Что позволено Юпитеру, то не позволено быку…
- Мы вот тут... - говорит она, - митинг провели.
И я вижу на экране длинный ярко-розовый дом, освещенный лучами заходящего солнца. За домом - бескрайние поля, перед ним - небольшая кучка народа, человек пятьдесят навскидку.
- Так! - машет руками дама. - Этот кадр не даем, тут видно, что народа немного. Мы буем говорить, что пришло человек триста.
- Но не было трехсот!
Дама смотрит на меня с неудовольствием, которое быстро сменяется иронической улыбкой. Видимо, она принимает меня за глупую девочку-практикантку. Я ее понимаю: кудряшки, лицо почти без макияжа, наивное замечание во время работы над проплаченным сюжетом...
- Хорошо, - соглашаюсь я. - А где это было?
- Да там, - дама неопределенно машет рукой, - в районе. Далеко. Нагнали колхозников.
- О чем митинговали?
- В поддержку последних действий правительства.
- Так все против.
- А наша партия - за.
Я записываю ее слова в блокнот, едва сдерживая раздражения. Она говорит что-то еще, отмечает особо важные пункты.
- Синхроны есть? - спрашиваю я, терпеливо выслушав этот подхалимский бред.
- Есть, - радостно кивает она. - Сейчас будет.
Мы видим на экране обычную, немного испуганную тетку лет сорока пяти и руку моей визави, держащую микрофон.
- Я, - говорит тетка, то и дело поднимая глаза к ясному морозному небу, словно школьница, вспоминающая ответ, - поддерживаю все эти решения, потому что... потому что...- Ее взгляд плывет по небу, словно следя за плавным движением облаков, в глазах - синяя пустота.
- Ой! - наконец признается тетка, обращаясь к руке с микрофоном. - Я забыла, почему поддерживаю. Вы мне сказали, я вроде запомнила, а теперь - забыла.
И дама терпеливо, как маленькому ребенку, объясняет, что надо говорить.
- Ой, - тетка судорожно поправляет свой вязаный берет. - Вообще-то мне это не очень нравится - реформы. Я по-другому вообще-то думаю.
- Это не страшно, - у дамы снисходительный тон психиатра. - Сейчас надо сказать то, что я говорю.
- Ну, хорошо, - теткин бунт подавлен, ему даже не дали начаться. - Скажу, раз так надо.
- Надо.
Как мы называем видимый свет? Мы называем его цветами. Однако электромагнитный спектр начинается от ноля и продолжается до бесконечности, так что на самом деле, дети, количественно весь свет - невидимый.
"Мне трудно верить собственным глазам, а на некоторые вещи я даже боюсь смотреть из опасенья, что придется им поверить."
Эриксон всей тушей навалился на письменный стол, лицо у него было красное. Он вяло махнул комиссару рукой и тяжко вздохнул.
– Сунь мне в пасть яблоко – и получишь рождественского поросенка, – сказал он.
– Кончай, – посоветовал комиссар, откусывая от яблока.
– Так мне и надо, – посетовал Эриксон. – С тех пор, как за углом открылась тайская забегаловка, я прибавил одиннадцать кило.
– У них вкусно.
– Да. Черт их возьми.
Она никак не ответила на его предложение провести остаток дня вместе, но, по мере того как ее планы раскрывались, он все больше понимал, что включен в них...
Ты вроде бы смотришь на мир уже двадцать лет, но не заметил, что у нас последовательно заложены кирпичом все окна нынешнего времени. То окно, что смотрит в прошлое (разумеется, славное) или в будущее (пусть далекое, но, конечно же, светлое), распахнуто настежь. В то же время те окна, из которых можно было бы видеть настоящее – хоть ближайшее, хоть удаленное, – заложены кирпичом. А потом аккуратно оштукатурены. А под конец еще и побелены. И в голову не придет, что они здесь когда-то были.
Космос — дело темное. Здесь сам черт ногу сломит.
"ощущение, что лечу кубарем по порогам горной речки, изредка стабилизируя падения съездами на заднице, но всё делаю с умным видом. якобы так и было задумано."
