Тебе никогда не дается желание без того, чтобы не давались силы осуществить его.
Счастливый брак, так же как любое партнерство, основан на гармоничной согласованности желаний и потребностей обеих сторон. И пока супруги будут придерживаться этого правила, в семье все будет хорошо.
Женщины не осознают силу своей любви и стараются завоевать любовь мужчины, делая для него больше, чем им хотелось бы.
«Попробовать» – это и значит съесть.
Джим сказал, будто пчелы не жалят дураков, только я этому не верю: я сам столько раз пробовал, и они меня не кусали.
Отгрызаясь таким образом от наседавших на него старых друзей-товарищей, Терентий жмурился и улыбался, растянув рот до ушей. Он с удовольствием посматривал вокруг, читая вслух названия лодок, окружавших его.
– «Соня», еще одна «Соня», и еще «Соня», и опять «Соня», и «Соня» с Люстдорфа, и еще три «Сони» с Ланжерона! Вот это да! Восемь Соней, один я! «Надя», «Вера», «Люба», «Шура», «Мотя»… Ой, мамочка-мама! Куда мы заехали? Вертай назад! – кричал он, с притворным ужасом закрывая картузиком лицо.
Кроме этих шаланд, было еще штуки четыре «Оль», штук шесть «Наташ», не меньше двенадцати «Трех святителей» и еще одна большая очаковская шаланда с несколько странным, но завлекательным названием: «Ай, Пушкин молодец».
"Ромео обнял меня и погладил по волосам.
– Успокойся, дорогая. Ты сомневаешься во мне, как в мужчине, и невероятно обижаешь меня. И как-то я ожидал, что ты будешь рада. Очень рада. Ну, женщины обычно радуются, когда узнают, что беременны. Почему я один радуюсь, а жена – нет?
– Потому что ты уже всё сделал, а мне ещё рожать, – пробурчала я. Не всегда женщины радуются. – Ромео, это ужасно. Это аморально! Нет ничего хуже нежеланного ребенка..."
Старый джанки нашел вену... кровь расцветает в пипетке, как китайская роза... он заталкивает героин домой, и мальчик, который дрочил пятьдесят лет назад, еще непорочный, просвечивает сквозь опустошенную плоть и заполняет сортир сладким пряным запахом юношеской похоти...
— Что ж, цель оправдывает средства, — подхватил де Мюзадье. — Я охотно соглашусь с вами, что он обожает мир, если вы не станете со мной спорить, что для достижения мира он все время стремится к войне. Впрочем, это неоспоримая и феноменальная истина: все войны на этом свете ведутся только ради мира!
– Ну, – сказала она, – как делишки?
То был традиционный в «Отряде ТС» зачин. Ответ всегда давался один и тот же – «паршиво», так как рассчитывать, что медицина обнаружит продлевающие жизнь свойства курения, или что резко понизится процент совершаемых с применением ручного оружия убийств, или что некий юнец с 0,24 процента алкоголя в крови, вместо того чтобы загубить чью-нибудь многообещающую молодую жизнь, вдруг возьмет да и спасет ее, – рассчитывать на все это особо не приходилось.
Как жаль, что для обмена мыслями мы должны прибегать к услугам такого скверного и вороватого комиссионера, как слово, - он крадет все ценное и лучшие мысли портит своими магазинными ярлыками.
полной свободы не бывает. Мы всю жизнь от кого-то зависим: в детстве от родителей, затем от учителей, начальника, жены или мужа, под старость от детей и внуков.
Даже ссать с третьего этажа запрещают. А в каком это законе написано, что ссать с третьего этажа нельзя
"Мы избалованы прошлым благополучием, - думал Майкл. - Мы ни за что не признаемся в том, что больны, и, однако, остро ощущаем свою болезнь!"
Англия с серебряной ложкой во рту! Зубов у нее уже не осталось, чтобы эту ложку удерживать, но духу не хватает расстаться с ложкой! А наши национальные добродетели - выносливость, умение все принимать с улыбкой, крепкие нервы и отсутствие фантазии? Сейчас эти добродетели граничат с пороками, ибо приводят к легкомысленной уверенности в том, что Англия сумеет как-нибудь выпутаться, не прилагая особых усилий. Но с каждым годом остается все меньше шансов оправиться от потрясения, меньше времени для упражнения в британских "добродетелях". "Тяжелы мы на подъем, - думал Майкл. - В тысяча девятьсот двадцать четвертом году это непростительно".
... область любви для Антихристы ограничена зеркалом, её любовь подобна стреле, которую стрелок пускает в самого себя. Стрелия, дальность полета, – меньше некуда. Как можно жить на таком пятачке?
Клятвами нельзя торговать или брать их назад, их дают на всю жизнь.
Знания и ученость - вот величайшие сокровища, они гораздо ценней серебра и золота
Аномалия появляется только на фоне парадигмы. Чем более точна и развита парадигма, тем более чувствительным индикатором она выступает для обнаружения аномалии, что тем самым приводит к изменению в парадигме.
– А кто, по-твоему, друзья: те ли, кто кажутся хорошими людьми, или же только те, кто на самом деле таковы, хотя бы такими и не казались? То же и насчет врагов.
– Естественно быть другом тому, кого считаешь хорошим, и отворачиваться от плохих людей.
– Разве люди не ошибаются в этом? Многие кажутся им хорошими, хотя на деле не таковы, и наоборот.
– Да, они ошибаются.
– Значит, хорошие люди им враги, а негодные – друзья?
– Это бывает.
...платите в два раза больше, покупайте в два раза меньше. Твердо запомните это правило и всегда следуйте ему, покупая любой предмет одежды, будь то шляпа, костюм, пальто, обувь или носки. Когда речь идет об одежде, качество намного важнее, чем количество.
Зачем атомам так утруждать себя быть вами - не такое уж благородное занятие на атомном уровне.
Говорят, что жизнь посылает людям сообщения, смысл которых так же ясен, как смысл иероглифов. Но если человек не Шампольон, он не сумеет их расшифровать. А хуже всего то, что, если даже сумеет, все равно опоздает что-то предпринять.
«В общем, я, как обычно, вляпалась по самые уши и теперь не представляю, что делать дальше», – подумала раздосадованно.
ФРУ ЛИННЕ. Жить ведь надо, доктор. РАНК. Да, как-то принято думать, будто это необходимо.
Стоят невинные малые дети, здесь, в польском городе, и там, в немецком, или в другой стране, и все молятся Богу, а через несколько лет, ослепленные ненавистью, пойдут воевать и будут убивать друг друга.Фрагменты из дневника капитана Вильма Хозенфельда