Цитаты

Странное дело. Раньше мне казалось, что между мной и Глебом непреодолимая стена. Сейчас же ощущаю себя голой, потому что чувствую – между нами преград нет.

Двойная жизнь Дианы Фогель

Таня Свон

Диана учится в медуниверситете, получает хорошие отметки и старается соответствовать ожиданиям родителей, хотя на самом деле ей хочется навсегда забыть о белом халате и шприцах. Она привыкла плыть по течению, украдкой мечтая совершенно о другой жизни. Все меняется, когда в группе Дианы появляется новенький – он сразу вызывает у нее отторжение, потому что напоминает ее родителей, фанатично повернутых на медицине. Диане наконец придется выбрать: долг или мечта? Притворяться или быть собой? ...

По тому, какие человек курит сигары и каких композиторов любит, можно узнать, из чего соткана его душа.

— Он собирается объявить Охоту, — нехотя выдавил из себя принц, поклонился и стремительно вышел из кабинета.
— Бедная девочка, — прошептала Владычица по-русски. — Ну, любимый муженек, берегись! Я тебе устрою разбор полетов! А если ты попробуешь стравить мальчиков, то зубов точно не досчитаешься! Ты узнаешь, что такое скалка и сковородка в руках разъяренной женщины! — с этими словами, многообещающе улыбаясь, Владычица покинула рабочий кабинет старшего сына.
Из небольшой смежной комнаты, служащей для отдыха, когда идти в свои апартаменты лень, вышел высокий златоглазый ванир в строгом сером костюме. Он подошел к окну и посмотрел на темный небосвод с редкими точками звезд.
— Хотелось бы мне понять, о чем говорила Владычица с таким кровожадным выражением лица…

Хроники Перекрёстка. Невеста в бегах

Ирина Успенская

Что делать, если ты стала главным призом в таинственной Охоте на невесту? Тебя преследуют женихи один другого лучше: маги, воины, принцы… А тебе восемнадцать и замуж совершенно не хочется. Как сохранить свободу и не нажить влиятельных врагов? Сложно юной девушке одной среди дворцовых интриг и таинственных ритуалов. Может, смириться и выйти замуж? Но нет! Она сама выберет свою судьбу! Но как быть, если при виде златоглазого незнакомца замирает сердце? Выход один – бежать!

По мнению американского антрополога Майкла Керла, среднестатистический телезритель видит в год порядка 16 тысяч смертей.

История смерти. Как мы боремся и принимаем

Сергей Мохов

В новой книге социальный антрополог Сергей Мохов не просто пишет о смерти – он раскрывает это сложное понятие через такие сопутствующие явления: от горя до поп-культуры. Как скорбеть, чтобы никого не обидеть? Этичны ли эвтаназия и перезахоронения? Как действует паллиативная помощь? И когда нам ожидать нашествия цифровых клонов? И – главное – почему важно говорить об умирании? «Смерть, как и сто, и двести лет назад, является универсальным инструментом познания мира и человека. Чем больше мы...

Любовь и та не всегда способна удержать от греха, а уж уважение и подавно. Женщина всегда начинает досадовать и сердиться, если ей приходится уважать, не любя. Да, сначала сердиться, потом понемногу скучать и, наконец, развлекаться.

Эффи Брист

Теодор Фонтане

Семнадцатилетняя Эффи Брист, единственная дочь провинциального дворянина, выходит замуж за давнего поклонника своей матери, барона Инштеттена. Инштеттен - серьезный человек с намерением сделать большую карьеру, и с ним жизнь Эффи будет устроена. Но когда она оказывается в угнетающей атмосфере маленького курортного городка, в пугающем ее доме, рядом с мужем, постоянно занятым делами, она чувствует страх, скуку и одиночество.

Можно отбить у людей охоту к драке, но охоту к выпивке — никогда.

Человек только и делал, что выдумывал Бога, чтобы жить, не убивая себя; в этом вся всемирная история до сих пор.

