Цитаты
286878
Ненавижу это чувство правоты, когда в глубине души я не уверен, что прав.
Хотите покорить Марс, этот странный изменчивый мир, населенный загадочными, неуловимыми обитателями и не такой уж добрый к человеку? Дерзайте. Но только приготовьтесь в полной мере испить чашу сожалений и тоски – тоски по зеленой планете Земля, на которой навсегда останется ваше сердце. Цикл удивительных марсианских историй Рэя Брэдбери– классическое произведение, вошедшее в золотой фонд мировой литературы.
Уловить именно «не все произведение, а только его идею» более вероятно, если не подходить к нему слишком близко, потому что тогда можно потеряться в его своеобразии. Получается, что идеальная ситуация — это когда критик закрывает глаза на само произведение и размышляет о том, что бы оно могло в себе содержать, так у него больше всего шансов уловить именно то, что его интересует, что выходит за рамки одной книги и характеризует не ее саму, а ее общие черты с другими. И, следовательно, всякое слишком внимательное чтение, если не вообще всякое чтение, — это препятствие, мешающее глубинному постижению объекта критики.
Пьер Байяр (род. в 1954 г.) — автор почти двух десятков книг, специалист по литературоведческому эпатажу и знаток психоанализа, преподаватель университета Париж VIII. Его «Искусство рассуждать о книгах, которых вы не читали» — это весьма неожиданные соображения о чтении. Вместо стандартной пары «читал-не читал» — он выделяет несколько типов общения человека с книгой: ее можно пролистать, узнать содержание от других, а иногда, наоборот, хорошо прочитанную книгу можно начисто забыть. Пьер Байяр...
На самом деле я хочу сказать вещь очень простую: трудно подчас провести грань между представлением и тем кто представляет.
Сири Хустведт — одна из самых заметных фигур в современной американской литературе: романистка, поэтесса, влиятельный эссеист и литературовед, а кроме того — на протяжении без малого тридцати лет жена и муза другого известного прозаика, Пола Остера. "Что я любил" — третий и, по оценкам критики, наиболее совершенный из ее романов. Нью-йоркский профессор-искусствовед Лео Герцберг вспоминает свою жизнь и многолетнюю дружбу с художником Биллом Векслером. Любовные увлечения, браки, разводы,...
Культура общества подобна смогу. Живя в ней, приходится её вдыхать. А это неизбежно ведёт к заражению.
XXV век. Человечество распространилось по всей галактике, а технология изменила само понятие жизни. Теперь люди способны записывать собственное сознание и с легкостью загружать его в новое тело. Смерть стала лишь помехой на экране. Такеши Ковача, бывшего члена корпуса чрезвычайных посланников, уже убивали прежде, но последняя смерть оказалась особенно неприятной. Оказавшись за 180 световых лет от дома, Ковач просыпается в новом теле на Земле, где миллиардер Лоренс Банкрофт поручает ему...
Ехидно так, словно Лиза что-то задолжала ему, он простил долг, но при случае не забывал напомнить и о долге, и о прощении.
Ты была обычной студенткой, а стала ведьмой? Не спеши отчаиваться.
Решила подняться на вершины магического сообщества? Готовься к войне в современном мегаполисе, ожившим статуям на улицах европейских столиц и рухнувшим самолетам.
В тебя влюбился самый сильный в городе маг? Узнаешь на собственном опыте, что может быть сильнее любого волшебства.
- Мне вообще кажется, что в мыслях ты меня называешь как-то пренебрежительней. «Лордишка» или что-то типа этого.
Я звучно хрюкнула. Дэл закатил глаза.
- Я прав, да? – тихо спросил он, а в глазах буря.
- Нет, - соврала я, невинно хлопая глазами, но предательница улыбка, так и растягивала губы. – только «мой господин»!
Могла бы я предположить что разделю роль попаданки, как в книгах о магических мирах? НЕТ, нет и еще раз нет....но это так. И стоило только более-менее освоиться на новом месте, как меня угораздило поссориться с местным мажором, лордишкой Дэлбишем. От которого я кстати и убегаю, аж волосы назад... Ну ударила его девушка, зачем же так верещать и угрожать? Вдруг меня кто то схватил за талию и прижал к стене. О, а вот и наш потерпевший, голубоглазый брюнет. Руки он расставил по бокам от меня,...
К этому момент я уже был близок к обмороку: некоторые монологи просто невозможно слушать, оставаясь в сознании.
