Иногда работа мне кажется отличным предлогом для чего угодно. Но потом думаю: а может, это вообще не предлог. Может быть, работа действительно интереснее всего остального. Даже отношений.
Оковы прошлого. По существу, каждый всю жизнь поет одну песню...
Каждый хочет быть особенным. Но черт возьми, разве это главное? Большинство людей не обладают талантами. И что им теперь делать убиться?
I never really understood how wonderful it was to always have someone to talk to who would know what you were talking about, and someone to play with who understood the kind of things I wanted to play.
Классовые отношения совершенно неосязаемы, их влияние не поддается научному анализу и как бы не существует, но действует мощно и неотступно. Вот видите – как волшебство.
Волшебство ли это? Да, своего рода волшебство, но большей частью чтение своей книги.
Tolkien understood about the things that happen after the end. Because this is after the end, this is all the Scouring of the Shire, this is figuring out how to live in the time that wasn’t supposed to happen after the glorious last stand.
Мы машинально направились вниз, к книжному, как будто ноги сами несли. Я им об этом сказала.
— Библиотропизм, – улыбнулся Хью. – Как у подсолнухов гелиотропизм, они поворачиваются на солнце. А нас притягивают книги.
Считайте это мемуарами. Считайте, что это мемуары из тех, которым в будущем грозят ужасающие разоблачения, когда обнаружится, что автор лгал и все были не того цвета, пола, класса и вероисповедания, как он утверждал.
— Арлингхерст — одна из лучших в стране школ для девочек, — сказала одна из них.
— Мы все в нее ходили, — подхватила другая.
— Самые веселые времена, — закончила третья.
Они, как видно, привыкли размазывать любую фразу на всех.
У меня были книги, новые книги, и пока их хватит, я все что угодно вынесу.
Когда-нибудь я над этим буду смеяться – обещала я себе. Буду смеяться над этим вместе с людьми такими умудренными и умными, что пока мне их даже не вообразить.
Думаю, для библиотекаря книга - не самый подходящий подарок.
The thing about Tolkien, about The Lord of the Rings, is that it’s perfect. It’s this whole world, this whole process of immersion, this journey. It’s not, I’m pretty sure, actually true, but that makes it more amazing, that someone could make it all up.
Библиотеки — это чудо. Они даже лучше книжных магазинов. В смысле книжные магазины ведь зарабатывают на продаже книг, а библиотекари просто сидят и одалживают вам книги по доброте душевной.
Счастливые воспоминания легко сносить до дыр, если слишком часто к ним обращаться. Если так делать, к старости дурные воспоминания окажутся свежими, потому что их отталкиваешь, а все хорошие сносятся.
После обеда он пригласил меня в свой кабинет. Тетушки смотрели недовольно, но промолчали. Кабинет меня ошеломил – он был полон книг. Судя по всему дому, я ожидала увидеть старые издания Диккенса, Троллопа и Гарди (бабушка любила Гарди) в кожаных переплетах, а полки оказались забиты книжечками в бумажных обложках, причем большей частью фантастикой. Впервые в этом доме я по-настоящему расслабилась – и впервые при нем, потому что, раз такие книги, может, все не так плохо.
Если вы любите книги, книги отвечают вам любовью.
Могли бы деньги на создание такого множества бомб, что можно убить всех на свете русских, передать библиотекам. Библиотеки для Британии полезнее, чем независимый ядерный арсенал. Кто-то там неправильно определяет приоритеты.
There’s a cat, too, a big fat ginger-and-white cat called Chairman Mao, or maybe Chairman Miaow.
I still can’t forgive Lewis for his allegory. I understand now why Tolkien said in the prologue that he hated them. You can’t take something that’s itself and make it stand for something else. Or you can, but you shouldn’t push it. If I try to think of it as a retelling of the gospels, that diminishes Narnia.
Finished LOTR, with the usual sad pang of reaching the end and there being no more of it.
It doesn't matter. I have books, new books, and I can bear anything as long as there are books.
Когда разговариваешь с чиновником выше типа Е, складывается впечатление, что перед тобой не вполне человек, и оно не вполне ложное.
Мне пять лет от роду, и по опыту я уже знаю: внешность обманчива. Люди с честными лицами лгут, а большие корабли тонут там, где маленькие суденышки благополучно переносят шторм.