Зато у тебя есть фея-крестная, которая в подходящий момент подарит карету и хрустальные туфельки. И принц, увидев тебя, не сможет пройти мимо. И весь свет на твоей стороне, как же, сиротка… Другое дело — я, мачехина дочка. В сказках нам иногда даже имен не присваивают. Дочка — она дочка и есть. Кому может быть интересен персонаж даже не второго, третьего плана? Только жизнь иногда бывает...
За их поклонами и скупыми словами благодарности часто скрывалась уязвленная гордость, обида на весь мир, а иногда и непонятное мне презрение. Порой мне казалось, что они понимают: я не по праву пришла сейчас к ним, принесла еду, купленную не на мои деньги, приготовленную не моими слугами…. И они пытались показать мне это, то и дело вставляя в подчеркнуто вежливую, почти подобострастную речь соленые шутки или крепкие словечки.
Хорошо быть Золушкой. Работать, конечно, приходится тяжело, но что в нашей жизни достается без труда? Зато у тебя есть фея-крестная, которая в подходящий момент подарит карету и хрустальные туфельки. И принц, увидев тебя, не сможет пройти мимо. И весь свет на твоей стороне, как же, сиротка… Другое дело — я, мачехина дочка. В сказках нам иногда даже имен не присваивают. Дочка — она дочка и есть. Кому может быть интересен персонаж даже не второго, третьего плана? Только жизнь иногда бывает...
о прекрасных рыцарях-трубадурах девочки мечтают лет примерно до десяти, а потом — о надежных.
Хорошо быть Золушкой. Работать, конечно, приходится тяжело, но что в нашей жизни достается без труда? Зато у тебя есть фея-крестная, которая в подходящий момент подарит карету и хрустальные туфельки. И принц, увидев тебя, не сможет пройти мимо. И весь свет на твоей стороне, как же, сиротка… Другое дело — я, мачехина дочка. В сказках нам иногда даже имен не присваивают. Дочка — она дочка и есть. Кому может быть интересен персонаж даже не второго, третьего плана? Только жизнь иногда бывает...
И, все же, ей тоже никогда не понять большинство благородных девиц, которые живут в совсем другом мире. Мире, где золота не носит даже самая старшая и уважаемая фру рода. И даже серебряные украшения одеваются не каждый день, а по воскресеньям и праздникам. Мире, где приданое старшей дочери оценивается в меньшую сумму, чем та, которую мне, малолетке, выдают в год на чепчики и булавки. Мире, где мечтают не о принцах, а о рыцарях. Причем, о прекрасных рыцарях-трубадурах девочки мечтают лет примерно до десяти, а потом — о надежных. А потом, как Хельге, выходят замуж за увальня-соседа и искренне радуются тому, что он хотя бы в свой дом ее приводит, а не живут из милости у старшего брата. Избаловали ее совсем, вот что я скажу.
Хорошо быть Золушкой. Работать, конечно, приходится тяжело, но что в нашей жизни достается без труда? Зато у тебя есть фея-крестная, которая в подходящий момент подарит карету и хрустальные туфельки. И принц, увидев тебя, не сможет пройти мимо. И весь свет на твоей стороне, как же, сиротка… Другое дело — я, мачехина дочка. В сказках нам иногда даже имен не присваивают. Дочка — она дочка и есть. Кому может быть интересен персонаж даже не второго, третьего плана? Только жизнь иногда бывает...
Может, при должном хозяйствовании, за годы можно было бы накопить на приданое троим дочерям. Но денег хватало только на что-то одно: либо на приданое, либо на выпивку. Стоит ли говорить, что дед всегда выбирал последнее.
Хорошо быть Золушкой. Работать, конечно, приходится тяжело, но что в нашей жизни достается без труда? Зато у тебя есть фея-крестная, которая в подходящий момент подарит карету и хрустальные туфельки. И принц, увидев тебя, не сможет пройти мимо. И весь свет на твоей стороне, как же, сиротка… Другое дело — я, мачехина дочка. В сказках нам иногда даже имен не присваивают. Дочка — она дочка и есть. Кому может быть интересен персонаж даже не второго, третьего плана? Только жизнь иногда бывает...
Любовь - это когда говоришь "До свидания!" своему прагматичному мозгу и впервые начинаешь жить эмоциями.
Меня зовут Кира. Я работаю танцовщицей гоу-гоу в одном из самых престижных заведений города. Как бы не любила свою работу, для общества я всегда остаюсь девушкой второго сорта. Солидные посетители, мир богатых мужчин и вечных развлечений, громкая музыка... Не это ли царство и «Логово» порока? В общем-то, да. Хотя свой моральный облик я всегда держу в чистоте и никогда не соглашаюсь на многочисленные предложения. Даже самые невинные. Но нашёлся же один упрямец, прилип как банный лист! И что...
"-Звонок не работает, как придёте, стучите ногами.
-Почему ногами?
-Но вы же не с пустыми руками собираетесь приходить!"
«Чтобы получить признание – надо, даже необходимо, умереть» – говорила Фаина Георгиевна Раневская. Надо, но не ей. Она никогда не стеснялась в выражениях. Остроумие Раневской сродни рефлексу – оно непроизвольное. Среди сотни книг о Фаине Раневской – в этих «Записках…» собраны не только ее лучшие афоризмы и цитаты, которые складываются в полноценную историю ее жизни, но и воспоминания о самых известных людях той эпохи: Анне Ахматовой, с которой Раневская вместе пережила эвакуацию, Ростиславе...
" Многие получают награды не по способностям. А по потребности."
