Ельцин, даже по сравнению с Горбачёвым, отнюдь не был знатоком и поклонником искусства. Судя по всему, он рассматривал многотысячную армию литераторов, художников, музыкантов, объединенных в созданные ещё при Сталине творческие союзы, как орду дармоедов.
- Ты всегда делаешь то, чего от тебя меньше всего ожидают. Девчонки будут рвать на себе волосы.
– Просто я делаю то, что хочу. Им тоже стоит попробовать.
Мужчины и женщины лгут по-разному. Полезно ознакомиться со спецификой мужской и женской лжи. Это поможет изобличить обманщиков.
Если мужчина говорит на повышенных тонах, агрессивно, не смотрит на вас, прерывисто дышит, потирает ладонью бедро, теребит галстук, водит пальцами по лицу, вскакивает, выбегает из комнаты, то он лжет. Если женщина неестественно улыбается, говорит тонким голосом, хлопает глазками, разглаживает платье, поправляет прическу и перекладывает ногу за ногу, а грудь то и дело слегка поднимается, то она лжет.
Я ругалась сквозь зубы. Правда, не матом, а, как многие лекари, перечисляя болезни, названия которых порою способны переплюнуть любую площадную брань.
Когда ребенок болен, ради его спасения ты пойдешь но что угодно, и никакие законы тебя не остановят
– Мы не должны этого делать. – Я знаю. Именно поэтому будет здорово.
Люцифер – это не краснолицый уродец с клыками и копытами. Он может быть красив. Он умеет соблазнять. Он может выглядеть и говорить так, что ты продашь душу, лишь бы быть с ним рядом. Ведь он – падший ангел и когда-то был любимцем Господа.
Снимаю квартиру на троих с непризнанным актером и профессиональным наркоманом. Преуспевает только один из них. Догадываетесь кто? Времена тяжелые, но мы кое-как справляемся.
— Самое светлое сердце становится тёмным, когда его разбивают.
Памятникам тем не менее отводится важная социальная роль. Они метят национальную территорию, фиксируют общественные фобии и комплексы, заполняют исторические пустоты, но прежде всего символизируют величие государства, даже если формально прославляют силу человеческого духа.
Вода лечит все. Нет такой болезни, от которой нельзя было бы поправиться, если у тебя есть лодка, а рядом есть вода. И при этом неважно, сколько тебе лет.
Джеффри узнает о том, что его мать попыталась покончить жизнь самоубийством, из газеты. В статье говорится, что на этот поступок женщина пошла после того, как увидела сына в тюремной робе.
Это подкашивает Джеффри. Оказывается, даже находясь в тюрьме, он может убить. Даже здесь он умудрился все испортить. То хрупкое равновесие, которое он так долго пытался обрести, разбивается вдребезги.
— Один политик в моем мире сказал: «дайте мне шесть строчек, написанных рукой самого честного человека, и я найду в них что-нибудь, за что его можно повесить».
Большинство людей так спокойно увязывает законы природы со свободой воли лишь потому, что мы не понимаем всех причинно-следственных связей и никогда не представляли себе, как трактуется поведение человека в свете новых знаний.
Однажды, когда отметины на спине были еще свежи, Эли сказал себе, что у него растут крылья.
Шли годы, а мы по ночам сидели в темной комнатке и в лучах лунного света говорили о нашей жизни. Так мы спасались от мира.
– Враги со всех сторон. – По крайней мере, в моей жизни есть хоть какая-то стабильность.
И со временем ребенок окажется в мире, где небо — из ненависти, а горизонты — из страха. И сколь бы способен он ни был, с каким терпением и удачей ни проходил бы испытания, он останется существом внутри ящика, который в другом ящике, и так далее, и наружу ему не выбраться. Потому что таков его мир, и вам никогда не убедить этого парня в том, что это лишь его субъективное восприятие.
Фрейд утверждал, что в бессознательном могут мирно сосуществовать любые, даже диаметрально противоположные убеждения.... Мы можем противоречить сами себе сознательно.
Тишина. Мертвая тишина. Гробовая.
Хотя нет… Тот звук, что Кирилл услышал еще в кровати, никуда не исчез. Наоборот, здесь, на кухне, стал даже громче. Вот только доносился он не от раковины — ровно из противоположного угла. Прямоугольник обеденного стола, одним торцом примыкавшего к окну, слабо виднелся. Но рядом, в углу, в промежутке между столом, окном и печкой, затаилась непроглядная тьма. Именно оттуда доносилось не то побулькивание, не то журчание…
В этот момент Кирилл понял, какую странность он отметил краем сознания — за несколько мгновений до того, как часы начали свою свистопляску. Запах! Нет, не запах… «Запах» — достаточно нейтральное слово…
Зловоние — так будет вернее.
Не слишком сильное, не бьющее наповал, не заставляющее зажимать нос и искать пути к отступлению. Однако вполне отчетливая вонь — какую случается порой вдохнуть над растревоженным болотом.
....
Идиот! Слепец! Мог бы сразу разглядеть… И сообразить.
В темном углу, помнил Кирилл, стоял стул — самодельный, деревянный — с высокой резной спинкой. Напротив, с другой стороны стола, — точно такой же! И ЕГО СПИНКУ КИРИЛЛ ВИДЕЛ! А у того, что в углу — нет! При той же степени освещенности…
На стуле кто-то сидел.
Нет, там могло лежать что-то темное на сиденье, могло что-то темное висеть, прикрывая спинку…
Но Кирилл не обольщался. ОН ЗНАЛ.
Все просто и ясно, стоит чуть напрячь извилины…
На стуле сидит Викентий. Мертвый хозяин дома. Пришел и сидит на своем любимом месте. Где еще сидеть ЖИВОМУ старику, как не рядом с окном и печкой… Мертвый не изменил привычек.
Мертвецы не возвращаются? Ха-ха, еще как возвращаются, когда время начинает бежать вспять…
Викентий… Это его зловоние наполняет кухню. Это слышнО его дыхание — воздух протискивается сквозь гнилостную слизь в разложившиеся легкие, и выходит обратно…
Темное бесформенное пятно изменило очертания, стало выше, больше — всё без малейшего звука, лишь прежнее натужное клокотание: вдох-выдох, вдох-выдох…
«Встал, идет сюда, — понял Кирилл с каким-то тупым равнодушием. — Надо бежать. Надо заорать, разбудить Марину…»
И не сделал ничего. Не заорал — рот открывался и закрывался беззвучно, словно в немом кино. Не побежал — ноги как будто приклеились к холодным доскам пола.
Бесформенное черное нечто надвигалось. Вдохи-выдохи забулькали прямо в лицо. Зловоние стало невыносимым.
Кирилл рванулся, в последний раз пытаясь разорвать невидимые путы, и…
Любой человек, который вам незнаком, представляет собой вещь. Вступая во взаимодействие вроде нашего с вами, разговаривая, начинаешь понимать, что находится внутри нее.
Лицей Джонни Холлидея – а почему не лицей Микки-Мауса? Тоже ведь идол молодежи.
* Джонни Холлидей (1943–2017) – французский рок-певец.
Взаимная любовь между людьми есть основной закон жизни человечества.
Овцу с золотым руном не нужно резать - её нужно осторожно стричь.
-Так вот зачем оружие!-Именно!-Но если его получают все?-Ничего. Каждый будет знать, что рискует головой, и двадцать раз подумает, прежде чем затевать насилие.