Я буду говорить без предустановленного порядка и в соответствии с капризом часа, оставляя свободно плавать на поверхности все, что всплывает.
Они решают, кем ты должен быть, а затем втискивают и втискивают тебя в это клише, пока не становится по-настоящему больно. А это очень больно.
«Разница как между оригиналом картины и очень похожей подделкой, сказал мне один из друзей, чьим мнением я дорожу. Я ответил так — если это и подделка, то она висит на стене в том же самом месте и выглядит так же. То есть оказывает на органы чувств то же в точности действие. Признать это мешает лишь эго, желающее непременно „обладать оригиналом“. Хочешь быть счастлив, тщеславный человек, — усмири гордыню…».
" — Так «кто» или «что»? — задал он сакраментальный вопрос. — Разумное мыслящее существо или сложная интеллектуальная машина?
...
— Все-таки они — машины, — Хиллари погрустнел. — Они созданы людьми, они вторичны, они восполняют те инстинкты, которые человек не может отработать сам: забота, служение, покорность, комфорт, терпение и общение. Агрессия разъединяет и озлобляет людей, и они придумали, как противовес, киборгов. Но киборги — не куклы. Они не могут существовать без нас. Без нас их жизнь теряет смысл. Без объекта не бывает отражения. Как бы они ни воображали себя свободными — они служат людям. «Семья» Чары помогала наркоманам, Дети Сумерек — плохо, но как могли поддерживали порядок в Антармери, Фанк работал в театре… А наши серые — в проекте. Они воплощают то, чего нам не хватает, — постоянное стремление заботиться о ближнем. И они же — часть индустрии. Человек может выжить в одиночку, киборг — нет. Запчасти, батареи, питание — все создает и обеспечивает человек. Киборг — как инвалид или ребенок; без нашего участия он превращается в хромое чучело, потом — в скелет, облепленный засохшими контракторами. У них нет функции размножения — мы, люди, создаем их, словно своих желанных, но неродившихся детей. И если мы их создали — то не на потеху, а как опору в жизни. Глупо и подло уничтожать друзей, хоть бы они и были квазиорганическими. Люди привязываются к цветам, животным, вещам; что же говорить о киборгах?.."
Верхами-то Себастьян умел, как без этого, но вот изрядно недолюбливал. И коняшка, любезно Тайною канцелярией предоставленная, преподозрительной казалась. Харя хитрая. Глазом лиловым косит, к наезднику примеряясь, и видится, запоминает каждый жест его.
доносить станет.
…у Тайной канцелярии и кони свое отрабатывают.
Похоже, осознаём мы это или нет, но память таит острый кинжал у себя на груди.
Он остановился на крыльце и стал ждать Оскара. Его котенок нежился на солнышке. Да, вот это уж точно волшебный день. У него есть озеро, котенок, отец и мать. У него есть дом. Вот этот маленький серый домик и есть его родной дом. Бревна старые, истертые до блеска, шелковистые. Какой красивый, какой хороший этот дом! Маленькой, худой, грязной рукой Расмус гладил бревна родного дома.
легче всего осуществимы именно те мечты, в которых не сомневаются.
«Я стал приветлив со всеми, словно человек, предчувствующий свою смерть»
Но никогда не следует строчить как из пулемета. Это как чересчур перегреться или слишком много выпить. Пить-есть надо, но лишнее - это лишнее.
"В любви нужно быть нерасчетливым и беззащитным, иначе нечестно."
Невозможно научиться исцелять, если не знаешь, как правильно убивать. Невозможно научиться ценить жизнь, если сам ее не отнимал и у тебя ее тоже не пытались забрать.
перемены необходимы для жизни каждого из нас. Более того, в них заключена самая суть жизни. При их отсутствии слабеет поток жизненной энергии, что приводит либо к апатии застоя, либо к ледяному оцепенению кристаллизации. Невзгоды вынуждают нас изменяться, тем самым встряхивая, расшевеливая нас и избавляя от старых привычек, разминая нас и требуя, чтобы не используемые нами внутренние силы пробудились и развивались. Они наделяют нас жизненными силами.
"... Если мужчины ревнуют, значит, считают, что есть лучше них. А если уверены, что лучше их не найдешь, то не ревнуют. И уверенные в себе женщины тоже никогда не ревнуют. Хотя изменяют. Но если женщина имеет все, что положено получить от мужчины, она что – дура, чтобы изменять? И если мужчина проницательный, то он вычислит измены моментально. Если не ревнует, то рассуждает так: не приедет, значит, дела у нее есть. У любви ревности не бывает..."
Если шизофрения, безумие, психоз – это неспособность безмятежно пребывать среди вещей, а мысль это то же самое, что отсутствие вещи, то не следует ли из этого, что безумие, шизофрения, психоз – это и есть то самое место, где рождается мысль?
Мы были бедны, полны надежд, счастливы.
Чтение - это одиночество... Ведь даже если нас двое, мы читаем в одиночку.
Концентрация — великая вещь
Любовь человека к животному, в отличие от любви к человеку, неизменна.
Ведь все они – люди. Сражаются друг с другом, побеждают, проигрывают, ненавидят друг друга…
Хочется верить в величие Америки, но кто-нибудь обязательно напомнит, что немцы и япошки производят ровно столько же металла, что и Штаты, а обе страны размером с Пенсильванию. Не то чтобы он знал наверняка, но похоже на правду.
«Лучше иметь собственное мнение, чем чужое мнение будет иметь тебя»
"...Законы - это херня. Есть один закон - закон сильного. У тебя пушка? Ты - закон. Ты можешь убить? Значит, ты - закон. "Не убий" придумали, чтобы было время прицелиться".
Жаль, что к жизни не прилагается гарантия, как к туфлям «Джимми Чу».
Магия есть, но и человек способен на многое, если захочет.