– Будешь орать, придушу, – как можно равнодушнее сообщил Вэйр, когда пленник с надеждой покосился на дверь. – Попробуешь призвать Огонь, пущу на дно. Вздумаешь брыкаться, успокою вот этим самым шипом – у игольника, как оказалось, на колючках есть чудный яд, мгновенно парализующий мышцы. Если это произойдёт, ты утонешь и без моей помощи. Всё понял?
– Да, – мрачно сплюнул Грэй. – Что тебе надо?
– А ты не понял?
– Хочу от тебя услышать.
– Зачем сообщать очевидное? – пожал плечами Вэйр, и вода вокруг Асграйва сжалась ещё чуть-чуть, заставив его болезненно скривиться. – Ты жив только потому, что у меня есть к тебе пара вопросов. Ответишь – возможно, я передумаю насчёт тебя. Если нет – не обессудь: я не люблю неоплаченных долгов.
По словам известного историка искусства Лионелло Вентури, "импрессионизм по-своему способствовал признанию достоинства обездоленных классов, выбирая самые простые мотивы, предпочитая розам и дворцам капусту и хижины..." -(Н. Смирнов. Послесловие).
Он известен несколькими примерами жестокости, которой трудно подобрать название, но хвастается тем, что ни разу в жизни не пролил ни капли крови. Возможно, вопреки видимости, у него чувствительное сердце.
Кажется, Низами говорил, что все идеи стары как мир, – лишь в терминах звучит волнующая новизна.
Животные первого советника любили, особенно кошки и лошади. Кошки — неизвестно за что. Эти хитрющие усатые создания ходят сами по себе, и что у них на уме понять еще никому не удалось. А вот лошади питали к сэру Алану привязанность из-за того, что он никогда не бил их сам, и не позволял бить окружающим
Для беседы есть время, и есть время для ссор.
Good records just get better with age.
Игнорирование – тот самый метод, который выводит из себя даже самое ангелоподобное создание. Не то что местную проститутку.
Рано или поздно реальность настигает каждого. Вопрос в том, выдержишь ли ты ее натиск?
Чтобы завоевать расположение женщины, нужно просто ее слушать...
Не бывает подлинного успеха без отказов. Чем больше отказов вам придется выслушать, тем сильнее вы станете, больше узнаете и быстрее приблизитесь к своим целям.
А если бы вы обладали врожденным осознанием внутренних процессов обработки информации? Очевидно, вы бы не состояли в непосредственной связи с реальностью как таковой, поскольку по-прежнему знали бы ее только посредством определенной репрезентации. Но вы бы тогда непрерывно представляли себя представляющим. Так же, как во сне, когда вы внезапно сознаете, что видите сон, мир переживался бы вами не как реальность, а как форма психического контента. Он стал бы одной большой мыслью в вашем разуме, в разуме идеального наблюдателя.
Таков удел мужчин - первыми встречать опасность, грудью вставать на защиту слабых. Иметь много, но много и отдавать в нужный час. Ведь именно готовность следовать этому предназначению и делает мужчину мужчиной, а вовсе не болтающаяся между ног штуковина.
Каждая из нас хранила свои секреты. И обе мы были очень одиноки.
Лучше бойцов из отряда специального назначения могла карать только Комиссия, и карали они не только тело, но и душу. Вот уж к черту такое, и во веки веков…
И вот находится маленький мальчик и решает, что, возможно, он сумеет все это переменить. Весь мировой порядок. Сделать его достойным для жизни любого. Возможно, он был слишком юн, восторжен и неопытен, чтобы понимать, что такое невозможно.
- Думаешь, она ненавидит тебя?
- Когда вдруг заканчивается по-настоящему крепкая дружба, такое часто случается.
- Вряд ли у мужчин бывают такие отношения. Конечно, если они не любовники.
Аладдин был огненно-гнедой масти. У него были длинная грива и белая полоса на морде, словно высеченной резцом скульптора, а также изогнутые полумесяцем уши, которые почти соприкасались кончиками, когда он их поднимал. Он был, безусловно, самым великолепным созданием, которое Джоан доводилось видеть, и когда Аннабель сказала, что он чистокровный арабский скакун, девушка поняла, что Аравия не должна обмануть ее ожиданий. Она представлялась местом, где можно скакать прямо на мерцающий вдали горизонт, а не плестись рысью кругами по мокрому двору, видя перед собой круп передней лошади. Местом, где кожи касается шелк, а не влажный колючий джемпер. Где нет ни грязи, ни дождя, ни давящего серого неба и сонных предместий. Местом чистым, теплым, красивым, полностью и всецело иным, не таким, как жизнь, которую она вела до сих пор
– Власть всегда используют для получения еще большей власти. Такова природа зверя.
В минуты счастья люди совершают великодушные поступки, а влюбленные и вовсе творят безумные вещи.
Октоберфест в Мюнхене - это как поездка в Лас-Вегас. Эту гадость можно себе сделать только раз в жизни...
– Не помешал? – спросил он. – Еще как, Барт, вечно ты некстати, – откликнулся я. – Извини, что так долго добирался, – пропустив мои слова мимо ушей, Блейк обратился к Кэт. – Жаль, что не дольше. – Я лениво потянулся. – А еще жаль, что ты не заблудился или… – Меня не съели дикие кабаны и я не погиб в ужасной автокатастрофе. Я понял, – перебил Блейк, проходя в гостиную. – Можешь идти, Дэймон. Тебя никто не держит.
Нет людей мрачнее и грустнее клоунов.
– Какие преимущества Т-34 вы могли бы выделить над танками противника?
– Маневренность. Наш танк всегда хорошо разворачивался, и проходимость у него была неплохая, а с пушкой 85-мм мы стали и в огневой мощи превосходить немецкие средние танки. Да и надежен был. Надежность танка очень важна в бою, не меньше чем броня или пушка. Верить в него надо.
– Кто был наиболее опасным противником для танка в наступлении?
– Фаустники. Когда они у немцев появились, нам стало трудно воевать в населенных пунктах. Но у них и противотанковые пушки были хорошие. А вот вражеские танки с нами предпочитали не связываться. Однажды в 1944 году мы взяли штаб какой-то немецкой танковой части и там нашли инструкции, в которых было сказано, что в открытый бой с Т-34 немецким средним танкам вступать нельзя
До чего кажется скверно — остаться холостяком, в старости, с трудом сохраняя достоинство, просить, чтобы тебя приняли, если тебе захотелось провести вечер с людьми, болеть и неделями смотреть из угла своей постели на пустую комнату, всегда прощаться перед парадным, никогда не взбираться по лестнице рядом с женой, иметь в своей комнате лишь боковые двери, которые ведут в чужие жилища, приносить домой свой ужин в одной руке, любоваться чужими детьми и не сметь непрестанно повторять: «У меня нет их», уподобляться по внешности и повадкам одному или двум холостякам из воспоминаний молодости.
Так оно и будет, только и в самом деле выступать в этой роли сегодня и потом будешь ты сам, с телом и головой, а значит, и со лбом, чтобы хлопать по нему ладонью.