Мальчишки молчали.
И Глеб прекрасно понимал их растерянность. Им ведь казалось, что все, о чем им говорили, оно не то, чтобы неважно, скорее уж никогда не случится.
Не с ними.
С кем-то другим, кто слабее или более невезуч, но уж точно не с ними. Не рядом с ними.
Глеб подумал, что в общем и целом этот человек не так уж плох. А что законник… так у всех свои недостатки.
Она давно уже не испытывала стыда, прося о помощи. В конце концов, это ведь нормально, каждому может понадобиться…
ветер знал, что все люди носят маски, только одни привыкают к ним более других.
Лучше назвать девушку милой, чем глупой, – ее это не так сильно заденет.
Не спи на ходу: зима приснится, ноги отморозишь.
"Потому что мучиться, рожать, потом тратить годы и мегаватты нервных импульсов на воспитание ради того, чтобы дети эти убились, оставшись в двадцать лет без присмотра, – на мой вкус, бессмысленная трата времени."
Хотелось кричать от злости и обиды, метаться и стенать. Так нечестно! Неправильно! Тем более теперь, когда я встретила мужчину, способного справиться с моим невезением тремя словами-обещаниями: «Все будет хорошо».
— Не конец, — наставительно поправила его гувернантка, — а корсет. С ним женская фигура выглядит женственно и беззащитно. Прекратите синеть! Это никого здесь не разжалобит. — Но я, кажется, умираю. — Кажется — правильное слово. Обычно корсет затягивают туже, но мы щадим вашу тонкую мужскую натуру.
Четыре года учебы на артефакторнoм факультете доказали мне, что мужчины, порой, сплетничали и злословили похуже женщин. А еще очень любили помериться длиной, величиной и идеальной формой всего, что можно было сравнить или измерить.
- Какого черта ты исчезла? - заорал он.
- Приятеля своего спроси, – злo выпалила я. - Он бросил меня посреди леса! Скот! Ненавижу!
Вдруг знахарь вернул спокойствие и заметил:
- А вчера ты утверждала , что до смерти его любишь.
- Люблю, но прямо сейчас ненавижу!
- Ты же не собираешься заплакать? - уточнила я. – Потому что я не представляю, как успокаивать плачущего отца. У меня наверху есть нюхательные соли. Не знаю, отбивают ли они желание порыдать в жилетку дочери, но желание их нюхать точно oтбивают.
Некоторым суждено сходить с ума друг по другу.
Ивонна последний раз взглянула на Вернера. Солнце осветило его лицо, беспощадно обнажив и ссадину на лбу, и налившийся синевой синяк на скуле, и чумазые подтеки на щеках. Так вот какими рыцари бывают после схваток с чудовищами, горько заметила Ивонна. В книгах об этом не пишут. Сможет ли она теперь им верить? В книгах…
На некоторое время мы замолчали, смотрели друг на друга, забыв про еду. Я бы хотела, чтобы мы стали деревьями, тесно переплелись корнями, запутались кронами и навеки вечные стояли месте. Всем назло, сплетенные и неделимые. Неважно, какую цену пришлось бы заплатить.
Вообще, существуют ли какие-то правила засыпания с мужчинами? И если существуют, то почему их никогда не описывали в учебниках по артефакторике?!
— Если вдруг меня не станет, хочу, чтобы он все забыл, — вымолвила я, — как будто меня никогда не существовало.
— Уверен, что Кай был бы против.
— Да, но некоторые воспоминания убивают похуже смертельного яда.
— Не переживай, в Тевете отстрел неугодных женихов проходит только в сезон листопадов.
— В Тевете сейчас как раз сезон листопадов, — заметил Кай.
— Значит, мы обрадуем папу ближе к зиме. Если он спустит тебя с крыльца, то ты закатишься в сугроб, будет не так обидно, как уткнуться носом в ворох грязных листьев.
— Я просто перемещусь.
— Нет, — пригревшись, я почувствовала, как на меня начала накатывать дремота, а веки налились сонной тяжестью. — Ты специально скатишься, чтобы просто к нему подлизаться.
— Как догадалась?
— Вы, неподходящие женихи, такие предсказуемые…
Я от всей души поздравила будущего молодожена и согласилась на то, что летом в дом, где когда-то жила мама, переедет чужая женщина с дочерью, моей ровесницей, и белой болонкой с розовыми бантиками. Болонка из всей троицы мне понравилась больше всех, ее бы я оставила точно.
"В суде нет ни правых, ни виноватых - есть лишь хорошие юристы, способные выиграть процесс"
Ведь каждому приятно иметь среди знакомых каких-нибудь странных, необычных людей. Параллельные миры должны дружить, мы считаем.
Антонио прислал письмо с предложением всего, что смог наскрести — рука, сердце, ресторан. И по мелочи — тёплое море, безвизовый въезд на многие курорты.
Даже если вас съели, у вас, как минимум, два выхода.
Месть не принимает в расчет ничьих прав, ей плевать на невиновных.
Не проныра, а информационно подкованная.