Вышло так, что история о Гнездах Химер была рассказана дважды, по числу волшебных ветров Хоманы, смешавшихся с дыханием рассказчика. Вам досталась история, рассказанная поутру, когда приходит время ветра по имени Хугайда; история, записанная черными чернилами на белой бумаге. Так уж вам повезло.
Ты же знаешь, в темноте всё кажется страшней, чем на самом деле.
Близится осень, а это значит, что муми-троллю и его маме нужно поскорее найти уютное местечко и построить там дом. Раньше муми-троллям не нужно было бродить по лесам и болотам в поисках жилья — они жили за печками в домах людей. Но теперь печек стало совсем мало, а паровое отопление муми-троллям не по нраву. Вот поэтому муми-тролль с мамой рискнули отправиться в путь, мечтая найти не только новый дом, но и папу муми-тролля, который пропал когда-то давно. А тем временем грядёт большое наводнение…...
— Главное заранее поставить собеседника в неудобное положение. Твоя уверенность и более твёрдая позиция — твоё оружие на таких совещаниях. Чуть дашь слабину, позволишь оппонентам перехватить инициативу и ты проиграл. Не можешь задавить ростом, солидностью, ищи способ сделать так, чтобы им было просто неудобно с тобой спорить. Встань перед Солнцем, займи позицию, когда другим будет неудобно.
Судьба Володи Старинова, смертельно больного мальчишки, родных которого убили бандиты, совершила крутой поворот. Он понадобился российским спецслужбам, которые не пожалели для него ни дорогих лекарств, ни новейших методик боевой подготовки, ни сверхсекретной технологии перехода между мирами. И вот он уже не беспризорник Володя, а — князь Вольдемар, и спасение портового города Тортона в далёком королевстве Локхер зависит только от него…
— Раньше беспокоило, но я забыла почему. Кстати, мне по душе забвение. Когда есть что вспомнить, хорошо иметь твердую память, но, когда есть что забыть, лучше найти утешение в забвении.
Худший кошмар Алекс и Коннера Бейли сбывается: персонажи Страны сказок – как герои, так и злодеи – покидают свой мир! Морина, Снежная королева, Морская ведьма и прочие злодеи жаждут захватить Другой мир, и, казалось бы, хуже просто быть не может. Оказывается, может, – ведь Алекс пропадает без вести. В Нью-Йорке царит хаос, и Коннеру с друзьями предстоит величайшая битва против могущественного врага. Но как выиграть войну и уберечь близких от гибели без Алекс? Коннер сомневается, что справится...
Чувствую себя перевозчиком, который возит и возит, возит и возит, он бы и рад отдать весло, да никто не берет.
Чего только не сделаешь, чтобы обойти соперников и получить власть над себе подобными... Можно даже стать учеником хранительницы мира мертвых. Только есть нюанс: наставница вовсе не такая, какой представлял себе, и, изучая древние знания, придется постараться, чтобы сохранить сердце в неприкосновенности.
ЧЕРНОВИК
Глупо волочь в новую жизнь старый хлам.
Возвращаться домой оказалось так же неприятно, как я и представляла. Но теперь я не обливающаяся слезами девчонка, которая убегала отсюда в платье служанки и без монетки денег. Я — выпускница столичной Академии ведьм, по праву считавшаяся самой красивой и самой коварной на потоке. Не зря меня прозвали Хищной Орхидеей и опасались даже дружить со мной, не то что переходить мне дорогу. И пусть тот, кто выжил меня из дома, — фейри и самый обаятельный негодяй, каких видела наша провинция… он сильно...
с самой глубокой древности старики внушают молодым, что они умнее, – а к тому времени, как молодые начинают понимать, какая это чушь, они сами превращаются в стариков, и им выгодно поддерживать это заблуждение
Роман «Пироги и пиво, или Скелет в шкафу» — это история жизни знаменитого английского писателя Эдуарда Дриффилда, увиденная глазами молодого человека, воспитанного в викторианских традициях. Его взросление вплетается в историю творческого успеха Дриффилда. Писательская среда, с ее тайнами, притягивает юношу, приносит первый жизненный опыт и первые разочарования и позволяет понять, что любое творчество вырастает из жизненного «сора» человеческой судьбы, но только талант способен превратить этот...
— Шлюха и взяточник, — произнесла я, переплетая наши пальцы. — Мы определенно смотримся. Вместе будем гореть в адском пламени возмездия. Всем святошам на радость. — Станем примером, как не надо. Тоже важное дело.