"поздравляю, ты только что понял всю суть жизни!"
Увы, но общаться с Олей всегда было сложно по одной простой причине — она, как и большинство современной молодёжи, не нюхавшей пустых полок магазинов времён девяностых и не знавшей, что такое голод, умела слушать только себя.
...Всем известно, что русские женщины — самые сумасшедшие женщины на свете. Их глаза полны страсти, они часто обманывают мужей и изменяют им с другими. И, несмотря на это, у них очень редко бывает больше двух детей. Так карает их Аллах!
лучше один раз друг друга увидеть, чем сто раз друг о друге услышать.
... это естественно, когда человек до смерти чего-то боится. Такое может быть с самыми лучшими людьми. Важно не пойти ко дну, держать себя в руках и делать то, что ты считаешь надо делать.
Лучшая сумочка это декольте.
Кто-то пустил слух, будто профессор Енотов научился превращать слона в муху, а потом все перепутали и стали говорить: «Он делает из мухи слона»
Впрочем, может быть, и есть такой профессор, который делает из мухи слона, но про него я ничего не знаю и говорить не буду, потому что не люблю писать о том, чего никогда не видел собственными глазами.
Рожденный ползать — летать вертикально вниз не любит.
А ларчик ломом открывался...
...Ночь: вновь и вновь ночные борения со смертью, вся комната сотрясается от адской музыки, обрывки кошмарных сновидений, голоса за окном, и несметные призрачные толпы, стекаясь отовсюду, повторяют с презрением мое имя, и тьма играет на клавикордах. Как будто мало подлинных звуков в этих ночах, словно убеленных сединами. Как не похоже это на оглушающий шум больших американских городов, на стоны исполинов, которые корчатся, силясь разорвать свои оковы. Нет, это вой приблудных псов, петушье пение, всю ночь напролет возвещающее рассвет, барабанный бой, стенания, которые замрут потом белыми пернатыми стаями на телеграфных проводах, над чернеющими садами или одинокими птицами на ветвях яблонь, вековечная, бессонная скорбь великой Мексики. А моя скорбь влечет меня под темные своды древних, монастырей, и я несу повинную голову в кельи, и под сень ковровых пологов, и под милосердный покров чудовищных вертепов, где пьянствуют печальноликие бродяги и безногие нищие, встречая зарю, сияющую холодной бледно-желтой красой, которая является взору на пороге смерти.
Есть такой тип личностей, которые могут прожить жизнь спокойно и не совершить особых грехов, если на их пути не появятся соблазны. Но первая же трудность заставит их пойти по пути наименьшего сопротивления. А этот путь редко ведет в райские кущи.
Танго ПетераМаска, маска,
Не раз бывали мы вдвоем.
Помню ласку,
Лукавый взгляд в лице твоем,Ты смейся звонко и задорно,
Должна быть милой, покорной,
Кроткой, нежной,
А взор пускай горит огнем.Скользи легко,
Танцуй танго
И слушай плавные ритмы
Далеких и знойных стран.Где нет зимы,
Но так, как мы,
Не знают боли сильнее
И глубже сердечных ран.Не жди признаний иных
И трепетных слов.
Светла, как вешние сны,
Моя любовь.Танцуй танго,
Мне так легко.
Позволь поверить, что сбудется
Радость счастливых снов.Танго из музыкальной кинокомедии «Петер» (1934). Русский текст записан со старой грампластинки, где это танго исполняет Л. Г. Борисоглебская.
На одном голом сексе хорошим любовником не станешь, надо еще понимать, чего женщина хочет.
Наконец я отыскал способ преодолеть ломку. Надо войти в депрессию и выйти из нее по другую сторону.
Война без рыцарей и рыцарства сначала превратится в обыкновенную бойню. А потом — в человекоубийство.
Их отношения имели смысл лишь в тот момент, когда они находились вместе и могли, слившись воедино, создать собственный мир.
Весь расчет прост: беги, пока можешь бежать. А потом еще беги. Найди источник силы и воли и беги быстрее.