Красота женщины — необходимое качество в социальной жизни, мужчина гордится ею как своими деньгами и положением в обществе, в сексе же красота очень часто помеха…
Красота женщины — необходимое качество в социальной жизни, мужчина гордится ею как своими деньгами и положением в обществе, в сексе же красота очень часто помеха…
— У меня на этот счет иное мнение, — твердо сказала Наташка. — Кто любит, тот не живет с любимым, дабы сохранить любовь… Кто любит — уходит.
— Какое оригинальное мнение…
— Не такое уж и оригинальное, но верное. Быт убивает любовь. Ежедневные столкновения двух тел что в постели, что на кухне умерщвляют аромат другой личности. К любимым нельзя привыкать…
Государство как будто взяло на себя заботу о моей безопасности, а на деле отняло у меня право защититься, убить моего врага...
«Женщины вообще удивительно бесчувственны, — думает Оскар. — Как они умудрились заслужить репутацию слабого пола, хрупких и чувствительных существ, непонятно».
Красота женщины — необходимое качество в социальной жизни, мужчина гордится ею как своими деньгами и положением в обществе, в сексе же красота очень часто помеха…
В таком случае мне остается только одно удовольствие - это признать себя дураком.
Будущее всегда в руках настоящего.
Кладами здесь и не пахнет, – подумал он и вдруг услышал голоса.
Хотя истинное родство душ одной любовью не ограничивается. Оно, как понимала теперь Агата, предлагает также отказ от маски, которую мы склонны надевать, чтобы понравиться тому, кто нравится нам. Очень трудно и страшно снять эту маску и показать себя таким, каков ты есть на самом деле. Дать другому увидеть тебя таким, каким видишь себя только ты сам.
Что ж, преданность зверька купить было несложно. Почти так же легко, как преданность большинства людей.
Но весь мир соткан из противоположностей? Добро и Зло. Юноши и девушки. Старое и новое. Так и у правды, как у любой монеты, две стороны.
- Вы с Тедросом планируете завести детей? - не унималась Беттина.
- А вы ищете тех, кто бы вас удочерил - резко ответила Агата.
На этом, собственно, интервью и закончилось
С. 42; "...любить того, кто счастлив, всегда легче".
Люди всегда будут предлагать тебе свою идею счастья. Они будут говорить, что они тебя знают и тебе нужно вот это, вот это и это. И чем ближе люди, тем резче они это будут говорить. Но ты все-таки лучше знаешь себя.
Он щедро добавил, что влюбился в наш дом и даже носки на полу для него дышат жизнью. Я зашипела на Катю, чтоб та убрала носки, чем бы они не дышали...
"В ходе обследования были обнаружены: два сонных таракана, разговорник французского, один штопаный носок, а в мусорном ведре - пачка салфеток, отменно склеенных в твёрдый брусок. Маленький констебль положил улики на койку и стал попеременно рассматривать.
-Годчичник изучает французский. Зачем?
Тараканы ответили ему сонным причмокиванием..."
"Питер вдруг ощутил, насколько реален сказочный мир,и комната тот же час - укутанная пляшущими тенями, с тёплым огоньком ночника - стала частью этой сказки. Часы на стене зевнули и улыбнулись стрелочками, прокашлялся очаг, и даже голландский городок на гобелене зашумел деловито".
Хорошо, что я сидела, иначе упала бы от восхищения актерскими способностями Ивара.
Как говорится, не можешь изменить ситуацию, измени отношение к ней и сделай из врага временного союзника.
Всё же нет ничего хуже, чем ощущать себя бессильной и понимать, что ты ничего не можешь изменить.
- Лежишь, значит,? Отдыхаешь? - проговорил он, выползая из-под кушетки. Двойник не ответил, лишь судорожно сглотнул, не сводя с него глаз. - А я, между прочим, за тебя тружусь. На турнике подтягиваюсь, тебя выручаю, пока ты здесь прохлаждаешься......
- Ты кто?!- выдавил наконец Матвей на кушетке.
- Я? Твой глюк. Галлюцинация. После встряски башки.
- Чего?!
- Чего-чего! Тебе так крепко по репе врезали, что мы с тобой раздвоились. Один пошёл соревноваться, а второй тут остался. Ясно?
— Опомнись! Ты себя должен спасать, а не меня! Я тебе никто! Уходи!
— Заткнись! — в отчаянии шипел Матвей, обдирая руки и куртку о грубый шероховатый прут. Шея и лоб взмокли от напряжения. В висках пульсировало: у-хо-ди, у-хо-ди. А небо салютовало ему падающими звездами. Балка не поддавалась. Время истекало. И Ватрушкин был прав. Тысячу раз прав. Матвей должен спасать себя, свою жизнь, своих родителей. Он должен выбрать их, а не чужого одноклассника Ватрушкина из другой реальности. Это было логично, правильно и разумно — просто взять и уйти сейчас.
