Дженни смело можно отнести к такому типу женщин, для которых иметь меньше сорока пар туфель означает прозябать в нищете.
В нем нет ненависти. В нем много любви, и она отравлена обидой и предательством.
...в отношении кафе у меня один критерий: если не вырвало, значит еда нормальная.
Тот из психологов или телепатов, кто научит мужчин понимать, чем недовольна молчащая женщина, вознесётся на небывалые вершины славы.
любить можно лишь раз! Сердце же может часто волноваться при встрече с каким-нибудь другим существом, потому что люди по отношению друг к другу испытывают притяжение или отталкивание. От всех этих влияний рождается дружба, страсть, жажда обладания, живые и мимолетные вспышки, но отнюдь не настоящая любовь. Настоящая же любовь требует, чтобы два существа были рождены друг для друга, настолько объединены общностью взглядов и вкусов, таким телесным и духовным сродством, таким сходством характеров, такою многообразною взаимною связью, что уже были бы неотделимы один от другого.
И в зелёных глазах печали,
и в цветах, что всегда молчали,
отражаясь и умирая,
не иссякнет вода живая,
не иссякнет песня и память,
станет месть веками и снами,
извиваясь в узорах листьев,
убивая клинком и мыслью,
засыпая и просыпаясь,
не остынет и не истает...Тихим плачем цветов сожжённых,
колокольчиком прокажённых
и нестройным воплем набата
в этот город пришла расплата.Злобой злость, криком вопль, хохот - смехом
отзовётся тающим эхом,
с комариным сравняется писком...
Только зелень лунного диска,
только гной из глубокой раны,
нанесённой клинком багряным.
Конский цокот в ночи тоскливой,
лунный глаз над сломанной ивой,
и Волна в тростниках прибрежных
отзовётся голосом прежних.
Скоро пламя станет рассветом,
зелень - кровью, трясины - пеплом,
пусть горит Агарис,
серый город да станет склепом...Чёрным змеям и белым птицам
в день последний выпало слиться
в полный боли клубок тревоги
на последнем крутом пороге.
На исходе грядущей ночи,
где секунды столетья точат,
где в глухих глубинах колодцев
неживущее шевельнётся...Я - змея, я волна, я дева,
стон любви и гримаса гнева.
Я жива, я мертва, я вечна,
я стрела, что летит навстречу,
я клинок, что вонзится в горло,
я смотрю, я пою, я помню...
Я ждала этот день, этот день возвращённых Молний...Только ненависть может ждать долго,
только ненависть станет песней.
Синей песней, рождённой болью,
сердцем моря, горечью соли,
только ненависть станет песней,
ожиданием тоже станет
на рассвете из сна и стали,
на заре в предчувствии молний,
только ненависть может помнить...
– Способность к маскировке… – Визуальное исчезновение или отвод глаз. – Магистр Эристар будет счастлив...
Когда продрогнешь, самое милое дело пристроиться близ горящего очага, греть руки над языками пламени,а заскорузлые босые ноги подвинуть к углям, и холод помаленьку уходит из костей, так ледок тает на солнце. По правде сказать, лучше этого только одно, женщина в постели, а если это женщина которую любишь, достаточно, чтобы она вышла тебе навстречу, и вот видим мы на дороге Блимунду, она вышла разделить с Балтазаром дождь и холод, захватила с собой одну из своих юбок, набрасывает ее на голову мужчины, Балтазар чувствует родной запах, от которого слезы наворачиваются. Ты устал, спросила она, и этого достаточно, чтобы жизнь показалось сносной, когда две головы прикрыты одним куском ткани, что там рай небесный, жил бы так сам Бог средь своих ангелов.
Мир стал бы стократ совершенней, если бы каждый довольствовался лишь тем, что произносит сам, не ожидая ответа от другого и, более того, ответа не прося и не желая.
Более того, выводы из наблюдений и изменений должны подчиняться определенным правилам логики и законам здравого смысла. Тем не менее наука стоит на том, что в любой момент допускает возникновение новых, более убедительных доводов, выявление скрытых ошибок и ложных допущений, обнажение неожиданных дефектов. И то, что еще вчера было "твердым" выводом, вдруг переворачивается и превращается в еще более глубокое и более точное умозаключение. Но почему-то не для всех очевидно то что все без исключения религиозные ответы лежат в области домыслов, поскольку никаких доказательств их точек зрения на мироздание не существует. Более того, они противоречат наблюдениям и научным фактам.
Важно не то, кем тебя считают, а кем ты сам себя чувствуешь.
То, что мы называем природой, является на самом деле сложнейшей системой, очень тонким механизмом. И вот об этом мы часто забываем. Сначала мы создаем упрощенную картину природы, а затем, убедившись в ее бесполезности, начинаем ее перекраивать и латать.
Хильда обожала это состояние почти влюбленности, когда она чувствовала, как ее тянет к человеку, и уже видела в его глазах ответное желание, но главных действий и слов еще не случилось.
Мне кажется, происходит страшная ошибка у нас в церкви, подмена. И ужасно, что никакого сопротивления этому безумному народу, который не ведает, что творит, со стороны духовенства тоже не оказывается. Батюшки, уж скажу тебе, да ты и сама это видишь, батюшки надуваются, их распирает – как же, я пастырь! Я спасаю души людей. Я – представитель Церкви, и значит, право имею говорить от ее имени. Сами батюшки в это искренне верят.
Великий Дитрих Фишер-Дискау говорил, что ко всем музыкантам приходят две смерти. И самая страшная не та, что появляется последней и уводит навсегда. Нет. Страшнее первая смерть. Ужасно, когда тебе говорят, что голоса больше нет, слух притупился, пальцы утратили гибкость, не будет музыки, концертов, вдохновения, боги отвернулись, ничего не осталось, кроме тела, источенного болезнью
мудрость многих всегда превосходит мудрость одного человека, каким бы умным он ни был.
Прекраснее женщины, которая поправляет прическу, только женщина, в которую ты влюблен.
Демократия — очень плохая система, единственное ее оправдание состоит в том, что она гораздо лучше любой другой системы. Хуже всего то, что демократически избранные правители являются зеркальным изображением своего электората, уровень получается предельно низкий, но куда же от этого денешься?
- Одного я не понимаю... - начал Ноу Йоу.
- Хорошо тебе. Я миллион вещей не понимаю, - вздохнул Джонни.
- О чем ты?
- Телепередачи. Алгебра. Почему сосиски без оболочки не разваливаются в кастрюле. Китайский, - перечислил Джонни. - Ничего этого я не понимаю.
Не надо бояться: если есть любовь, то нет страха.
Власть никого не делает счастливым. Она приносит одни несчастья.
Выбор между долгом совести и целостью шкуры — бремя тех, чья душа не знает запаха гнили.
— Удивительно, как вы не растолстели при таком зверском аппетите.
— Я сжигаю за день миллионы калорий.
— За какими, интересно, занятиями?
— Безделье — тяжелый труд.
Прощай, детство, здравствуй, здравствуй новая жизнь! А что в ней хорошего? Да ничего, кроме водки в холодильнике, да и та когда-нибудь закончится
- Виктор Сергеевич, вы умеете первую медицинскую помощь оказывать?
- Последнюю умею. Медными пятаками глаза закрывать.