Я облегчённо вздохнула и посмотрела на главу Совета. А он очень внимательно, изучающе, смотрел на меня. Так продолжалось некоторое время. И, если он рассчитывал, что я опущу глаза, то ошибался. Отец всегда говорил, что нельзя показывать свой страх и неуверенность. Затопчут.
Люди такие хрупкие, их может убить любой несчастный случай...
Довериться судьбе... Самое простое решение. И одновременно самое сложное.
Ты согласилась со мной дружить при условии, что я не стану больше изменять жене.
– Мой отец всегда шутил, что наспех получаются только девчонки, – огорошил Рину заявлением, одновременно сильным толчком проникая в уже влажную глубину ее тела. – Так что поспешим!
Устроившись в кресле, забылась чтением. Вот так всегда! Читая, я забывала обо всем. Есть люди, которые смотрят телевизор, пытаясь отвлечься, ходят на прогулки, любуясь природой, а я всегда отдыхала, читая. Увлекательный мир, созданный авторами, меня настолько затягивал, что все проблемы в моей жизни отходили на второй план. Все подождет, когда я с книгой…
Внешняя красота не имела никакого значения, когда внутри я чувствовал себя жутким монстром. У меня с самого детства не было сердца… всегда был только он…
... моё железное правило: ты мужчина, ты и действуй. А я уж посмотрю на твои действия и решу, нравятся они мне или нет.
А спать с мужчиной, которого не любишь, не страшно. Куда страшнее, когда мужчина, которого ты любишь, просто с тобой спит.
Вот права была бабуля — хочешь какого мужчину заполучить — молчи, смотри на него, вытаращив восхищенный взгляд, и все будет асси-асси.
Люблю тебя, девочка и помни — иди только вперед, верь только себе и только на себя и рассчитывай.
Моя женщина - моя проблема.
И ведь таким правильным было просто быть с ним, называться его девушкой и строить отношения... Было… но она почему-то летела, словно бабочка, совсем к другому огню.
— Мама! Я танцевала с Лешей!
— Да с Лешей только официанты не танцевали, и то потому что заняты, — фыркает Сергей. — Кто найдет, где у Лешеньки моторчик, получит нобелевку в вопросах энергетики.
— Девственница? — удивленно поднимает брови мужчина. — И почему таким поганцам достается все самое вкусное… Не бойся, трахать не буду.
Сложно описать чувство облегчения, смешанного с липким страхом. Я и не думала, что сердце способно выдерживать такие эмоциональные всплески. В один момент я до смерти напугана, во второй вспыхивает надежда. А потом…
— Но кончить придется.
Чистый идиотизм — трястись от страха и кайфовать от запаха.
Опять кое-кто возомнил, что цена за интим сомнительного качества, да еще и без эксклюзивных прав может стоить половину моего имущества...
Черт, неужели все эти «улучшенные» бабы реально думают, что нам приятно, когда обтянутая кожей искусственная хрень улиткой скользит по члену? Это ж, наверное, как драть в рот силиконовую куклу! Анатомия вроде как человеческая, а все равно заменитель.
— Всякое бывает. Но за любовь бороться надо!— С кем? — удивилась Аня. — Да и как бороться? Я не понимаю. Любовь или есть — или нет. Если есть — бороться незачем. Если нет — бороться не за что. Логично?
Мне хотелось рвать, бежать, кричать, бить, крушить…
Но я отчетливо понимала, чей это дом.
Даже сейчас отчетливо понимала.
Игрушка может сломаться. Но не смеет что-либо сломать. Не по правилам, верно?
– Мистер Кронберг хотел бы видеть вас у себя в офисе.
Теперь ледяной страх и вовсе сковал меня. Значит, ничто не кончено. Значит, старый маразматик не успокоился и все еще хочет меня наказать. Возможно, я сделала что-то не так, и ему не понравилось увиденное.
– Я могу отказаться? – услышала свой глухой голос, словно со стороны.
– Хорошая шутка, – усмехнулась женщина.
Чем больше вы делаете для кого-то, тем меньше он делает для себя.
— Вид счастливый и немного придурковатый. Мечтательная улыбка. Глаза сияют, — констатировала подруга, подойдя ко мне и внимательно рассматривая. — Диагноз на лицо. То есть на лице. Короче, все с тобой ясно.
Никто не может подготовить вас к той бесконечной любви и к тому страху, которые входят в вашу жизнь и ваше сердце, когда вы первый раз берете на руки своего ребенка.
Фон Вейганд берет меня за подбородок, заставляет посмотреть вверх.
— Семья не станет искать тебя в ближайшее время, звонка они не ждут, потому что уверены в твоем благополучии. Я обо всем позаботился. Если я захочу, тебя никогда не найдут. Понимаешь? Ты совершенно не ценишь хорошее отношение.
Мягкая улыбка совсем не сочетается с ядом, пропитавшим безразлично-ледяной голос.
— Все честно. Я предупреждал. Если разочаруешь меня, придется твоим родителям навсегда забыть, что у них есть дочь.