Сколько бы ни было вылито на кожу духов, у каждого есть свой незабываемый запах. Так вот ваш… он… необычный. Авантюрный. С привкусом упорства и желания идти вперёд. Вас тяжело сломать даже судьбе. И это притягивает. Но в вашем запахе есть и нотки, заставляющие настораживаться. Я сразу понял, что вы портальщица. И однозначно необычная. От вас пахнет другим миром.
Прежде чем понять, кто мы есть, надо понять, кем мы были.
Все теологи и философы, которых ты прочел, противоречат друг другу, и ни у кого из них нет истинного ответа. Но они ближе к цели, чем дилетантские выкладки Камю и Сартра, скрывающих свое невежество за маской романа.
«На этот раз не оставлю тебя без присмотра, братишка, — подумал я. — Что бы там ни произошло в будущем. И чем бы это всё для нас с тобой ни закончилось. Уверен… ты меня не подведёшь».
Встретить женщину, с которой можешь разделить жизнь, — это дар...
Молодость на то и дана, чтобы совершать ошибки.
Таков уж мой нрав... Чужому-то я зубы скалю, а внутренне думаю: экой ты болван, братец, на какую удочку идешь; а с вами я говорю, что думаю. То есть, позвольте, и вам я не все говорю, что думаю; по крайней мере я вас не обманываю. Я должен вам большим чудаком казаться, точно, да вот постойте, я вам когда-нибудь расскажу мою жизнь: вы удивитесь, как я еще настолько уцелел.
Мы сидели в красных креслах-мешках. Обшарпанные, с жидковатой набивкой, они были куда удобнее, чем большинство тех стоящих по тысяче долларов кожаных кресел, в которых мне доводилось сидеть. Над нами, доходя до потолка, возвышались, успокаивая и ободряя, книжные стеллажи, комфортные, надежные, как стены исповедальни. Даже воздух здесь пах замечательно. Бумага с типографской краской, материал переплетов... Внешний мир, казалось, отодвинулся далеко-далеко, и это было прекрасно. Я вспомнила скептицизм Ганна: неужели людям все еще нужны книжные магазины? Для меня, сидящей сейчас среди книжных стеллажей, ответ был здесь, вокруг нас с Зои. Это было все равно как спрашивать рыболова с удочкой, стоящего по колено в прозрачной воде небольшой речки, почему он вместо этого просто не едет в супермаркет, чтобы купить там искусственно выращенную тилапию.
Трудно с дубами, у которых мама - папа и они совершенно не понимают: для чего им учиться? Родители же все купят, правда? То, что родители не вечны, до них просто не доходит и в результате балованные домашние детки попадают в руки к небалованным волчатам. Обычно их судьба складывается достаточно печально.
"...Куда ни иди, я пойду по следам, мы два огонька одного уголька, и время, летящее дальше и вспять, не в силах теперь наши судьбы разнять..."
– Тороплив ты очень, – строго сказал Четери. – Ты не результата жди, сможешь или нет, а так руку отрабатывай, чтобы всегда знал – точно сможешь. А это работа не одного года. Ты не похвалы моей жди, что тебе моя похвала? Ты знания о себе жди, чтo тебе умение это далось.
– Твоя пoхвала дороже тысяч слов других людей, – тихо ответил Вей Ши.
– А твое знание о себе должно быть прежде любых слов и дороже, – откликнулся Мастер.
Какое-то мгновение он наслаждался странно успокаивающим ощущением, что жизнь полностью вышла из-под его контроля и теперь, что бы ни случилось, никто не сможет свалить вину на него.
Будущее - вкус не портит мне,
мне дрожать за будущее лень;
думать каждый день о черном дне -
значит делать черным каждый день.
— Я не ревную… Кстати, — вдруг оживилась она. — Мне предлагали за тебя деньги.
— Это как? — насторожился я.
Сразу почудилось недоброе: наемный убийца, жаждущий знать, в какой комнате я ночую, во сколько я выхожу из дома и другие не менее полезные вещи.
— А вот так… — покрутила головой фрау, показывая язык. — Вдова кожевенника — ей всего двадцать лет — предлагала мне талер, если я впущу ее на ночь в твою комнату.
— Зачем? — не сразу сообразил я.
— Ну, Артакс, ну насмешил… — расхохоталась женщина. — Словно не знаешь, зачем женщина хочет мужчину?
— За талер?! — взвыл я от обиды. — Да я жеребца за три талера сосватал!
— Так то за жеребца! — не унималась Ута. — От Гневко жеребята будут здоровые, а кто родится от тебя, неизвестно. Эх, надо было соглашаться!
— Чего же не согласилась? Талер — неплохие деньги.
— Я бы согласилась, но она отказалась внести аванс. А если бы ей не понравилось? — хихикнула «майн либер фрау».
Все мы приходим в этот мир, неся в себе частицу высшего предназначения.
"Бороться с судьбой – смелость, но принять предназначение – смелость вдвойне"
Немногие из нас знают, кто они такие на самом деле. Нам ведь дано лишь ВЗГЛЯНУТЬ на этот мир, не больше.
Есть у меня такая черта — целиком погружаться в панику в самые неожиданные моменты. Не тогда, когда опасность реальна, а когда она умозрительна.
Мне было тяжело об этом рассказывать, всегда тяжело оттого, что мечты разбиваются
— Очень часто ложь бывает непреднамеренной. Иногда мы сами верим: вот — правда, но на самом деле это оказывается обманом.
Я уже давным-давно такой взрослый, что самому страшно...
- Лошадь, которая боится, - это понятно, однако твой испуг совершенно иррационален.
- Страх никогда не бывает иррациональным. Если не считать психических расстройств. Это одна из первых вещей, которым учили маленьких ведьмаков. Испытывать страх - хорошо. Испытывать страх - значит признавать реальность того, чего ты боишься, потому - будешь настороже. Страх не нужно побеждать. Довольно ему не поддаваться. И стоит у него учиться.
- Что такое "правильная жизнь"?
- Жизнь, прожитая в полном сознании и с полной ответственностью, хорошая, сильная жизнь. (Дон Хуан)
До нецензурной брани Зинаида Летова не опускалась никогда и в прошлой жизни и не собиралась в этой. Но случались моменты, когда хотелось позавидовать бабке Зинке, не ограниченной такими предрассудками.
Очень немногие вещи могут превратить призрака в рассвирепевшее, обуреваемое голодом и злобой привидение – и все они по большей части связаны с разрушающими душу муками, которые предшествовали моменту смерти.