Книги Кирилл Ликов
— Любезнейший, почем у вас музы? — Вам для чего? — А что, есть разные? — Есть, и превеликое множество. Для танца, для пения, для сочинения стихов и прозы, для истории, для музыки. У нас самый большой выбор муз в городе! Хозяин умолчал о том, что в этом городе нет больше магазинов, торгующих музами. Но, увы, таковы законы торговли. — Вы понимаете, я как бы поэт…«Вертепские истории» — это цикл философских сказок для взрослых, где фантазия переплетается с реальностью, а магия — с повседневностью....
Хотите почувствовать себя героем с полным набором приключений с мечами и магией, с бластерами и псионикой? Безопасность и конфиденциальность гарантируется. А самое главное — недорого. «Вертепские истории» — это цикл философских сказок для взрослых, где фантазия переплетается с реальностью, а магия — с повседневностью. Рассказы цикла повествуют о жизни города Вертепск и его обитателях. За внешней фантастикой скрывается подтекст, а магия и чудеса становятся метафорой наших страхов, надежд и...
Будущему поэту не показалось странным тогда, что совсем посторонний человек вмешивается в его дела, дает напутствия и объясняет ему что-то. Убитому горем человеку вообще редко что кажется подозрительным, а тем более акт помощи и поддержки. Ему даже не показалась подозрительной та визитка, хотя кроме черного фона и золотого тиснения, там не было ничего написано, только огромный, почти со всю визитку, кроваво-красный заковыристый вензель…«Вертепские истории» — это цикл философских сказок для...
Мой друг, если бы старый безмозглый Харм видел точный путь искоренения всего, что ему не нравится на этой земле, то, поверьте, он бы не сидел тут сложа руки в размышлениях и созерцании. Как только я узнаю или пойму обходные пути для «Не навреди» и «Не уверен — не обгоняй», я тут же начну действовать, но сейчас это совершенно бессмысленно…
В суровом краю льда и снега, где правит холод и безжалостный ветер, совместная экспедиция Города, Леса и Невриды пытается выжить после крушения. Они сталкиваются с непредвиденными трудностями в этом неприветливом мире. Но их ожидают не только трудности. В этом мире, где мамонты и шерстистые носороги бродят по снежным равнинам, саблезубые барсы охотятся на стада овцышей, а в небе парят металлические птицы, люди сталкиваются с еще большим вызовом – ледяными великанами, почти не уязвимыми для...
Один лесовик, вольный стрелок, предводитель охотников. Второй горожанин, почитающий дисциплину и живущий по уставу, командир караульного подразделения. Оба облачены в отличную броню и снабжены высокотехнологичным оружием. Лес противостоит Городу, а Город ненавидит Лес. Общая угроза нависла над всем человечеством! Волколаки и змеи-горынычи, лешие и колобки, колдуны и чародеи во главе с восставшим из небытия богом Кощеем. Смогут ли люди объединиться против общего врага? Найдутся ли герои,...
«Вертепские истории» – это цикл философских сказок для взрослых, где фантазия переплетается с реальностью, а магия – с повседневностью. Рассказы цикла повествуют о жизни города Вертепск и его обитателях. За внешней фантастикой скрывается подтекст, а магия и чудеса становятся метафорой наших страхов, надежд и повседневных реалий.
Хотите отлично провести время в кино? Два часа просмотра отличной исторической картины? Чтоб было интересно и увлекательно? Когда ещё в нашу деревню синему привезут? Тогда вам сюда. Заходи люд честной, смотри синему да радуйся.
Хорошо же на пиру у царя-батюшки-ампиратора, и покушать что есть, и девку за мягкое место ущипнуть можно и скоморохов послушать, а они затейники, ух какие затейники…
Что ты отшила этого наглеца, это правильно. Но дату смерти говорить было глупо и неразумно. Такие вещи вообще не говорят без убедительной просьбы. Синдром, конечно, синдромом, но люди, когда гриппом болеют, платочек с собой носят, чтоб не кашлять на других. Так что учись молчать, милочка, иначе ляпнешь такое кому-нибудь поопаснее и посильнее, а он в ярости и гневе тебе милую головушку снесет…«Вертепские истории» — это цикл философских сказок для взрослых, где фантазия переплетается с...
Две группы подростков бросаются друг на друга в бой, используя не только руки и ноги, но и попавшуюся под руку мебель, стоящую на фудкорте, в основном пластиковые стулья… И все бы было ничего, если это было бы не в Вертепске. Какое к этому отношение имеют странные многохвостые лисы Кицунэ с берегов далекой Японии?
Страшные дела творятся с недавнего времени в нашем царстве, ой, страшные. Ещё недавно жили, не тужили, ничего беды не предвещало. Деревья росли вверх кронами, камни на земле лежали, рыба в озёрах да реках плескалась, девок на улицах городов и сёл не крали. И тут как грянет гром и молния, поднимется ветер северный, Бореем у людей названый…
Но не знаешь, откуда беда высунется. Сидел Правша в ус не дул, кониками торговал, да тут дружинники прибежали, да боярин из канцелярии тайной. Окружили торговую палатку Правши, никого не пускают, коней с хаерами резными в мешки суют…
Ой, ты гой еси добрый молодец, аль мимо ступай, красна девица. Было то намедни, а может и надысь, никто не упомнит. А чего спрашивается помнить? На болоте у нас жизнь размеренная, неторопливая, тут что вчера, что месяц назад, все едино. Культурной жизни на нашем болоте, если признаться, отродясь не было и в ближайшем будущем не предвидеться.
Было это в тридевятом царстве, в тридевятом государстве. В селе Новораздолбайкино, что налево от Тмутаракани, дня два не доезжая до Киева.Завелся там Горыныч…
Сожженные книги это цикл рассказов где скрывающиеся от опасности в заброшенной библиотеке сталкеры, жгут книги, чтоб согреться и одновременно читают их. Кто знает, что им может попасться под руку…Я проснулся. Проснулся? А я спал? Скорее я почувствовал себя. Просто почувствовал, что я существую. Еще миг назад, я точно не чувствовал себя, а это значит, что я был либо мертв, либо без сознания, либо спал. Мертвым я никак быть не мог, ибо это уже насовсем и не излечимо.
Ох тяжела доля певца, нужно четко угадать, где и что петь, а не то, можно не заслуженную славу заработать, а и жизни лишиться.
«Вертепские истории» — это цикл философских сказок для взрослых, где фантазия переплетается с реальностью, а магия — с повседневностью. Рассказы цикла повествуют о жизни города Вертепск и его обитателях. За внешней фантастикой скрывается подтекст, а магия и чудеса становятся метафорой наших страхов, надежд и повседневных реалий.