Самый страшный враг человека - это человек.
Те, кому не страшна смерть, способны на все.
Самое ценное сокровище, как известно, лучше прятать на виду, чтобы никому и в голову не пришло его прикарманить.
Но писатель никогда не должен не писать тот или иной роман из опасения возможной нежелательной реакции на него.
Впитывай, как земля, работай, точно фермер, наблюдай и выжидай, словно охотник.
-Что-то вид у тебя нездоровый ,братец Черепаха,- говорит Лис.
- Все ползаю да хвораю..
-Никак, и глазок у тебя красный?
- Попробовал бы ты все ползать да ползать,хворать да хворать...
Ненависть - нормальное явление, правда?И не только ненавсить...мы ведь никогда б этом не говорим, но разве нам не хочется причинить страдания тому, кто нас обидел, иногда даже убить его?
- Мы думаем, что знаем человека, раз наши чувства к нему так сильны. И верим: чем сильнее чувство, тем лучше мы знаем любимого. Но так бывает не всегда.
Если мы умираем за Демократию, значит, мы солидарны с демократическими странами. Пусть же они сражаются вместе с нами! Но самая могущественная из них, единственная, которая могла бы нас спасти, вчера уклонилась от этого и уклоняется еще сегодня.
– Не сравнивай! Одно дело выбрать страну для отпуска, другое – решать, что делать с моей жизнью.
Но поднять руку, осуществить насилие - это проклятье.
Не стоит принимать за доверие то, что было всего лишь отчаянием.
Десять лет мы были знакомы, и объединяла нас общая мечта, цель, если угодно. Мы были участниками благородной, хотя и несколько туманной кампании за уничтожение контроля над мыслью. Мы мечтали о том, чтобы действительно изменить человеческий ум, открыть путь к более высокому уровню сознания. Только поднявшись на эти безоблачные высоты, думали мы, человечество сможет наконец вырваться из повторяющейся истории гадостей и заварух и прийти к Единому Миру, Единому и Досыта Накормленному. Справедливому, Мирному и в Ладу со Вселенской Гармонией Сфер и Вечной, Вечноменяющейся Дхармой… чего?.. Словом, к Единому Чудесному Миру.
Мы не пытались предугадать, когда именно родится это Новое Сознание и какие зелья понадобятся, чтобы начались родовые схватки, но считали само собой разумеющимся, что светоносное это рождество произойдет здесь, из американских потуг.
Европа для этого слишком окостенела, Африка слишком примитивна, Китай слишком беден. А русские думают, что уже достигли этого.
Женщина становится свободной не тогда, когда уходит от мужчины, а тогда, когда он ее отпускает
Она явно рада была возможности разделить точку зрения собеседника — женщины это обожают.
— Это потому, что я злобный человечек, — пояснил Гейб. — В свободное от работы время то есть. Не всегда. На работе я довольно занят.
— Может, у тебя сохранилось странное убеждение, что газеты покупают, чтобы информацию получить?
— А что, только чтобы развлечься?
— Даже и не для этого. Чтобы освободиться. От скучной необходимости самостоятельно мыслить.
– Может, ты сегодня отдохнёшь?
– Нельзя, – с сожалением отозвался он и со вздохом поднялся. – С меня ж потом отчёт стребуют. Так что вставай, жертва моего праведного гнева, после этого занятия ты тоже выползешь отсюда на карачках.
– Славная из нас получится пара, – кашлянула Айра. – Я – ползком, ты – враскоряку... просто загляденье.
Он из последних сил хихикнул, а потом властно указал на траву.
– Всё, закончили разговоры. Садись. Теперь мы будем тебя мучить.
Встретившись с Норико, она почувствовала зависть оттого, что у них с Исиямой общие дети, что они живут под одной крышей, но вместе с завистью в ней росло странное чувство солидарности с этой женщиной — они любили одного мужчину.
Настоящая любовь начинается там, где ничего не ждут взамен. Чтобы научить человека любить людей, нужно научить его молиться, потому что молитва безответна.
- Вот в чем ошибка, - произнес Гай вслух. - Никто не знает, как выглядит убийца. А выглядеть он может как угодно!
Воспоминания – это все, что есть у стариков. У молодых есть надежды и мечты, а старики держат в ладонях то, что от них осталось, недоумевая, что случилось с их жизнью.
Сегодня это место умиротворения и молитвы, однако не нужно вглядываться слишком пристально, чтобы увидеть кровь и страдания.
Есть люди, которым нравится страдать: они полагают боль способом достижения своей цели - возможностью насладиться жалостью к себе.
Милорд, я всегда говорил: правильно сформулированная проблема уже содержит часть решения.