Что пользы предлагать человеку камень, когда ему нужен хлеб.
"И никакие криминалистические находки не заменят того, что называется доброй полицейской работой: дедукции, инстинкта и здравых практических рассуждений".
Я чувствовала, словно перехожу на тëмную сторону. Стоило мне о нём подумать, как тело затряслось от желания.
Иногда, чтобы собраться с силами и продолжить путь, нам нужно остановиться. Замереть. Осмотреться. Вслушаться. Почувствовать. Подумать. Иначе у нас может не просто не хватить сил двигаться дальше, а мы рискуем потерять цель из виду. А это куда хуже.
- Что ты думаешь о вампирах теперь? Все еще хочешь остаться с моим сыном, зная, что он вынужден убивать, что бы жить?
Когда двое находят друг друга, всегда звучит музыка.
Если нашего человека обидеть, он обязательно будет мстить. В разной форме, в разное время, но найдет возможность сделать тебе плохо в ответ.
Я не смог сдержаться. Я ее поцеловал. Я думал, что ее губы будут холодными. Но я ошибся. Я думал, что они будут твердыми. И снова ошибся. Конечно, Эльза не могла ответить на мой поцелуй, но ее губы были мягкими. Достаточно мягкими, чтобы в памяти всплыли воспоминания о том, как я когда-то целовал других спящих женщин. Таким поцелуем касаются глубокой ночью губ погруженного в сон человека. Возможно, желая его разбудить. От такого поцелуя ночь приобретает совсем иной оттенок – или чистой нежности, или чистой эротики, или и того и другого одновременно. Как давно я не переживал подобных мгновений…
Поскольку я уже давно не общаюсь с ближними, от меня ускользает истинный смысл жестов и слов. Я не понимаю подтекста, не различаю оттенков и даже метафоры разбираю с трудом.
Утешитель из меня не слишком хороший. Я так долго жалел себя, что, когда больно другим, единственная моя стратегия - дождаться, когда их боль пройдет.
Но потом все-таки купила две вещи: пару невесомых бокалов из темно-зеленого ("лесного", как здесь говорили) стекла - Тайсе и Лину в подарок, а себе - большой блокнот в обложке из коры парящего дерева. Преимущество такого блокнота - в нем можно писать на весу и вообще как угодно, он будет лежать или стоять в воздухе, как на поверхности. Что в нем писать, она пока не придумала, но уйти без него было бы мучением.
Никому твоя правда не нужна. И особенно людям, которые говорят тебе, что хотят услышать правду, — можешь мне поверить, они не желают ее слышать.
Здраво рассуждать и включать логическое мышление человек способен лишь тогда, когда он не замечает реакции остальных.
Порой мы предпочитаем не видеть правды просто потому, что не хотим утрачивать иллюзии. Иногда реальность убивает надежду.
"... Сахар заслуженно называют «пустые калории», ведь в нем нет питательных веществ. Он делает пищу «вкуснее», но не дает насыщения и заставляет организм снова есть и переедать..."
Нет чувства более сильного, чем упоение собственной властью над другими людьми.
Если совсем просто, то думаем мы так; есть сумасшедшие, есть обычные люди, у которых время от времени случаются нервные срывы, а есть особенные люди - как бы от природы по-другому сделанные.
И вот именно они производят то самое - странное - ощущение "легкого безумия" (иногда, впрочем, само ощущение бывает и не такое уж легкое)
... не причинять зла - это не значит сделать что-то хорошее.
– И злость превратилась в ненависть… – тихо прокомментировал Люциан. – Какая разница? – Злость служит для защиты, ненависть – для нападения.
Есть золотое правило: если мужчина расстроен – накорми его. А разбитое лобовое стекло вполне повод расстроиться. Хотя это же правило и работает, когда мужчина зол, опечален, устал… В любом случае - корми его.
Как это страшно – долго держать в себе такое жуткое чувство, как желание убить человека…
— Я порученец Короны! Меня нельзя просто так взять и убить. Или можно?
– Сила не в троне, а в людях, которые этот трон окружают.
Я подумал, что настоятельная потребность отыскать её, словно она была утраченной частью меня самого, больше похожа не на любовь, а скорее на некое умопомрачение, слабость, которую необходимо изжить, вместо того, чтобы позволять ей властвовать над собой.
«Память – единственное сокровище, которое стоит беречь. Лишь память мы берем с собой за Грань»