В сборник включены произведения прозаиков Андхры (Южная Индия) — писателей с разными творческими индивидуальностями. Классик литературы на языке телугу Чалам представлен повестью «Лаласа», рассказывающей о судьбе гордой и свободолюбивой женщины. Жизнь индийской провинции изображается в юмористической повести М. Раджарама «Городок мой, Сиривада», в новеллах Д. Б. Тилака, П. Суббарамаи, Б. Сурьи Рао, С. Джаярама.
Признайтесь, вы когда-нибудь мечтали стать могучим диким зверем? Чтобы одним ударом лапы победить всех врагов? Нет? А вот герой этой книги с детства хотел побыть львом, чтобы хоть на миг ощутить себя сильным, дерзким — и совершенно свободным. И представьте, его мечта сбылась! Однажды он проснулся и убедился, что он уже не человек, а самый настоящий лев. Вам предстоит узнать, каково ему было жить львом с человеческим разумом, стал он вольным зверем или оказался запертым в клетке, остался в городе...
Роман-фантасмагория Киора Янева — это алхимический опыт, поставленный над российской историей, древней и новейшей, азиатской и европейской, развернутой в зловещий миф и свернутой в дикий быт, вымышленной и умышленной… Главный элемент этого опыта — русский язык, принимающий по ходу повествования все мыслимые и немыслимые формы и становящийся в конце концов чем-то вроде праведной саламандры, горящей и не сгорающей в лютом огне двадцатого века.
Время действия трёх трагикомических текстов книги – 70-е годы ХХ века, а рассказывать, о чём писал Фридрих Горенштейн (1932, Киев – 2002, Берлин), – занятие вполне бессмысленное, и чтобы в этом убедиться, достаточно прочитать первую фразу этой книги. В дневнике Андрея Тарковского, для которого Горенштейн писал монологи Андрея Рублёва и сценарий «Соляриса», есть такая запись: «Вне сомнений: он – гений!»
Прозаический сборник «Перебеги меня» – это книга о взаимоотношениях людей, которые станут «людьми одного поколения» в ближайшие 5—10 лет, о страшных играх, в которые играют юные, о причинах любви и истоках ненависти. Также это ответ на вопрос «Может ли человек всегда оставаться ребёнком?» и «Можно ли повзрослеть в 12 лет?»«Читать рассказы Лекса – всё равно, что балансировать между только что просмотренными клипами „Тик-Тока“ и реальностью, в которую из них вынырнул…» (София, блогер). Книга...
Земную жизнь пройдя до середины и дальше, можно ли не помнить ту часть пути, которая была «до»? Для каждого это самое «до» – свое. Для кого-то перестройка, для кого-то эмиграция или поворотные события. Книга рассказов Ивана Алексеева – кстати, врача по профессии – ведет нас в «до» – в забытое, затоптанное в глубину памяти. Первая любовь, первые данные себе обеты, первые победы. Первые измены и похороны. А первые, выстраданные, вымечтанные джинсы «Супер-Райфл»? А первая зеркалка с телевиком? А...
Рассказы, объединяющие золотой канон мягкой научной фантастики и социального реализма, точно и цельно отражают современность. Здесь не будет головокружительных погонь, зрелищных сражений и необычных пространств, напротив — Ольга Харитонова реконструирует ландшафты и интерьеры, знакомые любому жителю постсоветского пространства. Но она же изящно вводит в сюжеты небольшие фантдопущения как поводы для разговора о телесности, самоидентификации, проживании горя и гуманизме — не глобальном, ради...
Алексей Серов пишет о тех, кого когда-то называли «человек труда». Его рассказы — словно безупречно срежиссированное кино, снятое о жизни вокруг нас. Кажется, с героями не происходит ничего необычного, пейзаж знаком и коллизии не новы, — но безупречно выстроенный текст ведет за собой, заставляет сопереживать, волноваться, радоваться внезапным поворотам сюжета… И вновь утвердиться в величии русских людей.
Сколько времени еще проживет археолог? Лежа на террасе, обращенной в сторону Нила, он рассказывает. О себе самом, о жизни, смерти, нескольких персонажах, повстречавшихся ему в четырех уголках старого континента, где он работал, восстанавливая древние сооружения. В их числе были старый нубиец, камбоджийский сказитель, немец-музыкант, поселившийся на острове Бали; женщина, которую он некогда встретил возле римской часовни. Он также беседует о музыке: восточной, западной, музыке былых времен,...