Старость начинается с одиночества.

Забытые по воскресеньям

Валери Перрен

Валери Перрен – одна из главных французских писательниц современности. Ее книги надежно занимают первые строчки бестселлеров Франции. Она – литературный феномен нашего времени.  Первый роман Валери Перрен «Забытые по воскресеньям» стал международным бестселлером, получил 13 литературных наград и вот уже 8 лет держится в списке главных книг Франции. Это история о том, как прошлое формирует настоящее, а еще это история о шрамах, которые способна оставить любовь. Та, что зовется любовью всей...

Я был частью того, кто создал всё это, – перерождением бога. Они сотворили такой удивительный мир, напитав его силой и безусловной любовью ко всему живому. Находясь здесь, мне уже не верилось, что боги прокляли землю.

Последний словотворец. Проклятие богов

Ольга Аст

Велерос – прекрасная и цветущая страна с правителем, подобным Солнцу. Но и за этим великолепием скрываются свои кровавые тайны. Этан пытается овладеть магией Словотворцев и стать героем из его любимых книг. Но у Богов другие планы. Ему предстоит сделать самый важный выбор, от которого зависит судьба Триединства. Времени для сомнений нет. Проклятые звенят цепями в подвалах, Совет Семи делает свой ход, а Бог, которого считали мёртвым, обрëл сосуд. Ставки высоки. Но захочет ли Этан стать...

– Доброе утро, госпожа. – Впрочем, голос служанки прозвучал так холодно, как будто за этим «доброе утро» таилось «сдохни, тварь!» Судя по доносившимся из коридора фразам, она вполне могла в этот момент представлять, как впечатывает поднос мне в лицо. Или вон пилочкой для ногтей глаз выковыривает. Здесь есть пилочка для ногтей? Надо будет найти, пригодится. – Тайра больна, она не сможет сегодня вас обслуживать.
Женщина замерла с подносом посреди комнаты, явно чего-то от меня ожидая. А я… да не знала я, что мне делать и как реагировать! Ну не сможет меня некая Тайра обслуживать, и что?
– Пусть выздоравливает, – пожав плечами, все же ответила я.
Женщина бросила на меня взгляд исподлобья. Честное слово, мне аж жутко сделалось! Такое ощущение, будто вот прямо сейчас она набросится на меня с этим подносом и до смерти забьет. А у меня за спиной только пара подушек с милыми кисточками.

Избранница хозяина Бездны

Мария Боталова

Угораздило же меня наткнуться в кладовке на старинный фолиант и прочитать заклинание поиска второй половинки. Вот и оказалась я в другом мире, да еще в чужом теле. И что теперь делать, если все принимают меня за леди Милиану, высокородную и весьма вздорную особу? Пробуждается магия, плетутся интриги. А сногсшибательный и опасный мужчина, которого вижу впервые, требует исполнения супружеского долга. И ладно бы только он один… Чужое тело. Чужой муж. И любовник тоже чужой. Верните меня назад!

Любовник больше думает о том, как бы пробраться к возлюбленной, чем муж о том, как уберечь жену; узник больше думает о побеге, чем тюремщик о затворах; следовательно, вопреки всем препятствиям, любовник и узник должны преуспеть

Пармская обитель

Анри-Мари Стендаль

«Пармская обитель» – второй роман Стендаля о Реставрации. Парма, в числе других провинций Северной Италии, была на короткое время освобождена Наполеоном от владычества Австрии. Стендаль изображает пармских патриотов как людей, для которых имя Наполеона становится синонимом освобождения их родины. А в то же время столпы пармской реакции, страшась Наполеона, готовы в любую минуту предать свою родину.

