Наши прокуроры, юристы, полицейские в основной своей массе выдвигаются и назначаются теми элементами, обезвреживать и наказывать которые им положено по долгу службы.
Время не лечит. Оно медленно покрывает старые раны пылью, душит и припечатывает грязь своим весом, заставляет наращивать броню на застарелые шрамы. Но не лечит…
Кто сам перебивается - скорее поймёт, каково тем, кому и защиты ждать неоткуда.
— Разве можно любить кого-нибудь и связывать теми путами, что вы наложили на меня? Даже Амир после похищения ни к чему меня не принуждал, позволяя самой выбрать, хочу ли я ему помогать или нет, а он совершенно чужой мне человек. Зато вы, самые родные люди, никогда не разрешали мне делать собственный выбор, а еще называете это любовью и заботой?
— Каждый любит по-своему, Виолетта, — сказал Роланд.
В позе «мы люди простые» было очень много от социальной агрессивности, которая обычно соединяла богатство с изнеженностью, а бедность (до определенного предела) — с честностью. Эту позу Броди считал отвратительной и глупой.
Есть и более красивые, более яркие места… но ничто не сравнится с мягкой линией обрисовывающих горизонт тосканских холмов, рассыпанных тут и там домиков, дорог, пропадающих в рощах и тем особенным светом, который возможен только здесь, и ни в каком другом регионе мира или всей Италии.
Не зря именно сюда веками стремятся художники и фотографы… Озоновая дыра, что ли, особенная, уже тысячу лет, как стоит над этим местом?
Любовь – самое волшебное и удивительное чувство из всех
В отделе Вечной Молодости после долгой и продолжительной болезни скончалась модель бессмертного человека.
Единственное спасение для русского человека, обладающего умом и совестью, состоит в том, чтоб жить самому по себе, по своим собственным правилам, и ни в коем случае не мешаться с остальною массой.
Человек вербуемый в одной стране для нужд другой страны, освобождается от национальной привязанности, политического эгоизма и преданно, как никто другой, служит собственным интересам, самому себе.
— Привет, — рыжaя девицa, слегкa зaпыхaвшaяся, упaлa рядом. — А вы кто?
— Мы — креaтивщики. Концепт рaзрaбaтывaли и всё тaкое, — скaзaл Кешкa. — А ты?
— А я Юлиaнa. Политкорректно и оптимистично освещaю aпокaлипсис, концепт которого вы рaзрaбaтывaли.
Взялся спасать принцесс — соответствуй званию героя!
...приходит одна дама, телеграфирует своему брату в Саратов, что у ней сегодня сын умер, и никак не может вспомнить адреса. Так и послала без адреса, просто в Саратов.
в любой группе руководителей наиболее успешен тот, кто быстрее обнаруживает, что был неправ
Даже такая, казавшаяся очевидной и вроде бы сама собой разумеющейся вещь: не было у нас всезатопляющего изобилия шедевров, потому что «давили» сверху: система, начальство, тоталитаризм. И все-таки были шедевры! Немного, не каждый день, но — были! Прорывались и Тарковский, и Иоселиани, и Шукшин… И другие прорывались. И кино было! А сегодня? Никто не давит, не душит, не «учит», не «притесняет», не руководит, а где шедевры? При застое и давеже сверху — были, а при свободе — где?
Губка для мытья посуды – одна из самых грязных вещей в доме. Она грязнее в 200 000 раз по сравнению с сиденьем унитаза и может вызвать опасные заболевания
— Так ты что, не умер? — поинтересовался бес.
— Нет.
— Жаль!
— Прекрати вертеться! — прикрикнул на него Натаниэль. — У меня для тебя поручение.
— Одну секунду, — отозвался бес и резко затормозил. — Кто это с тобой?
— Бартимеус, ещё один мой раб.
— То есть ему нравится так думать, — отозвался джинн.
Бес нахмурился.
— Бартимеус? Тот самый, который сидел в Тауэре?
— Да.
— Он что, не умер?
— Нет.
— Жаль.
Каждый из нас мнит себя нормальным, однако же каждый безумен по-своему…
Можно сколько угодно говорить о переживании потери, о том, что время лечит, но от законов биологии никуда не денешься: если рассечь растение пополам, рана не заживет и оно погибнет.
— Слушай, я смотрю, у тебя, вообще, странная проблема с крышами, — хмыкнул Этан.
— В смысле?
— У тебя ее или нет, или она течет, — съехидничал он, очевидно, полагая, будто обладает отменным чувством юмора.
В сладком плену о свободе не мечтают…
— И через пару десятков погонь и перестрелок кристалл вернули в агентство.— Ну… В общем, да.— На самом деле, операция подобного рода считается проваленной, если прозвучал хоть один выстрел. Тихо прийти. Тихо уйти. Чтобы никто и знать не знал, что происходит.— Ну, знаете ли… Про это книгу не напишешь.
Сложно доказать, что ты имеешь право на слово и дело. Но если ты дашь им право выбирать, то будь готов к тому, что их неправильный выбор будет тоже на твоей совести, потому что ты разрешил им это право…
Смысл жизни неизвестен, а потому и пути ее скрыты от глаз живых существ. Кто, например, может утверждать, что шизофреники не правы? Они предпринимают отважное путешествие, отворачиваются от простых вещей, которые можно пощупать и которым можно найти практическое применение, они обращаются в глубь, к смыслу. А там-то и находится бездна — черная как ночь. Кто знает, вернутся ли они оттуда? А если вернутся, то какими станут, узрев смысл? Я восхищаюсь ими.
Жизнь-это когда идешь по канату.Все остальное-ожидание жизни.