Всю жизнь я страшно боюсь глупых. Особенно баб. Никогда не знаешь, как с ними разговаривать, не скатываясь на их уровень…
Когда сбывается твоя мечта, когда ты получаешь то, чем ты жил десять лет, то, что составляло смысл всей твоей жизни – из-под ног исчезает земля. И ты падаешь.
Она научилась ходить, одеваться, разговаривать как они, взяла даже человеческое имя, но стать среди них своей так и не удалось.
Платье…
…ночью оно сожрало любимую мою рубашку, заняв ее место на плечиках. И вот даже цвет сменило, правда, менее кружавчатым не стало, поэтому подмена не удалась.
Есть вещи, которые надо делать. Даже богам.
- Небеса - это не место и не время, небеса - это достижение совершенства...
Хочешь накормить человека - дай ему удочку, а не рыбу.
если бы все слушали своих мам, то Колумб никогда бы не открыл Америку. Он просто бы не доплыл до нее, потому что в воде холодно, опасно и злые русалки могут утащить сыначку на дно.
Не позволяйте наносить себе непоправимое добро.
... такая у него карма. Наказание сбывшейся мечтой.
Проблема не в проблеме. Проблема в том, как вы относитесь к проблеме.
Места без людей подобны железнодорожным станциям, от которых ушли все поезда.
"— Уж позволь мне судить. – сладко улыбается Душенька. Я-твоя-воспитательница-никогда-не-спорь-со-мной-дура!"
Если не думать о будущем, то его и не будет (Валерий Ульянов)
существуют две разновидности этого цвета: черный матовый (ater) и черный блестящий (niger). ...В начале императорской эпохи оно уже стало более употребительным, чем ater, и от него произошла целая семья обиходных слов: perniger (очень черный), subniger (почти черный, фиолетовый), nigritia (чернота), denigrare (чернить, очернять) и т. д.Классическая латынь располагает также двумя базовыми терминами для определения белого цвета: albus и candidus. Первый долгое время был наиболее употребительным, а затем приобрел специфически узкий смысл – «молочно-белый» или «белый нейтральный». Второй, напротив, вначале означал только «ослепительно белый», затем стал определением для всех белых тонов, близких к цвету снега, а также оттенков, имевших особое сакральное, общественное или символическое значение.
Прием «нет, но…» — это классика жанра в чистом виде.Как работает: партнёру дают понять, что всё закончено, ничего больше не будет, и…И следом дают надежду. Причём дают не прямо, на блюдечке (ну да, задекларирован-то конец!), а как бы подбрасывают надежду невзначай. Но так, что не наткнуться на неё и не зациклиться практически невозможно.И даже не надежду подбрасывают, а прошивают в психику особый мотив, который неизбежно станет навязчив, как популярная песенка: и не хочешь об этом думать, а поневоле напеваешь.А рассчитано это всё, как вы уже догадались, на то, что партнер, которого таким образом «прогоняют», неизбежно сам захочет стереть все эти ненавистные «но», мешающие общему счастью. И из кожи вон вылезет.
Одна из величайших максим да Винчи заключается в том, что великое искусство всегда подразумевает игру на контрастах: "Картина будет лучше, если противопоставлять уродство и красоту, старость и молодость, силу и слабость". Что бы сделал Леонардо с лицом, пораженным параличом Белла, в котором слабость и сила, уродство и красота, молодость и старость существуют бок о бок?
В каждой темной туче всегда есть просвет.
Стоит отметить, что основные «игроки» проекта по «реконструкции» – женщины: ученые, антропологи, юристы, архитекторы. Образованные женщины, которым выпала честь посвятить свою жизнь борьбе с несправедливостью. Они отвели заметное место в своей карьере изменению существующей системы погребений. Катрина отметила: «Люди так сосредоточены на предотвращении старости и разложения, что это стало одержимостью. А для женщин, живущих в этом обществе, его давление безжалостно. Так что разложение стало дерзостью, возможностью сказать: „Я люблю и принимаю себя“».Здесь я соглашусь с Катриной. Женское тело зачастую находится в сфере влияния мужчины, идет ли речь о наших репродуктивных органах, нашей сексуальности, весе или манере одеваться. В разложении есть некоторая свобода, когда тело становится далеким от порядка, хаотичным и диким. Я уже предвкушаю, каким будет мой будущий труп.В начале XX века, когда сфера похоронных услуг превратилась в доходную индустрию, произошел резкий поворот в отношении того, кто ответственен за мертвых. Из инстинктивной, первобытной работы, выполняемой женщинами, забота о трупах превратилась в «профессию», «искусство» и даже «науку» – хорошо оплачиваемое занятие для мужчин. Труп со всеми его физическими и эмоциональными сложностями был отнят у женщин. Помещенный в гроб на пьедестале, он стал чистым и аккуратным – и навсегда недостижимым для нас.Может быть, такой процесс, как «реконструкция», – это наша, женская, попытка отвоевать свои тела обратно. Возможно, мы хотим стать почвой для ивы, розового куста, сосны – предназначив себя после смерти и гнить, и питать одновременно.
Мама очень любила дождь. Она часто говорила : "Капли, ласкающие лицо, - лучшее успокоительное". Эллен слушала её и тоже влюблялась в непогоду.
– А может, в реальном мире и нет уже никого? Всех поели насекомые?
– Такое тоже может быть.
– Настоящая, не симулированная планета Земля заселена жуками, а людей нет, и мы последнее, что осталось от человечества. Просто программы, имитируем некогда живших людей.
– Возможно.
– И если тот настоящий компьютер сломается или выключится, то нам всем…
Отец стоял у раковины, облокотившись на нее. Его рубашка была брошена на пол. Свою бейсбольную шапочку он положил на закрытый крышкой унитаз, и листья, покрывающие его голову, ярко блестели под лампой. Маргарет затаила дыхание. Листья были такими зелеными, такими толстыми. Отец не заметил ее. Его внимание было поглощено бинтом на его руке. Маленькими ножницами отец разрезал бинт, затем стянул его.
Рана на руке все еще кровоточила. Или что это было? Что капало из раны на руке отца?
Все еще сдерживая дыхание, Маргарет наблюдала, как отец стал осторожно промывать руку горячей водой. Затем, прищурившись, он осмотрел ее. Рана продолжала кровоточить.
Маргарет внимательно следила за ним. Это не могло быть кровью! Не кровь капала в раковину Это было ярко-зеленого цвета!
Любовь не является исключительным правом молодых и привлекательных. Но она всегда запутывает расследование ; какой бы она ни была - жалкой, трагичной или смешной, - ее нельзя не принимать в расчет.
... если ищешь благосклонности сильных мира сего, не следует допускать, чтобы о тебе позабыли.
-Бойся заходить слишком далеко малышка Анна. Иначе легко может случиться, что ты кончишь свои дни на виселице.