– Есть какая-то причина, по которой мы до сих пор не целуемся?
– Разница в росте в основном.
– Ну не заставляй меня карабкаться наверх.
Пожелай чего-то достаточно сильно — и непременно своего добьешься , если только готов будешь принести соразмерную жертву. Какую угодно, что бы то ни было… Но запомни: достигнутое никогда не оправдывает ожидания — рано ли, поздно ли, а придется сожалеть о жертве.
Он в ней нуждался. Отчаянно. Мучительно. Так, словно грудь и кишки его держатся на одной-единственной деревянной прищепке, и если Элис не объявится, прищепка упадет. Он представлял, как приедет на обычное место, а ее там не окажется, и у него внутри словно лопался воздушный шарик с водой.
Каждый, кто идёт на войну, думает, что его не убьют. И, наверное, никаких бы войн в истории не было, если бы ты знал – убьют тебя. Да-да – ИМЕННО ТЕБЯ.
Когда ты неизлечимо болен, ты хватаешься за все, что угодно: за любую мелочь. В прошлый раз, когда цитология не показала наличия опухолевых клеток в подозрительном шейном лимфоузле, ты катал между пальцами рублевую монету. Значит, и сейчас надо. В прошлый раз, когда на КТ ничего не нашли, ты перед этим определенным образом почесал за ухом. Значит, и сейчас надо. Конечно, это звучит глупо; многое звучит глупо, когда ты не болен раком.
Русские не улыбаются без причины, но когда они улыбаются, будьте уверены, что они делают это искренне. Другой вопрос - из каких побуждений. Александр Пелевин "Калинова яма"
- ... Знаешь, что говорят в Бергмарк про звезды?
- Что они загораются сами и падают сами. Если звезда упадет на землю, она ее сожжет, поэтому ангелы прибивают их к небу гвоздями...
Люди редко видят то, что есть на самом деле, а не то, что им кажется.
― Ладно, удачного дня, брат. Пойду почитаю. Или поплачу. Или поем.
В случае, если существует много объяснений какой-то проблемы, правильным обычно оказывается простейшее.
И на его лице столько всего, что не сразу разберешь: тоска, счастье или злость.
Не могу сразу прочесть, что именно написано у него в глазах, но понятно, что он раздавлен.
Мир распался надвое: мир испуганных взрослых и мир бесстрашных детей существовали рядом и не пересекались.
Вика… Можно я буду называть вас так? – снова переключилась на меня Аурелия. – Такое необычное имя, очень красивое. Это что-то означает? – Я открыла рот, чтобы ответить, но тут же закрыла, так как вставить хотя бы слово оказалось невозможным. – А меня называйте – Лия
Женщины-то точно уверены, что любой представитель сильного пола просто непременно обязан обратить внимание на замысловатый маникюр, а мужчины заметят только наличие чёрной каёмки под ногтями или их обгрызенные края – это их точно зацепит и отвратит от данной дамы.
Дальше, по мнению женщин, любой мужчина обязательно оценит их супер-причёску, а мужчины пожмут плечами и удивятся, чего там замечать-то? Главное, что волосы чистые и их много… или по крайней мере, они выглядят так, что их много.
С одеждой и того забавнее. Если её критически мало, то это, конечно, будет замечено, так же как наличие провокационных вырезов, разрезов и прочего манкого одежного инвентаря. Остальное, в большинстве случаев, будет скорее воспринято как оболочка, обёртка – есть она и хорошо. Да, разумеется, одежда ещё как меняет человека, только вот выделить отдельные элементы этого мужчинам бывает сложновато – внимание не на то настроено.
Киа всегда говорила мне, чтобы я была более смелой, но я никогда не слушала.
— Потанцуй со мной.
Девочка внутри нее мечтала об этом, женщина — знала, какими хрупкими бывают мечты, но война научила ее танцевать, пока есть возможность.
Совет клана снова собрался на рассвете, только теперь на гору поднималось гораздо больше людей. Цепочка воинов, стариков, женщин, одетых в чёрное, растянулась по всему склону. Суд чести — это вам не судьба сирот, он требовал общего внимания.
«Скажи, ты знаешь, как тебя зовут? У тебя есть память? Ты помнишь, что было вчера, позавчера?» – прервал я зайца.
«Я был рожден несколько часов назад с одной целью – чтобы ты меня убил... Если бы ты меня убил, то сделал бы сразу две вещи – повысил свой уровень и помог родиться новому мне, обновленному, ничего не помнящему, не ругающему тебя за убийство…»
«А кто перезапустит мою память? – тут же парировал я. – Ты переродишься, в этом мире может все переродиться, но твоя предсмертная агония останется со мной до самого последнего момента...»
«Понимаю…»
«Если ты понимаешь, ответь: что будет со мной, если я привыкну убивать здесь? Смогу ли я остановиться там, в реальности, где смерть не будет нести за собой перерождения? Смогу ли я разграничить два разных мира, или однажды у меня просто-напросто снесет крышу, и я пойду убивать всех направо и налево, решив, что вокруг игра?»
Ты – самый бездушный и бессердечный из всех, кого я знаю. Ты оцениваешь людей только по их успешности. Выучился за границей – молодец, ничего не достиг – отстой. А на человеческие качества тебе плевать. Конечно, на качествах же денег не срубишь.
– Ну, вот ты у нас, Брага, кто по темпераменту? Холерик, сангвиник, флегматик или меланхолик?
– В душе не ебу.
– Холерикам рекомендуют покупать все самое броское. А потом вручать с пафосом, на людях. Например, сертификат на одежду модного дизайнера. Что скажешь?
– Да ну на хрен.
– Так и думал я, что ты не холерик.
Тот, у кого нет способности чувствовать боль другого, не человек, хоть и ходит на двух ногах и говорит по-английски.
И не знаю, что будет со мной и с тобой после этого лета. Даже если ты уже любишь кого-то другого, пусть у него тоже сердце замирает, когда ты смотришь на него своим взглядом. Я твой взгляд на всю жизнь запомню.
Именно взаимное терпение недостатков друг друга люди и называют браком.
Запомни: никогда не предавай себя, даже ради самой великой цели. Ни одна цель не оправдывает средства.
— Не захлебнитесь пафосом, — не совсем вежливо перебила я и улыбнулась. — И в чём смысл тогда? Ну, живёте вы вечно, холодные бесчувственные твари, а радость в чём? Где счастье? Вы безнадёжны, — махнула рукой и допила ликёр