...вещество, из которого сделаны два человека, имеет одинаковую температуру и плотность.
В человеке я люблю свет. Толщина свечи меня не волнует. Пламя скажет мне, хороша ли свеча.
...на большинстве из них были изображены одетые в классические грубые одежды горцев парни с серьезными лицами, как правило, украшенными огромными бородами. Бородами настолько пышными, что в их спутанных зарослях, казалось, мог спрятаться целый отряд вооруженных до зубов горцев, ненавидящих англичан.
Власть, она такова, что пока ты сам её не возьмешь, то и не дастся…
Иной раз становится легко и свободно, если забываешь, где ты находишься.
Аделаида милая, …, ты ни о чем не хочешь мне рассказать? - Не хочу, …, но видимо, придется
Умение двигаться, мудрая стратегия, спокойное мужество. И толика свирепости, чтобы сделать воина непредсказуемым. Вот, сэр, что определяет исход поединка.
Сами знаете, в кого превращаются люди, когда боятся того, чего не могут увидеть или понять.
– Тоже дурак! А что думаете вы?
– Триста пятьдесят, ваше величество.
– Почему триста пятьдесят?
– Я думаю, что если триста неправильно, ваше величество, то, может быть, будет правильно три с половиной сотни.
– Вы дурак с половиной!
– Что ж, – сказал Эл, – теперь мы знаем правду. – Разве это правда? – Конечно, – сказал Эл. – Вне всяких сомнений. – И мы узнаём ее таким идиотским способом – со стенки в мужском сортире… – Горькое чувство обиды пересилило у Джо все остальное
Разница между выражением «один раз живем» и «живем один раз» лишь в последовательности слов. Однако какое разное значение несут в себе эти фразы.
Да мне так теперь сделалось весело, как будто мою старуху москали увезли.
Старые холодильники вечные. Как говорит моя мама: «С холодильником "Мир" ничего не будет, даже если мир перевернётся».
Расследование убийств, возможно, самое одинокое занятие на свете. Друзья жертвы приходят в волнение и отчаяние, но рано или поздно - через несколько недель или месяцев - их жизнь возвращается в нормальное русло. Ближайшим родственникам требуется больше времени, но даже они преодолевают горе и тоску. Их жизнь продолжается. Но нераскрытые убийства гложут, и под конец только один человек думает о жертве и пытается восстановить справедливость - полицейский, остающийся один на один с расследованием.
Третья причина, из-за которой наши мозги не расположены к дарвинизму, в том, что мы сами - превосходные творцы. Наш мир переполнен шедервами инженерной мысли и произведениями искусства. Мы твердо приучены к тому, что сложное и изящное устройство свидетельствует о заранее продуманном хитроумном замысле. Это, возможно, наиболее веская причина для свойственной большинству когда-либо живших на свете людей веры в ту или иную форму сверхъестественного божества. Дарвину и Уоллесу потребовался грандиозный рывок воображения, чтобы вопреки всякой интуиции увидеть и другой способ (гораздо более правдоподобный, стоит лишь понять его), которым сложное устройство может возникать из первозданной простоты. Рывок настолько значительный, что и сегодня многие не решаются его сделать.
Дороги в городе были настолько плохими, что когда врачи "скорой" говорили: — "Мы его потеряли!" — водитель разворачивался и ехал искать пациента.
Страха не знают лишь люди, начисто лишенные воображения.
- Сон?! - Ну сами подумайте, кто еще может быть родным братом смерти?
Искусство перестало быть актом творения, превратилось в имитацию. Слепо подчиняясь условностям, оно становится бездушным, формальным, категорически исключающим живое видение. Надлежит писать не то, что видишь, а то, что видеть следует.
— Извини. Нервы… нервы у меня совсем… расшатались.
— Сшатаем обратно…
Главное в жизни - не врать себе, я уже слишком взрослая, чтобы верить в злых гномов, которые по ночам ушивают в шкафу одежду. Нужно смотреть правде в глаза: мои штаны за зиму усохли.
— Да вот, заказала себе траурное платье в честь своего вдовства, а денег оплатить не хватает. Пришла занять. — Платье-то хоть красивое? — Конечно! Ты достоин самого лучшего траурного платья.
Самая терпимая изо всех разновидностей тоски — спать под твоим одеялом…
Кто был королем в Нарнии, всегда останется королем Нарнии.
Они хотели возвестить о Господе нашем Иисусе, а бабушка вышла на балкон в распахнутом халате и стала палить по ним из ружья для пейнтбола.