— Адель, милая, у нас тут проблема: другу надо настроение поднять. Невеста укатила без обратного билета, — Михаил отрывается от телефона и обращается к приятелям: — Брюнетку или блондинку? — Брюнетку! - требует Степан. — Или блондинку. А двоих можно? — Ади, у нас глаза разбежались. Что-то бы особенное для лучшего друга. О! А такие бывают? Михаил возвращается к гостям: — У них есть студентка юрфака, отличница. Чиста как слеза, в глазах ум, попа орех. Занималась балетом. Либо она, либо две...
- Скажи: разве не кажется тебе, что она какая-то особенно умная?
- Мне кажется, что она какая-то особенно несчастная.
Том из наследия Франца Кафки содержит записные тетради писателя, запись его выступления, письма. В записных тетрадях («Тетради ин-октаво») помимо дневниковых подневных записей содержатся отрывки из задуманных рассказов, афоризмы, фантастические сценки, пейзажи и пр. Эти записи дают возможность в очередной раз заглянуть в мир, созданный великим пражанином. В серии небольших текстов особенности кафкианского мира проступают не менее выразительно, чем в романах и новеллах. В Приложении помещены...
Экскурбаньес при всяком удобном случае с видимым удовольствием говорил ей шутливо-угрожающим тоном:
— Вот увидишь, вот увидишь, дай нам только переехать в эту самую Полигамию…
Будучи женщиной крайне ревнивой, но в то же время простодушной, даже отчасти приглуповатой, она принимала эту шутку всерьез.
— Правда ли, господин Тартарен, что в этой ужасной стране мужчины могут жениться несколько раз?
Он мягко разуверил ее:
— Да нет же, милая Эвелина, вы ошибаетесь! Все дикари на наших островах моногамны. Нравы у них и без того строгие, а им еще предстоит перейти под начало к «белым отцам», так что с этой стороны опасаться нечего.
— А откуда же тогда название страны?.. Эта самая Полигамия?..
Тут только до Тартарена дошло озорство великого насмешника Экскурбаньеса, и он так и покатился со смеху:
— Ваш муж над вами подтрунивал, моя крошка. Страна называется не Полигамия, а Полинезия, что значит — группа островов, и опасного для вас тут ничего нет.
Сколько смеху было потом в Тарасконе!
Не каждому автору удается создать литературный персонаж, чье имя станет нарицательным. Французскому писателю Альфонсу Доде это удалось. Герой его трилогии — Тартарен из Тараскона, трусоватый, хвастливый, неистребимо жизнерадостный авантюрист, в котором соединились черты Дон Кихота и Санчо Пансы, прославил Доде на всю Европу. Если в первой книге трилогии Тартарен отправляется в Алжир охотиться на львов, то во второй неутомимый стрелок по фуражкам оказывается в Швейцарии и даже совершает...
Пирожные! Сладкий кошмар, один миг на зубах, всю жизнь на бедрах. Вести родного Отечества напоминают хронику боев, которые ведут умалишенные.Мужчина обязан уметь сдерживать гнев, – сообщила вдова, – иначе это не мужчина, а базарная баба.– Роза не могла! Она была такой светлой, чистой!– Как слон после душа, – задумчиво сказала Маня.
В поисках случайно выкинутой фамильной драгоценности Даша Васильева отправляется на городскую свалку и обнаруживает там… труп. Кому же может быть выгодна смерть небогатой девушки, не имеющей ничего общего с криминальным миром? Видя полное отсутствие интереса со стороны милиции к этому бесперспективному делу, Даша решает сама найти убийцу. Через некоторое время ей становится ясно, что преуспевающий и модный стоматолог Владимир Резниченко таинственным образом связан с убитой…
- Я гарантирую, что вы узнаете кучу фактов, которые никогда не пригодятся вам в жизни, - но ведь для этого и существует университет, правда?
Книга, которая прочно заняла первые строки в списках бестселлеров – как в США, так и в Европе. Тесс и Хардин такие разные, но они созданы друг для друга. И даже их ссоры, кажется, происходят лишь для того, чтобы понять – та искра, которая проскочила между ними при первой встрече, разгорается все больше.
Но разве отношения влюбленных бывают гладкими? Никогда! Вот и Тесс с Хардином вынуждены доказывать свою любовь друг другу и всему миру.
Человеку трудно признаться в своих ошибках.Но самое трудное-признаться себе.И знаешь,что самое страшное?Жить с ощущением"как же мне всё надоело".
