Время от времени он испускал негромкое ворчание, и в этом ворчании была успокоительная интонация, точно он уговаривал Мики: «Разве ты не видишь? Я перегрызу эту штуку пополам. К утру я кончу. Не вешай носа! Дальше будет лучше».
- Так, ты чего меня с мысли сбиваешь? - И в мыслях не было сбивать с мысли. Надо же, каламбур получился.
я, старый звездочет, почувствовал себя просто школьником, когда Вселенная дала нам свой звездный урок
Потому что боимся ещё большей боли. Мы делаем друг друга слабыми, и в итоге когда-нибудь непременно сломаем, а я во второй раз не оклемаюсь. Ты, Бес, стал моим полётом, было круто, не спорю, но крепко стоять на земле безопасней.
- Не буду ходить вокруг да около: я пришла просить об одолжении.
Да, вот тут человечке нельзя было не отдать должное - в своих решениях была она внезапна, как осьминог в унитазе. На вкус Иса, это была едва ли не единственная черта, которую Тир со своей парой делили на двоих: было совершенно невозможно предугадать, в какое полушарие венценосных голов шибанёт дурь... в смысле, вдохновение на этот раз.
Что за чушь сейчас печатают? Где старый добрый Жюль Верн, где Дюма, Дефо?
Только попробуй полюбить человека — и он тебя убивает. Только почувствуй, что без кого-то жить не можешь, — и он тебя убивает.
Может, и правда, стоит поговорить о прошлом и оставить его там, где оно должно быть?
То, что ты видишь и слышишь, в некоторой степени зависит от того, каков ты сам.
Всем известно, что, потакая желаниям ребенка, мы «портим» его, а идя против них, укрощаем и подготавливаем его к жизни в обществе. На самом деле в каждом из этих случаев мы добиваемся противоположного результата.
Желающий видеть только родные берега никогда не узнает, насколько они родные, если не понабивает ноги на берегах чужестранных.
Еще недавно люди складывали из своих воспоминаний книгу, теперь делают сто снимков на телефон и забывают о них.
Каковы бы ни были причины материнской неудовлетворенности, она, как правило, наследуется и воспроизводится дочерьми почти в той же форме, в какой проявлялась у их матери. Так как материнская сверхопека сопровождается нехваткой реальной любви, в последствии она оборачивается недостатком самоуважения у ребенка, а также неутолимой жаждой любви и признания.
— Убирайся. — Как обычно, твоя благодарность ошеломляет.
Никогда не слышал, чтобы лорды с женами разводились, — пожал он плечами.
— Ох, жопонькой чую, что еще услышишь, — намекнула на большие обстоятельства.
Подражание - это высшее проявление лести
— Я не верю! Я не верю! О, Рон, как это прекрасно! Староста! Как и все в нашей семье!
— А кто же, интересно, мы с Фредом? Соседи? — возмущенно сказал Джордж.
Пойми, слова сами по себе не «грязные» – оскорбительны стоящие за ними действия.
Слушать - страшно. Представлять - еще страшнее. Оправдать невозможно. Не знать - нельзя. Эти истории - словно протянутая из прошлого рука
По убеждению Айлинг, если чувствуешь себя ничтожеством, нужно пойти и купить смелое платье, шляпку побольше – по примеру представителей царства животных отпугивать недоброжелателей экзотическим «оперением», пока не расхрабришься.
— Ну как же, — нерешительно сказал Карик, — человек всё-таки царь природы и… вдруг…
— И вдруг?..
— И вдруг… Он будет меньше мухи… Это же…
— Что?
— Это же неприлично!
— Почему?
— Не знаю! Бабушка говорит, — неприлично. Мы с Валей читали недавно книжку про Гулливера и лилипутов, а бабушка взяла да и порвала её. Она говорит, неприлично изображать людей крошечными. Бабушка рассердилась даже. Она сказала: человек больше всех животных, а потому все и подчиняются ему.
— А почему же прилично человеку быть меньше слона?
— Так то же слон!
— Глупости, мой мальчик, человек велик не ростом, а своим умом. И умный человек никогда не подумает даже, прилично или неприлично выпить уменьшительную жидкость и отправиться в странный мир насекомых, чтобы открыть многое такое, что очень нужно и полезно человеку.
Есть гнев и есть ярость, а есть неистовое бешенство, для которого у нас нет подходящего названия. Оно бледное, очень чистое и очень холодное. Сдается мне, такое чувство испытывает христианский бог при виде греха.
Счастье — это не состояние, не точка на графике. Счастье — процесс непрерывный.
Любовь, как и ласточка, приносит дому счастье.
Она имела собственное мнение о том, кто доминирует в их семье, однако из соображений стратегических держала это мнение при себе.