Рассказ
В мастерской мы всё сидели, начиная с 08:30, когда только приходили на работу. Время от времени, после рявканья из селектора, кто-то из нас кидался выполнять заданную работу: там прокладку поменять, или предохранитель. Часто перекуривать ходили; мой товарищ по работе много рассказывал про баб-б...ей; я поддакивал, нещадно обсирая прошмандовок. Тем более, мне лично было за что тоже. Знаете, я вот гордился моим товарищем по работе!
Иногда с удовольствием читаю книги о попаданцах. Но к концу, когда понимаю, что все эти громы и молнии, дымы и зеркала высших сил затрачены по ничтожному поводу - выдать замуж очередную офисную чикулю за принца, обычно разочаровываюсь. И я написала небольшую пародию. Здесь есть чикулита и принц, они, конечно, поженятся, но кроме этого, я попыталась реабилитировать высшие силы, придать осмысленность действиям того, кто "вертит жернова". Буффонада, бурлеск и гротеск, с присущей им гиперболизацией.
Пять лет назад личность Девушки-Паук была раскрыта. Пять лет назад Петра Паркер с помощью Доктора Стрэнджа решить эту проблему без вмешательства к этому делу миссис Поттс. Попытка стереть память об этом у многих провалилась. Злодеи других миров, смерть Мэй Паркер, двое Людей-Пауков. Всё так завертелось и кончилось, что по итогу ничего не вышло. Вселенная стабильна, личность не спасена, Девушка-Паук оставила свою деятельность, исчезла с радаров. Спустя пять лет забыли. Но один день изменил всё.
В ад я хочу попасть на своей новой дорогой машине! Да и то, в Бога я не верю, а значит и за свои грехи отвечать не буду.
У Брюса Уэйна есть причины ненавидеть мутантов, или мет, как предпочитает называть их общество. Как показывает опыт, меты чаще обычных людей становятся преступниками, поэтому в Готэме - и без того опасном городе - меты вне закона. Каждый мета помещается в Аркхэм для "изучения метагена". Брюс поддерживает эту систему до тех пор, пока не встречает одного мальчика... или нескольких.
В Графстве Лонгсворд бушует гражданская война. Различные политические силы борются за власть в этом маленьком государстве. Добровольческая дивизия Речной Коалиции, присланная на помощь военному комитету умеренно левых и правых сил, была уничтожена в ходе одного из боёв с коммунистами-радикалами. Лишь девять пони уцелели, и им предстоит выжить во вражеском тылу и выполнить приказ командования.
Когда я думаю о своём детстве, мне вспоминается старый бабушкин дом, затерявшийся на окраинах тихого, южного города; такие города живут только летом, когда жара привлекает любителей понежиться под солнечным небом и поплавать в освежающей, солёной воде. Впервые я побывал там в два года, если фотография, с которой мне улыбается кудрявый мальчишка, с веснушчатым носом и голубыми глазами, отдалённо напоминающий меня, не врёт.
Странные голоса шептали мне. Я пытался осмотреться, но вокруг лишь тьма. Звук шёпота постепенно нарастал, и это тихое звучание превратилось в душераздирающие крики. Я не мог заглушить их, ведь я не чувствовал своего тела. Вдруг вдалеке я увидел свет, я отчаянно пытался приблизиться к нему, но всё было тщетно. Ведь я недостоин света, но вдруг я начал падать, всё ниже и ниже, а свет понемногу исчезал.
Мой товарищ, майор Рысь Евгений Александрович, учинил проверку психиатрам на проф. пригодность. Проходил обыкновенную водительскую медицинскую комиссию. Далее с его слов. "Торопился за день всех врачей пройти. В наряд заступал, на развод караула опаздывал. Без очереди врываюсь в последний кабинет. К психиатрам. Взять у них справку, что я здоров.
