Цитаты

Нельзя нравиться всем подряд… Нужно кого-то и раздражать для разнообразия!

Царевна (не)удач

Натали Лансон

Я загремела в Академию Магии совершенно случайно. Во мне нет ничего примечательного — всего лишь нагрубила главе отряда, отлавливающего на Земле одарённых магичек… Ну, и хватать меня за зад было лишним! Что теперь делать в чужом мире, пока портал не откроется?! Разберёмся! И даже те птичьи права, на которых я теперь существую в Академии, не помешают мне, как следует развлечься! И всякие озабоченные выпускники мне не помеха!

Да уж, пожалуй, можно было понять Еву, не устоявшую перед Змеем-искусителем! Должно быть, она и запрет-то Бога нарушила не каприза ради, а лишь для того, чтобы сделать приятное такому же вот… блудодею с озорными глазами, высунувшемуся из райских кущ с яблочком в пасти. Как ему отказать, проказнику этакому!

Булочка с изюминкой

Вероника Горбачёва

Варвара Павловна вроде бы и не завидовала героем-попаданцам, но втайне от взрослой дочери до сих пор читала книги в ярких обложках и витала в облаках, мечтая хоть что-то изменить в привычной жизни. И вдруг, как снег на голову, на её маленькую семью посыпались события дивные и невероятные. Но, увы, чудеса предназначены не Варе, а её дочке! Это перед ней открыт портал в неведомый мир, это её ждёт любящий принц, и манят чудеса, и ждёт светлое грядущее… А что же остаётся маме?Всеми силами цепких...

Главное в диалоге – знание его техники. Люди, как правило, бессознательно отзеркаливают того, с кем говорят, и знание этой особенности позволяет развернуть беседу в нудную сторону. Хочешь вызвать конфликт – ори в ответ на ор. Хочешь утихомирить – сохрани спокойствие и понизь голос. Всё просто.

Булочка с изюминкой

Вероника Горбачёва

Варвара Павловна вроде бы и не завидовала героем-попаданцам, но втайне от взрослой дочери до сих пор читала книги в ярких обложках и витала в облаках, мечтая хоть что-то изменить в привычной жизни. И вдруг, как снег на голову, на её маленькую семью посыпались события дивные и невероятные. Но, увы, чудеса предназначены не Варе, а её дочке! Это перед ней открыт портал в неведомый мир, это её ждёт любящий принц, и манят чудеса, и ждёт светлое грядущее… А что же остаётся маме?Всеми силами цепких...

— Ксёныч… Какая же ты все-таки девочка у меня. Надо было тебе шов рюшами оформить.

Давно заметил — люди как-то сразу резко чернеют. Хоть тихо плачут, хоть бьются в истерике, хоть молчат. Они чернеют неизменно и неминуемо. Четкий признак, по которому понимаешь — это здесь беда.

Глеб никогда не был бабником, кроме совсем уж ранней юности, когда хочется трахать все, что имеет признаки противоположного пола.

С Верой они были на равных когда-то. Одни и те же цели, одни и те же желания, общая постель, общие планы. С Ксенией — разница в двадцать четыре ступеньки делала свое дело.

«Сейчас» — штука неопределенная и одновременно не имеющая срока давности, потому что может длиться годами. Мучительное осознание — сам он едва ли далеко ушел от «сейчас» того периода, когда медленно сходил с ума. Падать больно, если мнишь себя сидящим где-то очень высоко.

Познание друг друга — физическое познание — увлекательнейший процесс. 

Когда к человеку относятся по-человечески, он расслабляется.

Провести весь вечер в компании стероидного принца без лишних извилин — совершенно левая перспектива. Нет, он был хороший, добрый. Но недалекий. Из тех, кто прочитал лишь две книги — синюю и вторую, как в анекдоте. Зато все знал о тренажерных залах столицы и ведущих мировых футбольных командах. Он даже отпуска подгадывал под какие-нибудь чемпионаты.

Нет, он отдавал себе отчет, что вся эта бодяга в его голове — не иное, чем плод бессонницы и раздражения. Но вместе с тем, стоило только решиться — отпустило. Превратить жизнь из артхаусной драмы в легкий водевиль. Про фельдшера и стюардессу. Даже несмотря на то, что ноябрь — месяц, совсем не располагающий к водевилям. Но органично захлебнуться жалостью к себе он тоже теперь уже не мог.

Утро — это катастрофа. Утро — это ежедневная катастрофа, которая не имеет просвета, и солнечные лучи из-за занавесок не в счет, поскольку они лишь усугубляют мучения. Час расплаты за все деяния: за разврат, возлияния и просто ночные бдения. Утро — не время обновления и не повод начать сначала жизнь. Утро — это время пожинать плоды прожитого и пережитого. Пятый всадник Апокалипсиса и ничуть не меньше. Хуже, чем мор. Страшнее чумы.

А мимо цели он, к сожалению, пролетел как… Дракон над пустошью.

Почему иномирянки оказались так привлекательны для них, они ведь уступают по красоте их местным женщинам. А все просто, женщины другого мира сильны духом, несгибаемы и упорны. И бесстрашны как настоящие воины. Они берут за глотку и побеждают. Их женщины — слабые существа, нуждающиеся в защите, а эти…
Они же как стихия! Как стихийное бедствие!

