Разумеется, я знала, что такое оральный секс. Да покажите мне хоть одну современную американскую девчонку, которая не знала бы о том, что думают о нас взрослые! Да-да, большинство родителей почему-то уверены, будто мы угощаем им парней с той же легкостью, с какой они пичкают своих сыночков жвачкой или леденцами. Вот что я вам скажу, уважаемые, все это чушь собачья, и меня просто бесит, когда я об этом слышу.
– А не слыхать, отчего зима бывает и отчего лето?
Старуха говорит:
– А не слыхивали, милые, врать не буду, не слыхивали. А тому, правда, многие дивятся: зачем бы зима, когда лето куда слаще. Видно, за грехи наши.
Русский борщ. Нет ничего проще и ничего сложнее борща. С одной стороны - еда как еда, ничего особенного, с другой - таинственное мистическое блюдо национальной кухни. Что такое борщ, понять сложно, если не жил в России, - почти невозможно, немыслимо.
Назвать борщ капустным супом может только иностранец, Россию не любящий и не понимающий. Назвать борщ супом из капусты - все равно, что обозвать паэлью рисовой кашей, а тортилью - картофельной запеканкой.
Всё-таки месть прекрасное блюдо! И насладиться им следует сполна.
«А тот, кто вырезал на стене эти барельефы, - подумал добросердечный Двацветок, - вероятно, слишком много пил. Годами»
И главное - не плачьте больше. Потому что, будь вы чисты, как ангел, или черны, как сам дьявол, наихудшее, что вы можете сделать, - это плакать перед кем бы то ни было.
Слухи, подобно кочующим племенам, не знают покоя, и нет на земле места, куда они не сумели бы добраться.
Люди раскрываются в экстремальных ситуациях, знали?
Вариантов, как всегда три: сражаться, бежать и ... ничего не делать.
Семья, воспитание детей – это одно из самых важных и благодарных направлений работы над собой. Очень может быть, что твой талант в способности любить – может быть, самом ценном из всех. Так что, если Вы не стали великим художником или министром, не убивайтесь. Они почти все несчастные.
Синдром закрытых дверей. Именно такой диагноз я щедро ставила практически каждому ныне живущему. Уставшие от несовершенства мира, мы превозносим себя до лика святых мучеников и запираемся в этом личном алтаре от окружающих. Каждый нововстреченный автоматически маркируется как "чужой", когда это так просто - сказать чужому человеку "будьте здоровы". Но несовершенство мира, тяжелые пакеты и мантра "это не мое дело" делают нас немыми.
Человек-чрезвычайно сильная,голосистая,предприимчивая и в высшей степени стадная обезьяна.
- Господин полковник, разрешите спросить?
- Знаю-с, что вы хотите спросить. Можете не спрашивать. Я сам вам отвечу - погано-с. Бывает хуже, но редко. Теперь понятно?
А вы никогда не думали, что причина вашей влюбленности в том, что так вы чувствуете себя в безопасности? Ведь если желаешь чего-то недосягаемого, чего, как вам кажется, вы никогда не сможете получить, нет риска обжечься, правда?
Ни в одной из поз ума нет счастья. Оно всегда где-то рядом. Но из-за того, что ум всё время меняет позу, нам начинает казаться, будто счастье бегает от нас. Нам мнится, что мы вот-вот его нагоним. А потом мы решаем, что в какой-то момент промахнулись, стали отставать и упустили свой шанс...
Да мы не пропадем. Людям пока ещё нравится книжный запах.
Culture and free will speed up or slow down our reactions to changing circumstances. They deflect and muddy any simple theory. But—as the story that filled Chapters 1–10 shows all too clearly—culture and free will never trump biology, sociology, and geography for long.
Каждый мой шаг к нему был словно ступенька в очередную сказку, где злодеи уже наказаны, а героев ожидает сплошное счастье.
Свадьбы становятся опаснее битв.
Деньги счастья не заменяют, зато помогают обходиться без него.
Всегда можно пробудить кого-то от сна, но никакой шум не разбудит того, кто лишь притворяется спящим.
Каждый из них интуитивно понимал, что основа семьи — компромисс и готовность прощать. Два человека дополняют и уравновешивают друг друга.
— Голову запрокиньте. — Евдокия со вздохом отправила несчастный зонтик, не выдержавший столкновения с конскою мордой, в урну. — Аленка, помоги ему. Ощущение, господин офицер, что вам ни разу нос не ломали.
— А вам, значит, ломали регулярно?
— Дважды…
— Бурная у вас… жизнь, панночка Евдокия.
Чудеса везде чудеса. А у нас все равно чудеснее.