Если глава банка утверждает, что банк располагает достаточным количеством ликвидных средств, значит, у банка их нет.
Я по-прежнему приходил в изумление от ее манеры ориентироваться в жизни, опираясь лишь на самую чистую интуицию и без передышки руководствуясь чудом, но я тревожился все более и более, чувствуя, что, когда я уходил от нее, она снова попадала в водоворот этой жизни, который кружился вне ее и ожесточенно требовал среди прочих уступок, чтобы она питалась, спала.
«О, это были просто слова, а не поступки. И это тоже пройдет, как все проходит, и завтра будет все по-прежнему, каждый из нас снова окажется в своем собственном аду, и все же я буду более сильным, чем раньше, и более стойким. Потому что это жизнь, ведь так? Это жизнь, и пройдет много лет, таких же, как этот год, потому что так должно быть. Закрой двери, закрой двери, закрой двери! И нож, который привел меня сюда, был лишь острой гранью того, что ждет всех нас».
Выбери снова.
- Я принц крови, - начинал Альбин из своего угла, он всегда начинал так. Он утверждал, что его отец родом из королевской семьи, а сам он попал в приют по чистой случайности.
- Это случилось, когда я был маленьким красивым ребенком, - говорил Альбин. - Но, когда я вырасту большой, я разыщу своего отца, и тогда вы увидите, черт возьми! Кто был добр ко мне, получит от меня подарки.
- Спасибо, Ваше Величество, - говорил Стуре-Петер. - Расскажи, что мы получим.
Эта игра повторялась часто. Никто, кроме самого Альбина, не верил, что он принц крови, и никто, кроме того же Альбина, не верил, что он когда-нибудь сможет подарить им хотя бы пять ёре. Но все они тосковали по удивительному, непохожему на их будничную тусклую жизнь без сказок, без игрушек, без детских радостей. Поэтому они охотно слушали Альбина, который, лежа по вечерам в своей кровати, налево и направо раздаривал коньки и веселые игры, велосипеды и книги.
Это кувшинчик с надписью «Старое индийское лекарство от геморроя». Открываешь – а оттуда выскакивает резиновый палец
Но благие намерения не всегда ведут в рай.
Желание победить мотивирует так же сильно, как и страх проиграть.
В мире людей, чьи дни проходят в ожидании завтра, надежда – самое сильное оружие.
Нужно всегда помнить, кто ты, откуда пришёл, и хранить память о тех, кто жил до тебя, чтобы и тебя потом помнили.
Сэр Шурф, помнится, говорил, что если делать специальные дыхательные упражнения на протяжении сорока лет, можно обрести подлинную невозмутимость. И я ему верю: за сорок лет ежедневного насилия над собственным организмом действительно можно так задолбаться, что все остальные проблемы станут уже до лампочки.
— Какая прелесть! — сказала женщина. Не то чтобы она действительно считала незнакомых покойников такой уж прелестью, но надо же было как-то реагировать? — А о моей репутации он, конечно, не подумал…
Посетитель: Потеряла ли духовность свою важность в современном мире?
Махарадж: Ваши технологии развились, но ваши проблемы и страдания не изменились. В прошлом у вас были проблемы с воловьими повозками. Теперь — с вашими машинами и мотоциклами. Ваша зависть, ненависть, злость и печаль остались такими же. Вы будете смеяться над человеком, который, путешествуя на поезде или автобусе, держит свой чемодан на голове. Даже теперь вы продолжаете жить с воображаемыми проблемами и страхами. Кратковременные выгоды и счастье требуют огромных усилий, которые вы прикладываете, не сомневаясь. Но настоящее облегчение, продолжительный покой, счастье и естественная спонтанность вам неведомы. Редко кто становится исключением из этого. Обращение к духовному требует мудрости, чтобы понять ограниченность вашей обычной жизни. Такая мудрость есть лишь у немногих, и они — соль земли. Остальные живут для того, чтобы бороться и умереть.
Настоящее безразличие - это тяжелый труд.
Самое длинное путешествие начинается со слов: «Я знаю короткую дорогу»
Оно и понятно, дворянину физика и математика не столь критичны, а гравитацию изучать вообще ни к чему, данные о том, падение с какого этажа смертельно, люди и так вывели статистически, без формул.
Суть Смерти в том, чтобы отбирать, но суть Жизни в том, чтобы дарить
Главный вывод, вытекающий из всех на свете историй, двояк: непрерывность жизни и неизбежность смерти.
лечит не время, а обстоятельства. Да, это так и есть.
Мне просто стало не до этих всех переживаний. Я выгребла достаточно быстро.
Признаю, это мое личное мнение, что не мешает ему быть единственно верным.
Как же трудно называть вещи своими именами, думал Саттон.
Но он знал, что воображаемые вещи часто становятся единственной реальностью в человеческой жизни.
Ничто не сияет вечно в этом мире.
Хуже несчастного детства - ирландское несчастное детство, но куда хуже - несчастное детство ирландца-католика.
Любовь пьянит сильнее самых крепких вин.