Мир погряз в преступности и алчности. Люди все реже стараются решать свои собственные проблемы своими силами и прибегают к менее законным способам. Исключением не стали террористические группировки и политики. Услугами криминальных консультантов, наемников и киллеров пользуются все чаще и чаще. Как в таких условиях работать полиции? Тоже нанимать. Только наемников-детективов.
«Незначительная деталь» начинается летом 1949 года, через год после окончания войны, которую палестинцы оплакивают как Накбу – катастрофу, повлекшую за собой изгнание 700 000 человек, а израильтяне прославляют как Войну за независимость. Израильские солдаты захватывают в плен и насилуют палестинскую девушку, затем хоронят ее в песке. В наши дни молодая женщина в Рамалле становится одержима этой «незначительной деталью» истории и отправляется в путешествие, чтобы узнать подробности случившегося. ...
Роман состоит из рассказов и дневников жены, дочери и внука «знаменитого советского генерала» Ионы О.
Повествование охватывает семь десятков лет жизни в СССР между двумя катастрофами — революцией 1917 года и развалом страны в начале 90-х годов. Главный герой книги, генеральский внук, тонкая творческая натура, растет в своей семье белой вороной. Сама жизнь делает его диссидентом, но и среди диссидентов он не находит понимания. Постепенно он теряет все, чем дорожил…
Автобиографический роман Анатолия Андреевича Дарова (Духонина, 1920–1997) имеет длинную историю. Весной 1942 г. автор был эвакуирован из осажденного Ленинграда в Пятигорск, где летом попал под немецкую оккупацию. Первый вариант книги был написан по свежим следам и публиковался под названием «Ленинградский блокнот» в газете «Новая Мысль» в Николаеве в 1943 г. Публикация вызвала нездоровый интерес гестапо, и следующий вариант автор издал уже после войны, в 1945 г. в Мюнхене, будучи беженцем, малым...
«Главный парадокс в том, что именно врачи способствовали привнесению табака в западную цивилизацию», — пишет в авторском предуведомлении Милен Русков. Герои романа — испанский медик доктор Николас Монардес (лицо реальное) и его ассистент португалец Гимараеш да Сильва (лицо вымышленное) — колесят по окрестностям Севильи, безотказно излечивая с помощью табака всех обратившихся к ним пациентов… Суждения автора, рассыпанные здесь и там, — точны и убедительны, хотя он явно избегает нравоучительного...
В книгу «Песня первой любви» вошли лучшие рассказы Евгения Попова. Какие-то из них давно любимы читателями, какие-то публикуются впервые — все дополнены оригинальными авторскими комментариями, где Евгений Попов расшифровывает «некоторые фразы, нуждающиеся в пояснении в начале XXI века, и слова сибирского русского», на котором изъясняются его персонажи.
В сборнике широко представлено творчество прозаиков Республики Шри-Ланка. Повесть уже известного нашим читателям А. В. Суравиры «Сыновья, не покидайте деревни», проникнутая верой в торжество прогрессивных преобразований, посвящена борьбе молодого поколения за лучшую жизнь. В книгу входят также повесть Р. Дхармакирти «И будет день…», где осмысливается судьба «маленького человека», рассказы Г. Витаны, К. Джаятилаки, Р.-Р. Самаракона и других.
«Сейчас пользуются спросом только грузчики, уборщицы, продавцы да торговые агенты, рассмеялась про себя Лиза. Страна ничего не производит, только барахлом китайским торгует. И задумалась, ведь если олигарх, которому принадлежит предприятие, где работает её муж, зарплату не выплачивает, а на благотворительность регулярно немалые деньги жертвует, то выходит, что к делам этим и её муж причастен, как и всякий, кто на олигарха этого на голом энтузиазме работает».
«Вот они, все одиннадцать, слева направо: Бийо, Карно, Приёр, Приёр, Кутон, Робес пьер, Колло, Барер, Ленде, Сен-Жюст, Сент-Андре. Застывшие, неизменные. Комиссары. Великий Комитет Великого Террора. Четыре и три десятых метра на без малого три». Роман Пьера Мишона (р. 1945), удостоенный Большой премии Французской Академии, — история вымышленного художника, в юности беспечного подмастерья Джамбаттисты Тьеполо, а ныне поденщика эпохи Террора, создателя группового портрета Комитета общественного...