«Чтобы получить признание – надо, даже необходимо, умереть» – говорила Фаина Георгиевна Раневская. Надо, но не ей. Она никогда не стеснялась в выражениях. Остроумие Раневской сродни рефлексу – оно непроизвольное. Среди сотни книг о Фаине Раневской – в этих «Записках…» собраны не только ее лучшие афоризмы и цитаты, которые складываются в полноценную историю ее жизни, но и воспоминания о самых известных людях той эпохи: Анне Ахматовой, с которой Раневская вместе пережила эвакуацию, Ростиславе...
"Всех артистов заставляли ходить в кружок марксистко-ленинской философии. Как – то преподаватель спросил, что такое национальное по форме и совершенное по содержанию.
-Это пивная кружка с водкой, ответила Раневская.
«Чтобы получить признание – надо, даже необходимо, умереть» – говорила Фаина Георгиевна Раневская. Надо, но не ей. Она никогда не стеснялась в выражениях. Остроумие Раневской сродни рефлексу – оно непроизвольное. Среди сотни книг о Фаине Раневской – в этих «Записках…» собраны не только ее лучшие афоризмы и цитаты, которые складываются в полноценную историю ее жизни, но и воспоминания о самых известных людях той эпохи: Анне Ахматовой, с которой Раневская вместе пережила эвакуацию, Ростиславе...
— Нет! Вы ошибаетесь! — вскричал Уилл. — Я ничего такого не искал! Мне хотелось совсем другого!
— Возможно, ты к этому не стремился, но нашёл именно это, — сказал человек во тьме.
«Чудесный нож» — вторая книга трилогии «Темные начала» Ф.Пулмана. Эта книга, как и «Северное Сияние», — удивительная сказка для детей и взрослых, которая начинается с обещаний, а заканчивается целой Вселенной. Главная героиня — Лира — пересекает границу миров и оказывается в Англии конца XX века, где знакомится с Уиллом. Уиллу 12 лет. Он вынужден совершить преступление. Спасаясь от преследования, полный решимости узнать правду о пропавшем много лет назад отце, он случайно попадает в Читтагацце...
— На свете есть две великие силы, — сказал он, — и они боролись между собой с самого начала времён. Каждое улучшение в жизни человечества, каждая крупица знания, мудрости и порядочности были вырваны одной стороной из зубов другой. Каждый маленький шаг человека к свободе был поводом для свирепой битвы между теми, кто хочет, чтобы мы знали больше и были мудрее и сильнее, и теми, кто хочет заставить нас быть покорными и смиренными.
«Чудесный нож» — вторая книга трилогии «Темные начала» Ф.Пулмана. Эта книга, как и «Северное Сияние», — удивительная сказка для детей и взрослых, которая начинается с обещаний, а заканчивается целой Вселенной. Главная героиня — Лира — пересекает границу миров и оказывается в Англии конца XX века, где знакомится с Уиллом. Уиллу 12 лет. Он вынужден совершить преступление. Спасаясь от преследования, полный решимости узнать правду о пропавшем много лет назад отце, он случайно попадает в Читтагацце...
— Я не хотел его! Не хочу и теперь! — воскликнул Уилл. — Если он вам нужен, можете взять! Я ненавижу его и то, что он делает…
— Слишком поздно. У тебя нет выбора: ты носитель. Он сам тебя выбрал. Больше того — они уже знают, что ты завладел им, и, если ты не используешь его в борьбе против них, они вырвут его у тебя из рук и будут до конца времён использовать в борьбе против нас, всех остальных.
— Но почему я должен с ними драться? Мне надоели драки, я не могу драться вечно, я хочу…
— Раньше ты побеждал своих врагов?
Уилл молчал. Потом ответил:
— Да, наверное.
— Тебе пришлось драться за нож?
— Да, но…
— Значит, ты воин. Прирождённый. Спорь с чем хочешь, но не со своей собственной природой.
«Чудесный нож» — вторая книга трилогии «Темные начала» Ф.Пулмана. Эта книга, как и «Северное Сияние», — удивительная сказка для детей и взрослых, которая начинается с обещаний, а заканчивается целой Вселенной. Главная героиня — Лира — пересекает границу миров и оказывается в Англии конца XX века, где знакомится с Уиллом. Уиллу 12 лет. Он вынужден совершить преступление. Спасаясь от преследования, полный решимости узнать правду о пропавшем много лет назад отце, он случайно попадает в Читтагацце...
— А теперь скажи мне вот что. Вы, ведьмы, знаете что-то об этой девочке Лире. Я почти вытянула это у одной из твоих сестёр, но она умерла во время пытки. Что ж, здесь тебе никто не поможет. Скажи мне правду о моей дочери.
— Она станет матерью… — Лина Фельдт с трудом выговаривала слова. — Она даст жизнь… ослушается… и станет…
— Назови её! Ты говоришь всё, кроме самого важного! Назови её имя! — воскликнула миссис Колтер.
— Ева! Мать всего человечества! Новая Ева! Ева-мать! — рыдая, выпалила Лина Фельдт.
— Ах вот как, — сказала миссис Колтер.
И испустила долгий вздох, словно цель её жизни наконец-то стала ей ясна.
«Чудесный нож» — вторая книга трилогии «Темные начала» Ф.Пулмана. Эта книга, как и «Северное Сияние», — удивительная сказка для детей и взрослых, которая начинается с обещаний, а заканчивается целой Вселенной. Главная героиня — Лира — пересекает границу миров и оказывается в Англии конца XX века, где знакомится с Уиллом. Уиллу 12 лет. Он вынужден совершить преступление. Спасаясь от преследования, полный решимости узнать правду о пропавшем много лет назад отце, он случайно попадает в Читтагацце...