Как часто то, во что мы искренне верим, оказывается заблуждением, а то, что боимся потерять, оборачивается иллюзией. Для Ники, героини повести «Я отпускаю тебя», оказалось достаточно нескольких дней, чтобы понять: жизнь, которую она строила долгих восемь лет, она придумала себе сама. Сама навязала себе правила, по которым живет, а Илья, без которого, казалось, не могла прожить и минуты, на самом деле далек от идеала: она пожертвовала ради него всем, а он не хочет ради нее поступиться ни толикой...
— Так, значит, приметы вора известны? — спросил Эндрю Стюарт.
— Прежде всего это не вор, — серьёзно ответил Готье Ральф.
— Как! Молодчик, стащивший пятьдесят пять тысяч фунтов стерлингов банковыми билетами, не вор?!
— Нет, — повторил Готье Ральф.
— Значит, это делец? — спросил Джон Сэлливан.
— «Морнинг кроникл» уверяет, что это — джентльмен
В «Вокруг света в 80 дней» Верн описывает невозмутимого англичанина и его расторопного слугу, которые на спор спешат как можно скорее обогнуть земной шар, испытывая массу приключений. В отличие от многих других вымышленных путешествий в книгах Верна, совершавшихся на фантастических, еще не изобретенных средствах транспорта, здесь герои использовали уже существовавшие средства.
Кажется, ужасную репутацию я забыла в другом ридикюле.
Лондон, 1887 год. В прогрессивном женском обществе «Клуб любопытных» юная искательница приключений Вероника Спидвелл знакомится с таинственной леди Сандридж. Высокородная дама просит Веронику о невыполнимой услуге – спасти известного мецената Майлза Рамсфорта, приговоренного к повешению за кровавое убийство своей возлюбленной – художницы Артемизии. На то, чтобы разыскать настоящего убийцу, у Вероники есть всего неделя, по истечении которой Рамсфорт будет казнен. Погружаясь в тайны аристократов и...
Сколько раз мне случалось – ну, хоть, например, обижаться, так, не из-за чего, нарочно; и ведь сам знаешь, бывало, что не из-за чего обиделся, напустил на себя, но до того себя доведешь, что под конец, право, и в самом деле обидишься.
Герой повести — мелкий чиновник, который страдает от того, что он принижен обществом и восстает против условий общественной жизни, которые его обезличивают. Суть этого бунта Достоевский пояснил так: «Я горжусь, что впервые вывел настоящего человека русского большинства и впервые разоблачил его уродливую и трагическую сторону. Трагизм состоит в сознании уродливости <…> Только я один вывел трагизм подполья, состоящий в страдании, в самоказни, в сознании лучшего и в невозможности достичь его и,...
Что есть венгр – покрыто большим туманом. Ясно только, что венгр ничем особенным не отличается, что выглядит он как все, везде легко приживается, за исключением Венгрии, где ассимилироваться ему невозможно – мешает общий язык».
Анна Чайковская пишет о Будапеште как о городе замершего времени. Здешний календарь мог бы остановиться на 1896-м. В тот год страна отмечала Тысячелетие, дела шли отменно, Будапешт был одной из двух столиц Австро-Венгрии, азартно соперничал с императорской Веной и, несмотря ни на какие трудности, разочарования и неудачи, имел основания видеть будущее в светлых тонах. Книга о Будапеште уже поэтому – о временах «прекрасной эпохи», о тех годах, когда ничто не предвещало ни 1914, ни 1920 года, ни...
Так уж устроена жизнь, что ничего в ней заранее не предскажешь.
Роман известной английской писательницы Ш. Бронте (1816–1855) «Городок» — это история молодой англичанки Люси Сноу, рано осиротевшей, оказавшейся в полном одиночестве, без средств к существованию. Героине приходится преодолеть много трудностей, столкнуться с лицемерием и несправедливостью, пережить тяжелые разочарования, утрату иллюзии и крушение надежд на счастье.
В широком плане «Городок» — роман о становлении личности.
Как с быком не биться, а молока от него не добиться.
«Мертвые души» – уникальный роман, ставший для русской литературы своеобразным эталоном иронической прозы.
Книга, раздерганная на цитаты еще в XIX в. и no-прежнему потрясающая воображение.
История гениального дельца Чичикова, скупающего в глухой провинции «мертвые души» крепостных крестьян, по сей день поражает своей современностью и удивительным юмором!