Люди не фрукты, перезрев, не разлагаются!
– Любая животная ласку любит, – говорил Кирц, когда они присели на минуточку и он закурил. – Собака особенно. Так что даже этого крокодила гладить нужно. Но не слишком часто, а то обнаглеет и полезет на кровать.
– Да я на ней одна-то едва умещаюсь, – фыркнула Лэсси.
– Ну вот, значит, пойдешь спать на коврик, а он устроится на матрасе.
– А вы, стажер, не вздумайте подкармливать Дайсона. А то знаю я, как он за девушками ухаживает: посмотрит в глаза трагическим взглядом, и они ему не то что сардельку, а целую отбивную пожертвуют!
– Я имею в виду, сье Обри, что преступник, если бы вы воспользовались этим же знаком, чтобы остановить его, освободился бы очень быстро. Ну, если б вы не успели за минуту-две связать его по рукам и ногам.
– Можно еще по макушке тюкнуть, чтобы не трепыхался, – вставил Дэви.
– Ну да, сумочкой…
– Иной дамской сумочкой и насмерть зашибить можно, – не согласился Гэйн.
- Правда, – тяжело вздохнул дядя Одди, – на твоего отца ушла большая часть моих запасов. Казалось бы, математик, а пьет как медик!
– Да, я же сказал – они тезки. Назвали в честь нашего шефа, – ухмыльнулся Килли. – Вы только подумайте, а? Будете командовать: Дайсон – вперед, Дайсон – взять, Дайсон – к ноге, сидеть, лежать! А он станет беспрекословно слушаться, потому как обязан, а возразить все равно не может, хотя всё-о-о понимает!
Они с Сэлом зашлись сдавленным смехом, а Лэсси посмотрела на пса.
– Знаете, – сказала она, – он, похоже, действительно понимает ваши слова.
Пес оскалился во всю пасть и пару раз стукнул по полу хвостом толщиной в руку Лэсси. Судя по выражению его взгляда, он не только всё понял, но и хорошенько запомнил.
Погруженная в прошлое, ты стоишь спиной к своему будущему.
Надежда есть всегда. Она существует до тех пор, пока не забили последний гвоздь в крышку вашего гроба. Даже если вы лежите на смертном oдре, даже если вас жрут абберы… Помните, вы должны бороться!
Как же запутаны пути Богов, по которым идут их Дети!
Хорошая смерть искупает дурно прожитую жизнь.
– Люблю блондинов, – весело пояснила Иви.
– Любых?
– О не-е-э-эт.
– Красивых, умных, властных, нежных, очаровательных, притягательных…
– Несуществующих, – подытожил Алей.
– Именно.
– Ну как? – плюхаясь на кровать, поинтересовалась ведьмочка.
– Да никак, – грустно ответила Верлена. – Они все такие… простые, что ли. И нужно им почти всем только одно.
– А тебе?
– А я хочу любви.
– Большой и светлой?
– Ну зачем ты так? – обиженно откликнулась подруга. – Хотя бы маленькой и искренней.
Мир Алисы мог меняться. То, что она видела, трогала, осязала — существовало, и изменить его она уже не могла. А вот остальной мир был для нее точно шляпа фокусника, из которой можно достать белого кролика с розовыми глазами, разноцветную ленту или алую розу. Главное — знать, что хочешь достать, когда засовываешь в нее руку.
Самый худший враг – это враг, знающий все твои привычки и чувства, ну или бывший друг.
Их восемь, нас восемь, мужчины увиваются вокруг и очень стараются. А когда мужчины очень стараются, значит, им что-то нужно. Очень нужно.
Как выразился в свое время талантливый поэт Константин Симонов о Сталине, был культ, но была и личность.
Подчиненный приносит начальнику смету какого-то предстоящего дела. Посмотрев на общий итог, начальник спрашивает:
– А почему цифра не круглая?
Подчиненный, человек довольно независимый, отвечает спокойно:
– Круглыми бывают только дураки.
Трусливое бегство из жизни — самое глупое из возможных решений.
Зло порождает зло. Злом не добиться хорошего результата. Возможно ли вообще существование малого зла? Может ли какая угодно цель оправдать такие средства или это всегда будет самообманом?
даже королевам, оказывается, иногда везет в любви и в семейной жизни. Главное не отчаиваться, если с первого раза не получилось.
— Ладно, поехали. Проклинать момент знакомства с тобой уже давно поздно, придется жить с тем, что есть.
В моем возрасте уже неприлично всерьез увлекаться женщиной только из-за внешней красоты. А не признавать чужих объективных достоинств — глупо в любом возрасте.
Сумасшедший дом! Пятилетний ребенок спрашивает у меня, какой повод нам с ним напиться… А ведь бабушка всегда предупреждала, что дружба с оторвой Леркой до добра не доведет! А вот до психоза или тюрьмы – запросто! Как же бабушка была права! Надо было еще в третьем классе отсесть от Леры к Петьке Сорокину, нашему прилизанному отличнику.
Давай выпьем за наших врагов! Пусть у них будет всё: шикарный коттедж, антикварная мебель, бассейн с геотермальным источником, комнаты, устланные исфаханскими коврами, американский говорящий телефон с программным управлением. И пусть по этому телефону звонят только 01, 02, 03!
для человека, непривычного к свободе, отсутствие хозяина становится тяжелым испытанием.