Учился я тогда в Минске в институте Недвижимости и Оценки при Министерстве Экономики Республики Беларусь. Это было моё третье образование. Получить его было необходимо, чтобы открыть своё агентство недвижимости и грамотно впиндюривать построенное своей же строительной фирмой жильё. Далеко идущие планы молодого военного пенсионера. Учиться я умел. Напористостью меня создатель наградил. Сдавать экзамены получалось хуже.
Наружная реклама гласила: "Летайте самолётами Аэрофлота", "Слава КПСС", ... . Зачем этому Славе дали фамилию КПСС было непонятно. Как было непонятно, чем же ещё можно летать, кроме как самолётами Аэрофлота? Других компаний не было. Самолёт не роскошь, а средство перемещения. С ним проблему дорог и дураков можно до небес поднять. Особенно, если создать проблему перелета с самого начала, с попытки купить билет на самолёт.
. Про Львовского офицера зайца. Летом 90-го, в форме советского офицера я возвращался из командировки. Транзитом во Львов пребывал часа в 4 утра, а следующий поезд увозил меня в 8 часов с того же вокзала. Билеты уже были. Солнце только поднималось. Транспорт ещё не ходил. Время для знакомства с городом хватало и я пошёл по трамвайным путям заре навстречу. Часам к 7, порядком находившись, сел в трамвай по вокзальному маршруту. Передовой отряд рабочего класса к этому времени сидячие места...
Вальдемар стоял перед комодом, створки дверей которого были зеркальными. Он причесывался. Оба его отражения (в правой и левой створках) делали то же самое. И Вальдемар, насвистывая, смотрел то в правое свое отражение, то - в левое. Настроение у него было превосходное. Сегодня должны были выдать зарплату на работе, а это значило, что вечером он сможет как следует посидеть в пивной. Вальдемар уже предвкушал, как закажет себе пивка... креветок...
Енька всегда боялась клоунов и была равнодушна к бабочкам, пока в её жизни не появились эти странные люди.
Странные люди и странная любовь. Да и любовь ли это... "Сколько ещё он сможет отдать кусочков души до того, когда не останется совсем ничего..."
Яркий луч света ударил в глаза, ослепил меня. Я понял: преследователи близко. Но не дам им меня настигнуть! Буду бороться до последнего мгновения! Я рванулся сквозь густорастущие кусты и, кубарем скатившись в лощину, побежал. Луна светила ярко, и потому мне не составляло труда разбирать дорогу. Но лунная ночь была также на руку и моим преследователям. Старательно обходя освещенные ночным светилом места, лавируя между камнями и кустарниками, под покровом деревьев, перебежками продвигался я...
На песчаном берегу, сплошь усеянном ракушками и высохшими бурыми водорослями, четко отпечатались следы. Они ровной цепочкой шли вдоль кромки моря со стороны утеса, потом сворачивали от берега по направлению к курортному городку. Некоторое время их еще можно было отыскать на песке, но вскоре они прерывались у асфальтной дорожки. Каждый вечер я находила эти следы, но ни разу не встречала их хозяина или хозяйку.
Рассказы об исчезнувших из быта советских людей словах, таких как «помгол», «ликбез», «выдвиженец», «торгсин», «синеблузники»…
Элисон и Стив отправились в поход на развалены города-призрака, чтобы весело провести время, напитаться новыми эмоциями и отдохнуть о городской суеты. Но все пошло не так, когда на опустевшей улице показался голый ребенок, а где-то в соседнем разрушенном доме мелькнула тень. Жар пустыни, заходящее солнце и крики звериной стаи чудесные декорации для самой кровавой ночи в жизни молодых туристов.
Потрескавшаяся земля, серая дорожная пыль, голые деревья, невысокие лысые кустарники. Затянутое тяжелыми тучами небо, сороконожки, сновавшие у торчавших из земли уродливых корней деревьев. Слабый ветер, безмолвие. Словно бы вся природа погрузилась в скорбь. Вереница людей, ползущая между стволами мертвых великанов. Впереди всех Путник, среднего роста и сложения человек, с густой рыжевато-красной бородой, маленькими свиными глазками, серебристо-седыми кудрями.