И все же мне очень трудно. Ты понимаешь, о чем я? Я тоскую о поцелуе, о том поцелуе, которого так долго приходится ждать.
Нельзя запереться от того, что внутри.
- Прости моего брата – встрял Рон, послав угрожающий взгляд на брата – он просто идиот.
- А мне он не поверил – хмыкнула я
– Ты лучше скажи, как много нам корзин для скарба всякого потребуется?
– Нашёл, чем голову забивать, – отмахнулась Глафира. – Не мужеское это дело за такой ерундой следить. На то баба в доме имеется.
«Фигасе, заход», – охнул про себя Мишка
Флора жевала травинку и думала о том, как бы они поладили с Майклом, если бы встретились при других обстоятельствах...
Убийство нельзя исправить
Это сильнее, чем жажда. Потому что даже долгожданный глоток свежей воды не мог принести того облегчения, которое я жаждал испытать, увидев снова ее лицо.
Пусть она повернется, и тогда я пойму, что ошибся. Просто показалось. Ведь так же не бывает. Нельзя вдруг увидеть человека в толпе и сказать: «Это то самое. То, что вынимает из тебя душу, рвет на куски и не дает сдвинуться с места».
Так что придётся тебе по-прежнему раздевать меня каждую ночь.
Не краснеть.
Не краснеть.
Не краснеть.
Миссия провалена.
В институте нам казалось круто быть искушенными стервами, «романтичная» было издевательским синонимом «наивная дура».
В общем, она не хуже многих других, если бы только мы про них знали всю правду. Просто соблазнов у нее было больше. И вот что я скажу - что бы там они про нее ни говорили, а представься им самим случай, и они были бы не лучше.
Надежда губит, мальчик, — ласково шепчет за спиной голос, — Свободен только тот, кому не на что надеяться…
К. ни на миг не оставляло чувство, будто он заблудился или так далеко зашел на чужбину, как до него ни один человек не забредал, на чужбину, где даже в воздухе ни частицы родины не сыскать и от чуждости неминуемо суждено задохнуться, где тебе, прельщенному вздорными и пустыми соблазнами чужбины, остается только одно - идти и идти вперед, заблуждаясь все больше, теряясь вдали все безнадежней.
«Не знаю, как удачнее выразить свою мысль, - она слегка нахмурила лоб, - но мне кажется, раньше я никогда не ощущала так ясно, какая низость и безжалостность лежит в основе так называемых изысканных наслаждении, за которые так жестоко приходится платить…» (с.)
Подёнщица так больше и не появилась. Она заразилась оспой и умерла, потеряв таким образом хорошее место.
Jekyll had more than a father's interest; Hyde had more than a son's indifference.
— Нет, Коль, я просто в Италии всегда добрею. Мы жесткие, часто агрессивные, иногда беспощадные, — продолжал Платон. — Все это есть, но больше нам это приписывают. Приписывают люди мелкие, которые всего страшатся, но втихую обворовать и смыться— это пожалуйста. И напоследок нагадить в знак благодарности.
— «Напасть и отобрать, украсть и перепрятать». Максима не нова, Платон.
— Это не максима, а медицинский факт.
Но что же делать, если прямое и единственное назначение всякого умного человека есть болтовня, то есть умышленное пересыпанье из пустого в порожнее.
Жизнь — лишь прелюдия к смерти. Другие миры ждут нас.
Живи и избирай свой путь, зная эту тайну. Мы все встретимся, когда падет темное покрывало этого мира. Мы обнимемся на далеких белых берегах и отпразднуем нашу окончательную победу.
В провинции не приходится выбирать и сравнивать: привычка к лицам наделяет их условной красотой.
Книги и уединение возвысили твою душу и сделали тебя требовательной; но ты тем более способна оценить необыкновенные достоинства этого удивительного человека.
Это у людей век короток, вот и суетятся без меры.
У нас какой-то странный зуд заселять Америку, меж тем как с большей пользой мы могли бы трудиться в ещё не возделанных краях собственного нашего острова.
Хотя бы ради экономии имеет смысл воспользоваться женою приятеля.
Пропаганда хорошо действует при достаточной плотности проживания населения. Она применима, если подавляющее большинство проживает компактно, причем ее воздействие ориентировано не на самых богатых и не на нищих, ее главный объект воздействия - человек из среднего класса, обладающий средним достатком. с. 171
"- Ведь говорят же, что у животных нет души.
- Кто говорит?
- О, я читала об этом и знаю многих религиозных людей, которые верят в это.
- Ну, а я в это не верю! Если под душой понимать способность чувствовать любовь, хранить верность и испытывать благодарность, то животные в этом отношении бывают гораздо лучше, чем многие из людей."