Гайдиар, на которого сейчас обратились все взгляды, стоял, широко расставив ноги и расправив плечи. И невозмутимо посматривал по сторонам, всем своим видом давая понять — кто засмеется, тот покойник.

Потому что у бездны свои взгляды на мировой баланс. И юмор. Все, кто, так или иначе сталкивался с этой вечно голодной глубинной сутью всего и вся, могли признать, что юмор у нее есть. Большой и черный.

Он же эмпат. И натура у него вовсе не такая твердокаменная и жесткая как у Аэда или Джейдока. Будь голубоглазый красавец жителем земли, она бы сказала, артистическая. Нежная. Ему бы при его невероятной красоте в кино сниматься. По нем бы все геи сходили с ума, а экзальтированные барышни вены резали.

Теперь он стоял к ней спиной, и мужское шовинисткое из него так и перло. Мол. женщина, знай свое место. 

Словарный запас у Лиды внезапно уменьшился до пары непечатных выражений.

— Да, порой трудно верить в божье милосердие. Я знаю. Но ещё труднее жить без веры.
Его голос был уверенным, словно тихий шёпот живящего весеннего дождя; казалось, его слышит не слух, а сердце.
— Знаешь, — молвил дэй мягко, — верить ведь можно и не в богов.
Подобное изречение из уст служителя Пресветлой помогло Таше на миг забыть о плаче.
— А во что? — вместо очередного всхлипа вырвалось у неё.
— В добро. В чудеса. В свет. В хорошее… и в это ты веришь — даже сейчас. Я знаю. Я чувствую.
Она почти затихла.
— Плачь. Плачь за всё, с чем не можешь смириться, за всех, кого потеряла, за всех, с кем рассталась. Плачь… а потом улыбнись. И вспомни, что всё обязательно будет хорошо.

Кукольная королева

Евгения Сафонова

Таше было всего шестнадцать, когда загадочный незнакомец разрушил всю её жизнь. Жестокий некромант решил развеять скуку, затеяв игру живыми людьми. По его прихоти Таша теряет семью и вынуждена кидаться в погоню за теми, кто похитил её маленькую сестру. Однако сложно победить в игре, правила которой тебе неизвестны. Особенно если ты оборотень, и в случае разоблачения тебя ждёт костёр. Особенно если ты дочь свергнутой принцессы, вынужденная скрываться от узурпатора, завладевшего твоим престолом....

Я работаю, — отец тоже попался на мою обманчивую внешность. — Операционная медсестра.
— О, отлично! Будете его штопать, он часто в переделки попадает

Малышка

Варвара Федченко

Я дотронулась до обнаженного плеча пациента, параллельно отмечая, что кожные покровы теплые. Покачала мужчину за плечо. Никакой реакции. Наклонилась ближе, нащупывая пульс на сонной артерии, слегка повернула мужчину к себе, и только тогда заметила кровь. Пульс не прощупывался. Я наклонилась ближе, рассматривая рану: огнестрельное. В панике осмотрела помещение, и тут услышала неторопливые шаги, раздавшиеся со стороны кухни. Помочь пациенту я уже не могла: нужно было спасать себя… Испытывала ли...

— Лена, жените на себе моего сына. И нарожайте мне внуков. Он сам не попросит, зараза, стеснительный больно

Малышка

Варвара Федченко

Я дотронулась до обнаженного плеча пациента, параллельно отмечая, что кожные покровы теплые. Покачала мужчину за плечо. Никакой реакции. Наклонилась ближе, нащупывая пульс на сонной артерии, слегка повернула мужчину к себе, и только тогда заметила кровь. Пульс не прощупывался. Я наклонилась ближе, рассматривая рану: огнестрельное. В панике осмотрела помещение, и тут услышала неторопливые шаги, раздавшиеся со стороны кухни. Помочь пациенту я уже не могла: нужно было спасать себя… Испытывала ли...

Я просыпаюсь от громкого: «Я пришла к тебе с приветом, рассказать, что солнце встало!»
Встало? С трудом продирая один глаз, вижу, что да — встало. Член у меня встал, потому что это нормальная мужская реакция по утрам. И тонкое одеяло выдает меня с головой.

Малышка

Айя Субботина

Замужество мамочки обернулось для меня переездом в новый дом и расширением семьи на две мужских особи, моих сводных братьев – Рэма и Влада. Если вы слышали определение «альфа-самец» - то это про них. Представьте сто девяносто сантиметров загара, брутальной щетины и роскошного тела. Представили? Слюнки потекли? А вот мне все равно, потому что я одержима мечтой покорить своего очкарика-ботаника, и доказать ему, что поцелуи – не крайняя точка отношений. Правда, «братики» устроили состязание...

Все-таки в наше тяжелое время порядочной женщине так непросто найти порядочного миллионера, не жадного и красивого...

Малышка

Айя Субботина

Замужество мамочки обернулось для меня переездом в новый дом и расширением семьи на две мужских особи, моих сводных братьев – Рэма и Влада. Если вы слышали определение «альфа-самец» - то это про них. Представьте сто девяносто сантиметров загара, брутальной щетины и роскошного тела. Представили? Слюнки потекли? А вот мне все равно, потому что я одержима мечтой покорить своего очкарика-ботаника, и доказать ему, что поцелуи – не крайняя точка отношений. Правда, «братики» устроили состязание...