... ты сердишься, значит, ты не прав...
«Доктор Вера»
© Лукиан/Луциан
я физически почувствовала источаемые им волны ненависти и презрения, и послала в ответ лучи диареи. Надеюсь, долетят.
Запомните боль и вспомните о ней перед боем. Кто теперь победит?
Оглянитесь вокруг себя сколь немногие сохраняют до старости привязанность тех, с кем дружба соединила их еще в молодости! Источники наших общих радостей иссякают, чем дольше мы странствуем по земной юдоли, и мы высекаем для себя новые водоемы, к которым не допускаются первые спутники наших скитаний, — ревность, соперничество, зависть своим вмешательством отделяют их от нас, и под конец остаются лишь те, кто связан с нами более привычкой, нежели склонностью, более узами крови, нежели расположением, люди, лишь затем проводящие время со стариком, пока он жив, чтобы он не забыл о них, умирая.
— Почему сицилийцы почитают Мадонну больше, чем Христа? — спросил он. Бьянко пожал плечами. — Иисус, в конце концов, был мужчиной, то есть полностью ему доверять нельзя.
"Но что почувствовала нянька, когда прямо перед собой увидела большую противную мышь, которая поднялась на задние лапки и положила свою зловещую голову принцессе на лицо!"
Зимой без снега все имеет какой-то сиротский вид.
Я уже четыре месяца не могу найти подходящую кандидатуру. Такую, чтоб, хотя бы, не бесила. Но всегда одно и то же. Блять! Эта дура, что ли, правда думает, что я не узнаю о том, что она ворует канцелярию и бесконечно болтает по телефону⁈ Надо быть полной идиоткой, чтобы заниматься таким прямо во время испытательного срока.
– Я верю, что всегда можно найти обходной манёвр, если быть неразборчивой в средствах и хорошо заплатить. Я готова платить.
– И вы заранее уверены, что я готов быть неразборчивым в средствах, если мне заплатят?
– По-моему, так поступает большинство. Не понимаю, почему вы должны быть исключением. Впрочем, все поначалу любят потолковать о своей честности и незыблемых моральных устоях.
Когда человеку что-то особенно важно, он об этом и не говорит.
Макс, ты мне можешь конкретно сейчас чем-то помочь? Нет? Ну вот и всё. Дай мне пострадать в своё удовольствие
«Если мои глаза еще чуть-чуть раскроются и округлятся, то выпадут на пол».
– А сегодня ты здесь чего? По делу или погулять вышла?
– По делу – буду снимать даму с ее комнатной собачкой, – объяснила Ника, и в этот момент на бульваре появилась крохотная старушенция в кокетливой соломенной шляпке, украшенной букетиком искусственных фиалок. Рядом с ней шествовал гигантских размеров сенбернар, голова которого маячила где-то на уровне старушкиного плеча. Парочка уверенно двигалась прямо к Нике, и девушка поняла, что это и есть ее клиентка Ада Павловна со своим четвероногим питомцем.
Проследив за ее взглядом, Юрий повернул голову и, завидев приближающуюся процессию, удивленно присвистнул:
– Вот это зверь! Мне кажется, комнатной эта собачка была только в щенячьем возрасте, а теперь она минимум трехкомнатная. Я бы даже назвал его «Мистер Пентхаус».
– А тем временем его зовут Себастьян, – неожиданно низким голосом сказала подошедшая к ним старушка.
Поля, кажется, я сказала вам не тот номер квартиры.
Иногда достаточно приободрить саму себя, чтобы перейти к решительным действиям.
Так называемые аналитические способности нашего ума сами по себе малодоступны анализу.Мы судим о них только по результатам
Плата подразумевает лишения или равноценный обмен. Порой даже боль.
«Когда они надевали шорты, священник старался не замечать их, но вечерами они носили брюки, и тогда при встрече все трое почтительно раскланивались.»
«...и в диких горах на северо-востоке увидишь сначала смерть, потом же синюю звезду; она тебе будет светить всю жизнь».
Купец - нитка шёлковая, в любое игольное ушко проскользнет ради того, чтобы торговать и мошну набирать.
«В каждом человеке есть что-то хорошее, — убеждала мама. — Надо найти эти положительные качества и любить человека именно за них».
«Интересно, — возразила я, — а что хорошего было в Гитлере?»
«Гитлер был вегетарианцем и любил собак», — не колеблясь ни секунды, ответила мама.
“Многое из того, что мы называем нравственным воспитанием, есть только искусственное изменение и извращение природного инстинкта; воинственность превращается в мужественное самопожертвование, а подавленное половое влечение в религиозный экстаз.”
Убийство проявляется. Как фотография, да?
Я- это мой народ. Вот кто я.
-- Осмотришь ее и скажешь, что она серьезно повредила ногу. Как -- сам придумай, но смотри -- ничего опасного, чтобы через пару дней она снова могла сесть в седло.
Старик нахмурил кустистые брови:
-- Лекарство -- не шарлатанство.
-- Считай, что ты лечишь сейчас целое государство. И не проболтайся, старик.