— Вы не хотите выходить замуж за короля?
Я усмехнулась.
— Во-первых, его величество мне пока не предлагал. Во-вторых, очень хочу. Безумно люблю даранийского короля, чтоб его Дайяна…

Лучшая роль для принцессы

Алена Федотовская

Лучшая роль для принцессы — сыграть королеву, как говорит моя тетушка. Впрочем, наверняка у нее есть свои мотивы, чтобы сватать племянницу за короля Дарании. У меня же просто нет выбора и совсем не осталось времени, чтобы дожидаться предложения руки и сердца. Я даже готова заказать приворотное зелье у темного мага Проклятого королевства, чтобы добиться своего. И наглая попаданка, переместившаяся в наш мир, не помешает мне выйти замуж за короля! Мне казалось, я просчитала все. Но кто же знал,...

Иным людям и семи лет не хватит, чтобы хоть сколько-нибудь понять друг друга, иным же и семи дней более чем достаточно.

Чувство и чувствительность

Джейн Остин

Романы Джейн Остин стали особенно популярны в ХХ веке, когда освобожденные и равноправные женщины всего мира массово влились в ряды читающей публики. Оказалось, что в книгах британской девицы, никогда не выходившей замуж и не покидавшей родной Хэмпшир, удивительным образом сочетаются достоинства настоящей литературы с особенностями дамского романа: это истории любви и замужества, но написанные столь иронично, наблюдательно и живо, что их по праву считают классикой английского реализма. «Гордость...

В этом-то среднем сословии общества обычно сосредоточены все искусства, вся мудрость, вся гражданская доблесть. И только одно это сословие и является истинным хранителем свободы, и одно лишь оно может по справедливости именоваться Народом.

Векфильдский священник

Оливер Голдсмит

Роман Оливера Голдсмита "Векфильдский священник" написан был в 1762 году, однако опубликован лишь четыре года спустя, в 1766 году, очевидно, после основательной авторской доработки. Пятое издание романа - последнее, вышедшее при жизни автора и им исправленное, - принято считать эталоном текста. Все последующие издания исходят из него. Неплохо принятый публикой, роман этот, однако, большой прижизненной славы Голдсмиту не принес. Но к концу века быстро возрастает круг читателей романа в Англии и...

Отчаяние в любви не щадит возлюбленного и свою неудачу охотно обращает в мщение.

Эфиопика

Гелиодор

Книга Гелиодора принадлежит к числу немногих «греческих романов», дошедших до нас от эпохи поздней античности. Предназначенные для самого широкого круга читателей, произведения этого рода отличаются прежде всего занимательностью сюжета. Корабли пиратов и пещеры разбойников, похищения и узнавания, битвы и бури, зрелища и пиры – все это в изобилии встречается на их страницах. Таков и роман Гелиодора, повествующий о странствиях и приключениях молодой четы влюбленных в Греции, В Египте и в Эфиопии....

Рассчитывать на то, что после замужества будут кипеть те же страсти, что и раньше, это все равно что искать мобильник в Средневековье или растительность на Луне.

Эхо

Дун Си

Психологический детектив «Эхо» (2021) стал не только новым прорывом в творчестве Дун Си (р. 1966), но и ярким событием в литературной жизни Китая. В своем тексте автор новаторски переплетает две истории – расследование жестокого убийства и перипетии в личной жизни женщины-следователя. Роман погружает читателя в реальную жизнь сегодняшнего Китая со всеми ее экономическими достижениями, социальными противоречиями, размыванием семейных ценностей, безжалостным криминалом и самоотречением служителей...

Да спасет тебя любовь моя! Да коснется тебя надежда моя! Встанет рядом, заглянет в глаза, вдохнет жизнь в помертвевшие губы! Прижмется лицом к кровавым бинтам на ногах. Скажет: это я, твоя Катя. Я пришла к тебе, где бы ты ни был. Я с тобой, что бы ни случилось с тобой. Пускай другая поможет, поддержит тебя, напоит и накормит - это я, твоя Катя. И если смерть склонится над твоим изголовьем и больше не будет сил, чтобы бороться с ней, и только самая маленькая, последняя сила останется в сердце - это буду я, и я спасу тебя.

Любого здоровья хватает ровно до конца жизни.

