Возможно, я ошибаюсь, но, исходя из того, что я слышал о коммунизме, из того, что я слышал о России, пусть в этой доктрине и в этой стране есть свои плюсы, выражать собственное мнение там не положено. Неужели ты не понимаешь, что попытку утверждать обратное здравомыслящий человек воспринимает как величайший цинизм?
И пока у неё были в доме цветы, миссис Харрис не видела оснований серьезно жаловаться на жизнь.
Когда женщина слишком умна, это очень плохо. Не знаешь, чего от нее ожидать.
Быть заботливым ведь непросто. Нормально, что хочется отдачи.
... ей доставляло удовольствие думать о пытках и мучениях, уготованных ей, но стоило ей только на себе ощутить их, как она готова была на все, что угодно, лишь бы они прекратились; когда же это заканчивалось, она снова была счастлива, что ее мучили. И так по кругу — чем сильнее мучили, тем большее потом удовольствие.
Вот это и значит - цивилайзд. Ходить по дерьму на высоких шпильках.
Есть лишь одна по-настоящему серьезная философская проблема - проблема самоубийства. Решить, стоит или не стоит жизнь того, чтобы ее прожить,значит ответить на фундаментальный вопрос философии. Все остальное - имеет ли мир три измерения, руководствуется ли разум девятью или двенадцатью категориями второстепенно.
"Обаяние--это английское национальное бедствие. Болезнь, которая распространена только на этих серых островах. Обаяние пятнает и губит все, к чему прикасается. Оно убивает любовь, убивает искусство; боюсь, мой милый, что оно убило и вас..."
Если убита женщина, первым подозревают ее мужа — вот вам вся правда о том, что народу втайне думается насчет брака.
Легко заявлять, что деньги – корень всех бед, забыв, как много можно купить на деньги, обеспечив достоинство, здоровье и знания.
Болезнь, которая, развиваясь много веков, постепенно охватывала человеческое общество, и которая, наконец, теперь, в нынешнюю эпоху технических совершенствований, уже повсеместно заразила человека. Эта болезнь - пошлость. Пошлость, которая заключается в способности человека относиться с презрением ко всему тому, чего он не понимает, причем глубина этой пошлости увеличивается по мере роста никчемности и ничтожества тех предметов, вещей и явлений, которые в этом человеке вызывают восхищение.
- Я знаю, что война - страшная вещь, но мы должны ее довести до конца.
- Конца нет. Война не имеет конца.... Войну не выигрывают победами.
Очень часто у меня выключается мозг, и организм переходит на резервное питание. Я начинаю думать жопой.
– Пойдем домой, – шепнула Джемма, – пойдем вместе – хочешь?
Если б она сказала ему в это мгновенье: «Бросься в море – хочешь?»– она не договорила бы последнего слова, как уж он бы летел стремглав в бездну.
Меня не смущало, что его увидит Герберт или его отец - люди, которых я уважал: но меня бросало в дрожь при мысли, что его может увидеть Драмл, к которому я питал лишь презрение. Так всю жизнь мы совершаем самые трусливые и недостойные поступки с оглядкой на тех, кого ни в грош не ставим.
— Отбросьте придуманные идеалы. Не уподобляйтесь общественному мнению, не будьте стадом из овец! Поверьте — всё, также как и красота, индивидуально. Вспомните, я уверена, у каждого из вас есть хотя бы два человека совершенно разных внешне и внутренне, но вы обоих считаете красивыми!
Удивительно, как отворачивается Добродетель от грязных чулок и как Порок, сочетаясь с лентами и ярким нарядом, меняет, подобно замужним женщинам, свое имя и становится Романтикой.
Наигранное прекраснодушие встречается довольно часто, чуть ли не на каждом шагу.
— А почему так странно его зовут — Железная Дверь? — полюбопытствовал юноша. — Отчего он не разрешает никому встречаться с дочерью? Действительно ли она так красива, как вы говорите?
— Этот человек весьма богат и, понятно, ни от кого не зависит. У него есть все: земля, пашни, поля… А известен он тем, что поразительно замкнут. За всю свою жизнь у него, кажется, не было ни одного близкого друга. Целыми днями он сидит дома, читая книги. Попробуй-ка приди к нему я постучи в дверь. Кто бы ты ни был, ни за что не откроет. Рассказывают, как-то к нему заехал один знатный муж, который много слышал о Тефэе. Как ни стучал он в дверь, как ни колотил во всю мочь, дверь так и не открылась. Хозяин не только слова не сказал, даже звука не издал… И вот тогда гость, разозлившись на него, сочинил стих, который написал прямо на двери. В стихе, между прочим, были и такие строки:Полагал я, что в хижине из тростника
Муж ученый живет… Полагал бесполезно,
Ибо в том убежден я отныне, что он
Заточен добровольно за дверью железной.Хозяину настолько понравились эти стихи, что он взял из них два слова для своего прозвища…
Частичка нашей души, частичка прожитой жизни остается там, где мы были и куда уже никогда не вернемся.
глухая оборона, да ещё и на чужом поле ни к чему хорошему не приведёт.
этот мужик в ее кухню вписывался просто идеально. Вот бывает такое, что видишь человека в определенном месте, и такой диссонанс возникает. И вроде бы должно все совпадать, ан нет. А бывает и другое, человек случайно оказался в определенной точке, а выглядит так, как будто всегда тут жил.
... пройдет полтора месяца, липидные импланты рассосутся, и все нынешнее телосложение превратится в мое привычное теловычитание.
«…Сегодня, дочурка, не сиди дома, сходи у гости. Друзей у тебе во скока. Не сиди, не вырабатуй, иди у народ. Я и Лели усегда гаварю — не вырабатуй, лучше якую новую игру или шараду дитям разучи. Двигайсь, не сиди, як квочка. Главное, от людей не отрывайсь. Ничего, моя птичка, твое щастя упереди. Вже скоро, вже вот-вот, усем сердцем чую. Харошага человека судьба пожметь, пожметь и отпустить…»
...Но только некоторые говорят: "Вторая часть никогда не бывает удачной", а другие: "О Дон Кихоте написано уже довольно", так что это еще под сомнением, выйдет ли вторая часть. Впрочем, люди не угрюмые, а жизнерадостные просят: "Давайте нам еще Дон-Кихотовых похождений, пусть Дон Кихот воинствует, а Санчо Панса болтает, рассказывайте о чем угодно - мы всем будем довольны". К тому же автор не столько за похвалами гонится, сколько за прибылью.