Мы пускаем в ход весь свой ум, все силы и чувства, чтобы справиться с этой невыполнимой задачей, и потому наша жизнь полна разочарований, упущенных возможностей и использованных возможностей, подтверждений и доказательств, а на самом-то деле верно только то, что ничто не подтверждается и все проходит бесследно. Если вообще когда-нибудь что-нибудь происходит.
Но не становится ли событие тем значительнее и исключительнее, чем большее число случайностей приводит к нему?
Величайшее сокровище - это семья и любовь .
Если система, пусть даже работающая для большинства людей, каких-то людей угнетает, такая система должна быть уничтожена.
От них исходила ненависть и растерянность. Кажется, у всех этих вещей есть запах, и у ненависти, и у растерянности. И у любви, и у страха, и у боли. Не в прямом смысле, наверно, - запах, но что-то вроде этого. То, что сразу улавливаешь.Из рассказа "Терапия"
Вы страдаете гипертрофированным отвращением к возможности быть ограбленным, обобранным, обманутым и униженным. Нищета вас угнетает. Коррупция возмущает. Невежество ужасает. Насилие оскорбляет. Жадность отвращает. Гонения подавляют. Трущобы удручают. Преступления терзают. Словом, нормальная жизнь вызывает у вас депрессивное состояние.
Теперь, когда он понял, что брак оказался неудачным и ничего исправить уже нельзя, ему захотелось детей.
Когда Швейка заперли в одну из бесчисленных камер в первом
этаже, он нашел там общество из шести человек. Пятеро сидели
вокруг стола, а в углу на койке, как бы сторонясь всех, сидел
шестой - мужчина средних лет. Швейк начал расспрашивать одного
за другим, за что кого посадили. От всех пяти, сидевших за
столом, он получил почти один и тот же ответ.
- Из-за Сараева.
- Из-за Фердинанда.
- Из-за убийства эрцгерцога.
- За Фердинанда.
- За то, что в Сараеве прикончили эрцгерцога.
Шестой, - он всех сторонился, - заявил, что не желает
иметь с этими пятью ничего общего, чтобы на него не пало
подозрения, - он сидит тут всего лишь за попытку убийства
голицкого мельника с целью грабежа.
"У каждого когда-нибудь да наступает час, когда приходится уповать на волю богов, и хорошо, что не всегда речь идёт о жизни и смерти." (с)
Господь обронил меня по пути, а вернуться и поискать - не позаботился
Ибо как нет греха, если нет запрета, так нет и неприличия, если нет чужих глаз.
Мальчики и девочки настраивают себя на любовь, а когда им кажется, что любовь засыпает, они взвинчивают друг друга ревностью.
Садовник боялся маленьких женщин, он всегда думал, что их гнев непропорционален их размерам.
Ах, жалость к себе; думаю, мы честнее и искреннее всего, когда нам жаль себя.
Проживешь четыре, пять, дюжину жизней, а из них одна совсем особенная.
Совпадение противоположностей. Фортуна располагает таким богатством вариантов, что перемены будут длиться вечно и ничто не повторится дважды.
"Пламя Арраса льет багровый свет, как железо на наковальне; его обильно питают подземные запасы, и пот человека, разум человека, искусство человека, его воспоминания и сокровища, вздымаясь вверх, сплетаются в этом косматом пламени и превращаются в гарь, уносимую ветром."
Он слишком важная шишка, не привыкшая к слову «нет».
Выходит, мы все одиноки, даже я, и каждый топает по пустынному шоссе, нося на палке через плечо узелок тайных умыслов, графиков бессознательно-корыстных предприятий.
Старые фотографии лживы и обманчивы, ибо тешат нас иллюзией, будто мы на них живы, а это вовсе не так.
Куда бы я ни глянул - везде общепринятый прежде промискуитет был за сургучом устоявшегося брака, и от этого я почувствовал себя старым.
Из-за стремления как можно больше времени проводить в одиночестве в душе его копились чувства, а на банковском счете — деньги.
Рождество вползло в Хвойную Бухту, как рождественская ползучка: таща за собой гирлянды, ленты и бубенцы, сочась пьяным гоголь-моголем, смердя хвоей и грозя праздничным светопреставлением, будто герпес под омелой.
Кто-то умный сказал, что рабочее место должно быть в получасе ходьбы от дома. Ну, пусть сорок пять минут. Пока идешь, успеваешь окончательно проснуться и прокачать план деятельности на сегодня. Или отчет для руководства.
Этот труп Артур рассмотрел более тщательно, чем белое восковое нечто начала своего детства. Во время студенческих занятий он обнаружил, что очень часто лица покойников выглядели многообещающими. Будто напряжение и давящая тяжесть жизни уступили место мирной безмятежности. Посмертное расслабление мышц — таково было научное объяснение, однако что-то в нем сомневалось в том, что это объяснение исчерпывающее. Мертвые люди также таили в зобу камешки из края, игнорируемого географическими картами.