Первая после бога

Катерина Снежинская

В больнице Экстренной Магической и Традиционной Помощи работать всем нелегко. Но если уж выбрала такую недамскую специализацию, как нейрохирургия, будь готова к ежедневным неприятностям. Трижды спросят и за пьяницу с пробитой головой, и за звезду спорта, не способного на собственном драконе усидеть, и за женщину, до инсульта доведённую заботливым сыном....

Может быть, это нелепо, но, когда я полюблю что-нибудь - картину, книгу, лошадь, что бы то ни было, - я не могу расстаться с ним. Уж когда люблю, так люблю. Я упрям. И подхожу ко всему со своей собственной меркой. Пусть какой-нибудь критик хоть двадцать раз твердит мне, что картина хороша, а если она мне не нравится, я ее не повешу у себя. Я покупаю картину только в том случае, если она завладевает мною, и тогда я уже не могу с нею расстаться.

Шурику стало хорошо-хорошо, словно кто-то подошёл сзади и ласково обнял его за плечи. Так же хорошо бывает ещё, когда пригладит волосы неожиданный тёплый ветер или когда с закрытыми глазами лежишь на траве, и солнце щекочет лицо мягкими лучами…Шурик снова окинул взглядом свой птичий город и подумал, что совсем скоро прилетят скворцы.Весна…

Брат, которому семь

Владислав Крапивин

Альке семь и он всего на три года младше своего родного города. Но жизнь этого мальчишки полна увлекательных событий. И вместе со своими друзьями ему предстоит пережить немало замечательных приключений…

Настоящая воспитанная дама ковыряет в носу, когда ее никтошеньки не видит!

Пиппи Длинныйчулок (перевод Брауде)

Астрид Линдгрен

Астрид Линдгрен — автор свыше тридцати пяти книг. Она лауреат многих шведских национальных и международных премий. Линдгрен, бесспорно, одна из самых популярных детских писательниц мира. Ее книги переводят во всех уголках земного шара, а герои ее произведений говорят чуть ли не на сорока пяти языках, в том числе и по-русски. После выхода в свет собраний сочинений писательницы в России в 1994 году почти все ее герои заговорили на русском языке. Составление, послесловие, примечания...

Напора красоты не может сдержать ничто!

Мои королевы: Раневская, Зелёная, Пельтцер

Глеб Скороходов

Говорят, призвание смешить и не быть посмешищем дано единицам. Фаина Раневская, Рина Зелёная, Татьяна Пельтцер умели вызывать и добрые улыбки, и заливистый смех. А могли заставить и надолго замолчать в раздумьях… Образы, сыгранные этими блистательными комедийными актрисами, всегда будут вызывать восхищение. Фразы из фильмов, которые они придумывали прямо на съемочной площадке, становились крылатыми. Гениальная Фаина Раневская превратила в театрализованную трагикомедию даже собственную жизнь....

Мне вспоминается такая история. Шли мы с приятелем из бани.
Останавливает нас милиционер. Мы насторожились, спрашиваем:
— В чем дело?
А он говорит:
— Вы не помните, когда были изданы «Четки» Ахматовой?
— В тысяча девятьсот четырнадцатом году. Издательство «Гиперборей», Санкт-Петербург.
— Спасибо. Можете идти.
— Куда? — спрашиваем.
— Куда хотите, — отвечает. — Вы свободны…

Наши

Сергей Довлатов

Двенадцать глав «Наших» создавались Довлатовым в начале 1980-х годов как самостоятельные рассказы. Герои — реальные люди, отсюда и один из вариантов названия будущей книги — «Семейный альбом», в которой звучит «негромкая музыка здравого смысла» (И. Бродский), помогающая нам сохранять достоинство в самых невероятных жизненных ситуациях.

Ничто так не сокращает время, как размышления.

Гарри Поттер: «Да».Северус Снегг: «Да, сэр».
Гарри Поттер: «Не обязательно обращаться ко мне "сэр", профессор».