Оставить его и вернуться в собственную жизнь. Он и в самом деле не пропадет, у него есть телефон, он знает свои координаты. Его обязательно найдут…
Но в этой безупречной логической цепочке было одно «но». И оно не имело разумного объяснения. Матвей знал, что не уйдет. Он просто не мог этого сделать.
( Сколько таких подзаброшенных, неумелых талантов! ( Ужасно, что помочь ему может только Матвей, но только если поймет, как Вене нужен друг. Но в жизни Матвей замкнут и сидит только в Интернете, Веня замкнут и сидит в фантастике, зато гопники друг друга находят...
И напоследок, автор очень забавно описывает астрологию, не понятно, смеяться или плакать:
"– Да это не предрассудки, Полина! – верещала тетя Валя, стоя на их пороге со стаканом муки в руках. – Что ты! Негативная энергетика! Да еще и Марс в Весах! Надо подождать несколько дней…
– Ладно, ладно, теть Валь, поняла, – нетерпеливо сказала мама, пропуская Матвея в прихожую. – Я пойду, надо собираться, у Саши самолет скоро…
– Самолет?! – истерически взвизгнула соседка, и у Матвея аж скулы свело от ее пронзительного голоса. – Сейчас ни в коем случае нельзя летать! Рождение новой луны – это опасный период, самое большое количество несчастных случаев приходится как раз…
– Теть Валь! – резко оборвала ее мама. – Хватит уже! Что вы, в самом деле? Все, до свидания.
– Чего она? – спросил Матвей, когда мама закрыла дверь.
– Да вот, за мукой заходила.
– И опять со своими гороскопами?
– А ты можешь себе представить тетю Валю без гороскопов?
– И что у нее сегодня случилось?
– Ой, не знаю, то ли новолуние, то ли безлуние… То ли вообще криволуние. Мне стричься на этой неделе запретила, а папе – в командировку лететь. Плохой период, видите ли, негативная энергия, в общем, куча неприятностей… Да ну ее, вечно наговорит ерунды!"
"– Шпионил? Чего тебе надо от меня? – Матвей недружелюбно взглянул на вылезающего из своего укрытия Веню. Тот подошел ближе и без приглашения опустился рядом.
– Ты показался мне каким-то странным, – словно извиняясь, проговорил Ватрушкин. – Я проанализировал наш разговор… и нашел нестыковки… Ну, и пошел за вами… И все слышал.
Матвей не мог поверить своим ушам. Он, Матвей, показался странным? И кому? Ватрушкину! У которого ни один день не обходится без происшествий. И который, оказывается, умеет анализировать и находить нестыковки. Потрясающе!
– И что? Теперь состыковалось? – иронично поинтересовался Матвей.
– Ну… почти. В общих чертах… – Веня застенчиво теребил в пальцах свои наушники. – Ты не обижайся на Милославу, что она не поверила… В это и правда трудно поверить.
Матвей, не мигая, уставился на него.
– Ты хочешь сказать, что веришь мне?
– Я… допускаю такую возможность.
– Какую возможность? Что я сошел с ума?
– Что ты каким-то образом… перепрыгнул в другую вероятность.
– Чего?! Куда я перепрыгнул?
– Ты что-нибудь слышал о квантовой теории параллельных миров?
– Параллельные миры? Но это же фантастика!
– Ну, как сказать… Физик Хью Эверетт выдвинул научную гипотезу о множественности миров. Это потом ее подхватили фантасты. Вообще-то многие предположения сначала объявлялись абсурдными, а потом становились открытиями. Клонирование, например, тоже считалось фантастикой, пока не появилась овечка Долли. Может, скоро будет научно доказано существование параллельных реальностей…
– Ватрушкин! Я и не знал, что ты умеешь нормально разговаривать, – ошеломленно сказал Матвей. – Да еще такими умными словами.
Веня мгновенно сбился и замолчал. Матвей вскочил и в смятении заходил взад-вперед возле опрокинутой парты.
– Нет, ты вот сейчас серьезно? Ты реально веришь, что такое может произойти? – остановился он перед Веней и поглядел на него в упор. – Это же полный бред.
– Но ты ведь здесь, – тихо сказал Ватрушкин, поднимая на него глаза. – И если ты не… не шутишь…
– Мне не до шуток, уж поверь!
– Тогда у меня только одно объяснение: ты в другой вероятности.
– Что ты мне голову морочишь! То реальности, то вероятности! – воскликнул Матвей. – Ты можешь нормально, простыми человеческими словами ответить, почему все вокруг остались, а я исчез?
– Потому что в этой вероятности у твоей мамы родилась дочь. Вместо тебя.
– Что?! – Матвей ошарашенно шлепнулся на парту. – Как это?"