Ты все еще заражена надеждой. Ты думаешь, что где-то может быть жизнь, которую стоит прожить. Что какое-то сочетание действия, бездействия, знания и удачи может спасти тебя, если ты правильно подберешь пропорцию. Так послушай меня. Вот здесь, сейчас, — лучше, чем сейчас, не будет никогда.
Человек может судить о чем-либо, только если пережил это сам… Бесценный опыт, мать его… Теперь и я знаю, что такое черная тоска. Это марево, вулкан, пепел, яд, серная кислота… Она травит тебя, растворяя изнутри, лишая защитной оболочки и превращая в слабое, уязвимое существо. Напрасно мы думаем, что, теряя отношения, мы сохраняем себя…
Романтично - аж тошнит.
Как только приведешь в порядок мозги, все в жизни встанет на свои места.
Нельзя всю жизнь быть глиной в корявых лапах этого государства.
все это «поступай с другими так, как ты хотел бы, чтобы поступали с тобой»… Это работает, только если все так делают. Но никто больше так не делает. Мир полон людей, которым на это насрать. Они пройдут по головам, чтобы получить желаемое. Они пройдут по головам даже собственных детей.
Если хочешь быстро уснуть,стань активным читателем на ночь.
Содержание книги - не суть, увести тебя в сон - её данность!
" Совет на ночь"
Однажды один англичанин попытался разбить ландшафтный сад по примеру японских садов. Он чрезвычайно гордился достигнутым результатом и при удобном случае повёл одного японского господина посмотреть его. Учтивый японец воскликнул: "Как красиво! У нас в Японии нет ничего подобного!"
Было бы начало, будет и конец
Я описала, что происходило. Причем внимательно слушали меня все, в том числе Карел. Он ведь не знал о самодеятельности мелкого ушастого отпрыска семейства Дель Тиро.
Я тоже вышла из класса, но существовала отдельно от них. Они остались прежними, но я изменилась. Я теперь не была человеком. Я стала беспредельна. Пока они, обычные и приземленные, шли по кампусу, я парила, оставляя позади кленово-рыжий хвост кометы. Я больше не была собой, не была никем. Я была красным шариком, повисшим на суку. Абсолютной пустотой.
Сгребaет в охaпку мой густой, тяжелый хвост и перекидывaет волосы с плечa зa спину, полностью обнaжaя меня спереди. Прижимaет теплые пaльцы к шее, нaщупaв aртерию, a свободной рукой стискивaет головку стетоскопa, предвaрительно согревaя ее, будто собирaется слушaть испугaнного ребенкa. Приклaдывaет к моей груди, нaходя нужную точку, и я неосознaнно вздрaгивaю.
- Дыши спокойнее, - просит мягче.
Бессмертный не жил настоящим, а тонул в прошлом. Цепляясь за то, чего нет и что не вернешь, вампир постепенно погибал, Угасал, словно свеча.
- Никто никогда не знает, как поведет себя в стрессовой, опасной для жизни ситуации.
Никогда не забывай, что со мной был твой первый поцелуй.
Никогда не забывай, что с тобой будет мой последний.
Никогда не прекращай любить меня в промежутке между ними.
Как бы судьба ни кружила меня в своих поворотах, я точно помнила прописную истину: нужно оставаться человеком. И чем выше взлетаешь, тем непоколебимее должно быть это правило.
— Для меня ничего хуже быть не может — никогда не думать о других, а только о себе.
Она не знала, как обьяснить, что любовь всегда требует риска, и она готова пойти на этот риск.
– Вы же не собираетесь выкупить зверя?
– Нет, господин Торн.
– Спасибо.
– Я собираюсь спасти ему жизнь с помощью ваших денег.
– В моем доме белок не будет!
– Вы сделаете мне свадебный подарок.
На каждую сотню дерьмовых дел я стараюсь делать одно хорошее. Сегодня это ты.
Никогда не вешай нос, слышишь? Всегда сражайся до последнего. Верь, что все будет хорошо. Что добьешься всего, чего пожелаешь. Надейся даже тогда, когда руки опускаются от бессилия. Надежда – это ведь последнее, что у нас могут отнять.
Метания, борьба лишь приближали поражение. Плыть по течению представлялось наилучшим рецептом выживания.
— Вы необычный человек, Аскольд. Сложно поверить, что вы семнадцатилетний простолюдин.
— Почему же? – усмехнулся я.
— Например, потому, что сегодня вы убили двух человек. Отъявленных мерзавцев и преступников! – злобно прошипела она и тут же спокойнее продолжила: – Но тем не менее двух человек. Не похоже, что вы переживаете об этом. Как и о том, что сейчас пьете вино с регентом боярского рода.
— А зачем мне переживать об уже случившемся? – спросил я, снова потянувшись к бокалу. – Ситуация требовала действовать наверняка, чтобы ни одна случайная техника или пуля не задела беззащитного ребенка.
- И вообще кухня вовеки вечные теперь твоя территория.
- Звучишь как сексист.
- Я звучу как мужик. Я добытчик, ты тыл. И чтобы я хорошо добывал, меня надо отлично кормить.
- И как ты раньше не помер от голода. – Ядовито протянула она, сдвигая ножом ломтики картошки в сторону.
Хоть какая-то реакция!
- На последнем издыхании жил.
Божедомы каждое утро подбирают трупы, так как пытают каждый день, кроме пасхи, рождества и троицы.