Люди бы страдали намного меньше, если бы не развивали в себе так усердно силу воображения, не припоминали бы без конца прошедшие неприятности, а жили бы безобидным настоящим.
Увеличить заработную плату... Да разве это возможно? Железным законом она сведена к минимальной сумме, строго необходимой для того, чтобы рабочий ел сухой хлеб и плодил детей... Если она падает слишком низко, рабочие мрут, а тогда увеличивается спрос на рабочие руки, и она повышается. Если она поднимается слишком высоко, увеличивается предложение рабочей силы, и заработная плата понижается... Вот вам равновесие, поддерживаемое пустым желудком, приговор на вечную каторгу, на голодное существование.
И хоть я знаю, что женщины болтают пустяки, а все-таки не слушают их одни дураки
Отдавая сердце, становишься таким беззащитным!
Странно, как быстро что-то может рухнуть. В одно мгновение. А кто-то другой даже не успевает дочитать газету.
«Почти все одуванчики уже превратились из солнц в луны».
мифология не всегда присваивает своему величайшему герою качества добродетельного человека. Добродетель является всего лишь педагогическим вступлением к кульминирующему прозрению, которое заходит намного дальше любых пар противоположностей. Добродетель подавляет эгоцентричность личности и делает возможной трансперсональную сосредоточенность; однако, когда последняя достигается, какое значение имеют страдание или удовольствие, порок или добродетель как своего собственного эго, так и любой другой личности? Пронизывая все, такая превосходящая сила воспринимает то, что обитает во всем, что во всем прекрасно и во всем достойно, что во всех проявлениях вызывает почтение.
- Что такое современное искусство сегодня? Мука мученическая.... Внушают себе и другим, будто скучное стало интересным, потому что, дескать, интересное стало скучным...
— Мы никогда по-настоящему не помним о смерти. Мы жили бы совсем иначе, если б помнили, что все умрем. Все мы умрем.
– Папочка болен? – Анна почему-то сторонилась отца, который теперь казался угрюмым и озлобленным.
– Немного, солнышко.
– А что у него болит?
– Душа.
Судя по его, Мэтью, жизненному опыту, то, чего человек не может завоевать или захватить, как объект желания, становится для него объектом ненависти.
Когда женщину лишают одежды, она теряет индивидуальность, становится немного другой, более похожей на себя, близкой к своей истинной личности, сознательной, иногда более жестокой.
Боль останется на всю жизнь, делаясь с годами все более изощренной и жестокой.
Животное не допытывается, в чем смысл бытия. Оно живет. Живет ради жизни. Для него ответ заключен в самой жизни, в ней и радость, и наслаждение.
Игорь наконец перевел взгляд с денег на жену и понял, что совершенно не знает эту женщину: сильную, язвительную, свободную. Черт, где же были его глаза раньше? Почему он всегда считал ее недалекой курицей?
Ошибок не бывает. События, которые мы притягиваем в нашу жизнь, какими бы неприятными для нас они ни были, необходимы для того, чтобы мы научились тому, чему должны научиться. Каким бы ни был наш последующий шаг, он нужен для того, чтобы достичь того места, куда мы выбрали путь.
Так вот, что бы ты себе ни думал, люди не делятся на главных и второстепенных.
Риторический вопрос - шаблонное оружие женщин и психопатов.
Любая из жизней — символ. Все, что мы делаем — часть узора, который мы можем хотя бы немного изменить. Сильные создают свои собственные рисунки и влияют на узоры остальных людей, слабые следуют курсами, которые для них проложили другие. Слабые, несчастливые и глупые.
До того как мой отец снова стал колоться морфием он отправил меня к одному японцу учиться тому что называют каратэ. Я быстро обучаюсь таким вещам потому что я пуст внутри.
Это был миг окончательного триумфа, триумфа столь полного и совершенного, что он вымел из головы все настойчивые мысли о побеге, оставив Мозеса равнодушным.
Из праха рожден, и прахом станешь; стоял здесь когда-то прекрасный дом, а ныне никто и не вспомнит о нем. Так погибли Рим, Вавилон, Ниневия, Ганнибал, Цезарь, все пошло прахом, помните это. Позвольте, позвольте, во-первых, в наши дни производятся раскопки этих городов, — посмотрите, вот иллюстрации в последнем воскресном номере газеты, а во-вторых, эти города выполнили свою миссию и их сменили другие. Так было, так будет. Ведь не станете же вы горько оплакивать свои старые брюки, когда заносите их до дыр. Просто пойдете и купите новые. На том мир стоит!
Богатство и удобства - суета, надежда увядает, только любовь остается с нами.
Чем ближе к церкви, тем дальше от Господа Бога.
Только недостойный трус пойдет по столь легкому пути и убьет безоружного и беззащитного