История — она всегда такая разная.
...ведь только убитое и может воскреснуть.
Цель религии не в том, чтобы учить нас умирать, но в том, чтобы учить нас жить. И чем раньше вы станете благоразумной и возлюбите добродетель, тем больше счастья обретете.
Видеть и делать - это совершенно разные вещи. Человек, не имеющий никакого опыта, может очень много думать о себе, а дойдет до дела - окажется, что он ни к чему не пригоден.
... нет тяжелее горя, когда человек плакать не может.
"Село Городище"
Уверенный человек - это тот, кто в состоянии принять себя таким, какой он есть , превратить свои недостатки в индивидуальные особенности, тот, кто может управлять своей личностью, лепить свой ежедневный образ из лучших своих качеств с добавлением легкости и непринужденности.
Франция. В священный час обеда вся страна перестает функционировать.
Ненависть — плохой советчик, зато придает решимости.
Жалость некоторых людей... – это гнусное оскорбление, которое следует швырнуть в лицо тем, от кого она исходит.
Оттого, что я женюсь, писать я не стану лучше.
Люди всё больше по сторонам рыщут, думают, лихо – оно снаружи. Мало кто понимает, что беда внутри скрывается, как медведь в берлоге.
Жизнь - это смертельная болезнь с летальным исходом. И половым путем передается.
Вовремя выданный звиздюля - лучший предохранительный эффект.
— Чем мужик отличается от бабы, в спортивном костюме по крайней мере? Только этой хренью.
— Какой? — растерялась Ленка.
— Бюстом, — пояснила Наташка.
— Ваше сиятельство, вы относитесь к детям, практически, одинаково. Я не знаю, какие отношения связывали вас с моей несчастной племянницей...
Лиля закатила глаза.
— Патер, какое кратчайшее расстояние между двумя точками?
— А? — растерялся несчастный.
— Прямая.
— Э... — продолжилось непонимание.
— Хотите что-то узнать — спрашивайте прямо...
Жизнь делового человека начинается с семи утра и длится ровно столько, сколько требуют дела.
Запахло жженой полынью. Этот запах я знала хорошо, мама увлекалась всякой мистикой и часто окуривала дом от "зла". Хотя грех жаловаться, от этой вони все тараканы из квартиры и всего дома в целом исчезли навсегда.
Вам когда-нибудь хотелось, стоя на вершине горы и глядя на всю эту красоту внизу, вдруг закричать изо всех своих сил? Кричать, пока не иссякнет дыхание, до боли в горле и жжения в легких? Чтобы этот крик очистил душу, позволив горю и скорби вырваться наружу, сбросить груз того, что вам приходилось держать в себе, всей накопившейся боли, всех попыток подстроиться под окружающий мир.
Таково уж свойство пламенной любви: она пренебрегает всем, что не касается ее. Ибо все другие страсти идут из головы, и только она одна – от сердца.
- А... где вы работали?
- Я? - Пётр Савельич прищурился, но всё же ответил. В Институте Культуры.
- А... на кой Институту Культуры гаубицы? - уточнил он осторожно, ибо наличие боеголовок как-то с вопросами культуры не увязывалось.
- Так... культура - дело такое. Всеобъемлющее. Так что у них там чего только нету. Я и сам, честно говоря, не знаю, чего у них только есть.
- Интересное должно быть место...
В агентстве напортачили – взяли Кощеем студента юрфака, он нашел лазейку в своем контракте и теперь добивается не смерти от иглы, а отставки со стиранием памяти в случае провала. Все на ушах стоят!
Бывает же так: идешь куда-то, вздыхаешь себе под нос и думаешь: «Что угодно, только не это». А потом вдруг бац! И что-то случается. Но ты почему-то не рад.
Изобличение во лжи стоит пощечины.
Не верь глазам своим! Точнее даже так, смотри в оба глаза, но не особо доверяй очевидному. Очевидное - это именно то, что хотят показать окружающим.
Ненавижу. Сколько же отвращения, злобы и лютой неприязни в этом слове. Я ненавижу собственного мужа