Женщине все параллельно, а также сугубо розово и фиолетово. Из любой ситуации практически любая женщина выкрутится-вывинтится без особых моральных потерь. Как говорится в одной древне-китайской пословице, всякая женщина столь хитра, что может одновременно и вкушать копченого угря, и получать чувственное удовольствие. Какие перипетии карьеры, какие грозные начальники могут заставить понервничать женщину, когда она возьмет да и в декрет уйдет, и ни один начальник ей не указ! Касательно же мудреных вещей вроде курсов валют, мировых цен на нефть… так женщины издавна их не особенно-то уважают и даже немного побаиваются, вроде инструкции на суахили к стиральной машине «Вятка-автомат». Благосклонность автомеханика - вообще для женщины не проблема, и чем сия женщина глупей и симпатичней, тем механик сговорчивей да благосклонней (проверенный факт). Вопросы же матримониальные и квартирные женщина решает по мере поступления и, как правило, катастрофически успешно. Потому что решает их за счет мужчин, к тому времени уже накормленных поддельной виагрой и обалдевших от паршивой водки и сигарет.И кому же легче живется, господа?
Слухи они как мухи: по деревне разлетаются, где окна открыты — туда и ныряют, людям в уши залетают, а те по-своему пересказывают.
Время действительно худшая из шлюх: кидает каждого.
Только властные, сводящие с ума движения. Прикосновения, от которых мурашки пробегали по телу, а кровь превращалась в огненную лаву. Меня медленно порабощали, подчиняя своей воле и ставя клеймо неприкосновенности.
И, что самое страшное, я была рада этому. Да, говорить о любви ещё рано, но вот влюблённость и страсть есть еже сейчас.
Только вот некоторым об этом знать совсем не обязательно! Себе-то я могу признаться, что уже сдалась на милость этого невероятного мужчины. А он пускай помучается в неизвестности!
— Я слышала, что девушек там обыскивают, — сказал чей-то дрожащий голос за моей спиной. — Сам начальник королевской стражи, и девушка должна быть голой!
— Круто! — вырвалось у меня. Портрет начальника королевской стражи я видела в журнале «Самые завидные холостяки королевства» и полностью была согласна с его вторым местом в списке (первое занимал конечно же король, с этим я была не согласна, но меня никто не спрашивал). Отто не ограничился толчком в бок, а еще дернул за косу, сделав страшные глаза. — В смысле, какой ужас! Это же оскорбление чести!
"Если суслика не видно, это не значит, что его нет"
Юность, которая сама не может, просто не способна защитить себя. Потому, что не обладает достаточным житейским опытом? Или потому, что уверена: она знает все?
Для того чтобы стать успешней, нужно измениться. Для того чтобы измениться, нужно признать, что сегодняшние представления о мире неверны. И перестать на них опираться. А на какие представления о жизни нужно опираться, спросите вы? А я откуда знаю, отвечу я. Это ваша жизнь, вы в ней и разбирайтесь. Я же уже сказал, человек может помочь себе только сам.
Развитие никогда не стоит на месте. Ты или идешь вперед или деградируешь. Прошлое надо помнить, но не жить им. Тот, кто пытается это делать, никогда не сможет идти в ногу с современным миром, а значит, он или уничтожит себя сам, или его поглотит более сильный противник.
В былые времена женщины находили время на выпечку домашних кексов, но имитировали оргазмы. Теперь мы справляемся с оргазмами, зато имитируем домашние кексы. И это называется прогрессом.
В политику я не верил абсолютно: как она может изменить мир, если материалом для неё служат люди?
Предпочтения в области потребления, — говорит Рисмен, — не представляют собой совершенствования человеческой способности, состоящей в установлении сознательного отношения между индивидом и культурным объектом. Они являются средством выгодно войти в контакт с другими. В целом культурные объекты утратили всякое гуманитарное значение: их владелец делает из них в некотором роде фетиш, позволяющий ему поддерживать свое положение»
Однако скажу о нём: раньше разбойников вешали на крестах, а теперь наоборот - разбойникам вешают на грудь кресты.
"Чудеса существуют. Они повсюду. Независимо от того, видим мы их или нет"
За годы многие интересовались, почему я до сих пор являюсь основным элементом Anthrax. Хороший вопрос. Я никогда не играл на соло-гитаре и не пел. Может быть, я и не самый симпатичный участник группы)) Я в Anthrax главный оратор по очень простой причине - упертый еврей.
Выдох. Пауза. Выстрел. Вынеси их всех, милая. Твой первый… Татуировщик.
Уже более кровожадно окинув фигуру лорда Майнира придирчивым взглядом, я косо ухмыльнулась.
Махталеон усмехнулся и сел в кресло у окна. Он смотрел, как она натягивает на чужое тело чужую одежду, и любовался ею. Мог ли он предвидеть, что найдет ее здесь, в чужом мире, в чужом теле, в другой реальности – и снова будет с ней? Да! Да, он верил в это. Он жаждал этого. Только потому, что он знал, что однажды найдет ее, – он нашел ее.Она аккуратно закрыла шкаф, некоторое время молча рассматривала отражение Авроры в зеркале, чуть склонив голову набок, и осталась довольна.
Скандальные люди порой работают на публику, им нужны зрители, поддержка окружающих, иначе неинтересно.
Це ніби цілунок і водночас - не цілунок.Але це приємно,і я хочу іще.
— Я должен тебе что-то показать! – Рагнар взял демона за руку. – Идем!.. Ты не обижайся, ладно? Это только ради Ильзы! – Непривычно было видеть могучего рыцаря таким испуганным и виноватым. Хельги тоже стало страшно.
Есть свидания, на которые ты мчишься сломя голову, и есть свидания, на которые ты никогда не придешь. И ты об этом знаешь
И еще вот… — торопливо прошептал Ян, и из его рукава, как у фокусника, выскользнул тяжелый металлический предмет с шероховатой поверхностью. Острый носик уткнулся в мою подставленную ладонь.
— Это подпилок?! — выдохнула я.
— Тише! — Ян с тревогой глянул на маячившего за решеткой стража.
— Ты рехнулся? Что мне с ним делать? — Я попыталась вручить инструмент обратно помощнику. — Я же не смогу в открытую пилить решетки!
когда Вселенная перестает лупить тебя по голове и вдруг посылает маленький лучик света - никому не говори. Молчи. Пусть этот луч принадлежит тебе. Внезапным счастьем, как и ворованными конфетами, нужно наслаждаться тихо, молча и втайне от всех.
– Я люблю тебя, Майкл.
Он остался неподвижен, сила его объятий никак не изменилась, но мне показалось, будто он перестал дышать.
Слезы подступили к моим глазам, когда Майкл ничего не ответил, и я прижалась к нему еще сильнее. Пожалуйста, не отталкивай меня.
Я не сожалела о том, что сказала это. Я понимала, на что шла, другого выбора у меня не было. Но выдержать его молчание или смириться с тем, что в его сердце, возможно, нет тех же чувств, которые переполняли мое, не могла.
Но я не сожалела.
– Рика… – сдавленно проговорил Майкл, словно с трудом подбирал слова.
Покачав головой, я опустила ноги и заставила его поставить меня на пол.
– Не говори ничего, – попросила я, не глядя ему в глаза. – Я не жду от тебя ответа.
Его руки оставались на моей талии. Я знала, что Майкл смотрел на меня.
– Скажи ей, что ты ее любишь, – низкий голос эхом разнесся по помещению. – Ради всего святого.