Ты должна делать то, что намеревалась, даже тогда, когда у тебя проблемы. Ведь когда все в порядке, делать это может каждый.
... любой конец одновременно и начало. Мы просто сразу об этом не догадываемся.
Никакое, даже самое смелое перемещение в пространстве, волшебства не совершит.
Часто эмоции становятся опаснее, чем пуля девятого калибра, и могут причинить больше вреда, чем острое лезвие ножа.
В конце концов, для любви слова не нужны.
В бульоне обязательно попадется кость. Зато в мозговой косточке вкусный мозг.
Когда произведения искусства тяжелы для понимания, усилия публики, как правило, щедро вознаграждаются: мозг забывает трудности восприятия, но сохраняет образы. Разумеется, так бывает не всегда: книга может оказаться и сложной, и в то же время пустой.
Ибо не все писатели – Фолкнеры.
Только в доме, где человек приучается к одиночеству, бывает такая привязанность к вещам. Отношения с ними от ежедневных взглядов и прикосновений перерастает в любовь, которая превращается в боль, когда перестает быть тайной.
Тому, кто почуял цель, словно само все идет в руки, реальность даже обгоняет мечту.
«На некоторое время отец получил на хранение библиотеку директора ОГИЗА (государственного издательства) — небезызвестного в тогдашних литературных кругах Ильи Ионовича Ионова. В его библиотеке были эльзевиры, альдины, редчайшие издания XVIII века, собрания альманахов, дворянские альбомы, библия Пиксатора, роскошнейшие юбилейные издания Данте, издания Шекспира и Диккенса на тончайшей индийской бумаге, рукописное „Путешествие из Петербурга в Москву“ Радищева, книги из библиотеки Феофана Прокоповича, множество книг с автографами современных писателей (С. Есенина, А. Ремизова, А. Толстого)».
Судьба словно уже разглядела Лихачева: «А кто тут у нас будущий академик? Все лучшее — ему!»
Никакой афродизиак не действует на женщин сильнее, чем искренняя мужская влюбленность.
Рождество.Мой календарь полуопалый
пунцовой цифрою зацвёл;
на стекла пальмы и опалы
мороз колдующий навёл.Перистым вылился узором,
лучистой выгнулся дугой,
и мандаринами и бором
в гостиной пахнет голубой
Улыбаться у Харри желания не было, но он все равно улыбнулся. Демонов должно укрощать, а боль - унимать.
(Кошка) Этого пса я почувствовала сразу. И сразу удивилась тому, что он не испортил мне вечер...
Удивительный попался пес. Я чувствую его, и мне не противно. В нем нет агрессии, нет грубости, а есть… Даже не понимаю, что это… Нежность? Да быть этого не может! Он же собака, он не может быть нежным. Восхищение? Да чем он тут может восхищаться! Жратвы нет, а что еще, кроме еды, может восхищать дворового блохастого пса?
Я?
— Посмотри на этот сад! — с воодушевлением начал художник. — Ты видишь в нем роскошные плоды, но не можешь насладиться их вкусом. Ты видишь диковинные цветы, но не можешь сорвать их. А если захочешь сделать это, они только больно уколют руки. Здесь все чарует глаза, и ничто не доступно для обладания… Жизнь — это тот же Золотой Сад…
Господи, что творят люди с наукой! Хватаются за нее, готовы поверить в любые научные открытия, в любые новинки - таблетки от того, от другого. Похудеть - таблетки, отрастить новые волосы - таблетки и так без конца. Верят во что угодно, как сумасшедшие.
Как хорошо известно всякому человеку, когда-либо изучавшему историю открытий, награда достается вовсе не тому, чья нога первой ступит на девственную почву новой земли, но тому, кто первым вернется домой. С ногой или без оной. Наличие всех конечностей — это уже дополнительный приз.
– Ты… приняла… дар…
При этом вид у Грехобора был такой, словно героическая стряпуха приняла кубок с ядом или, по меньшей мере, закон о массовых расстрелах.
Здоров, бабуля! Водички испить не найдется, а то так есть хочется, что даже заночевать негде.
Охотники были как мертвые: взгляды колючие, лица застывшие. И каждый в своем деле. Молчаливые, хуже покойников. Даже зверь дикий на человека больше похож, чем эти двое.
Не ошибается только тот, кто вообще ничего не делает.
На кладбище чаще оплакивает собственные ошибки и елы, чем память тех, кто спит тут мертвым сном.
Дом Неруды...на воротах объявление, что дом опечатан полицией, вход и фотосъемка запрещены.Карабинер, патрулировавший вокруг, выразился еще яснее: "Здесь запрещено все".
А как моя мама? Мне в который раз стало паскудно за свое поведение. В последний наш ночной разговор она спасла мне жизнь и теперь, наверное, безумно волнуется за меня. Наверняка пытается в истерике дозвониться до меня, а я. Я всю ночь и утро пьянствовал, читал какие-то блокноты, искал контактные линзы, делал все что угодно, только не нашел минутки, чтобы найти почту и позвонить маме. У меня возникло жгучее желание бросить все сейчас же к черту и побежать вниз с горы, найти телефон и прокричать маме, как я ее люблю и как мне плохо без нее. Самый любимый, самый хороший человек на земле сейчас страдает из-за меня, а я здесь непонятно что делаю. Я ускорил шаг и выпрямился. Мне теперь плевать стало, кого я здесь собирался встретить, теперь я спешил к ближайшему телефону позвонить маме.
Время – это волшебник, создающий иллюзию, В которой движение складывается из миллиарда отдельных кадров. Без времени мы бы застыли в моменте.
В каком моменте? - В каждом.
Разойдясь по кланам, они утратили общий язык, из людей вообще превратились в агрономов и математиков, биологов и юристов. Когда мы знакомимся с кем-то, нас интересуют прежде всего его специальность, вклад в науку или заслуги перед производством, а потом уже человеческие качества.
Вы недоумеваете: разве можно обойтись без специализации? Конечно, нет. Но одно дело разумный профессионализм и другое — тотальный. Человек не должен становиться придатком своей профессии. Профессия должна быть придатком человека.