Короче говоря: ваша жизнь от рождения до смерти сродни шагам безнадежно пьяного канатоходца, чей номер до сего момента был настолько плох, что его забрасывают тухлыми яицами и пустыми бутылками.
Я видела тебя свободолюбивым, как открытое море. К которому меня влекло.
Вика покосилась на себя в зеркало и решила, что ей нужно заняться своей внешностью!
– Схожу на уколы красоты, поменяю гардероб и надо искать кого-то другого – этот просто… просто полyдyрoк какой-то...
Идея была, конечно, интересной, но, увы, увы, у тех мужчин, которые были признаны достойными финансово и нравились Вике, почему-то были мозги, здравый смысл и недопустимо высокий уровень чувства самосохранения…
– Только сейчас заметила, что мы уже несколько минут разговариваем на вилемейском, а я не задумывалась, какое слово выбрать.
– Когда расслабляешься, мозг сам подбрасывает нужные слова.
Ребята почему-то представляли себе писателей в виде старцев, с бородами, как у Льва Толстого. А я, признаться, совсем недавно, до приезда в Москву, думал, что писатели - это люди, давно умершие и оставившие нам мудрые книги. Первого живого писателя я увидел на экзамене в институте, и он оказался тоже с бородой. Это был Валерий Брюсов. Строгий, замкнутый, не улыбающийся, не похожий на обыкновенных людей, он показался мне настоящим классиком, случайно живущим среди нас.
Узнать тебе пора,
Что при подъеме кажется сначала
Всегда крутою всякая гора. Но выше мы взбираемся, и мало -
Помалу путь удобнее идет,
И та тропа что силы отнимала, Вдруг легкой станет.
Я никогда не хныкал сам и не обращал внимания, если хныкал другой. Но она смотрела на все это иначе, и, я думаю, она права. Она уверена в том, что несправедливо, если один имеет больше, чем ему нужно, а десять тысяч разорены и оставлены без средств к существованию. Вот как она смотрела на вещи и, мне кажется, видела кое-что поважнее долларов.
... чем больше ты играешь с детьми, тем сильнее тебя любят родители. Когда они видят человека, который обожает их малышей и искренне ими восторгается, то он сразу же становится самым желанным гостем
Девица я честная, поэтому и дорогая
...в разговоре с Кейси Гербер заметил, что хотя СССР — ядерная сверхдержава, с экономикой там швах. “Это страна, которая даже тостеры не может выпускать, — сказал он. — И хотя ракеты они могут делать, они не в состоянии накормить свое население”.
– Помни, Танюша, одно правило!
– Какое? – поинтересовалась я.
– Аппетит приходит во время еды, а зверский аппетит стрелой прилетает во время диеты!
— Люди? — удивился Гилфа. — На каком языке они говорят?— На английском, — ответила Тола. — Наши.— Я — северянин, он — норманн, а ты — англичанка. В каждом, кого встретим, мы найдем и друга, и врага.
Что ж за мерзость — квартира эта коммунальная, что она в человеке воспитывает? Или, может, мерзость эта всегда в человеке есть, да просто не всегда наружу вылазит?
Некоторые говорят, притяжение людей друг к другу — это химия. Другие, что биология. Некоторые вообще утверждают, что любовь можно вычислить по математической формуле. А для меня это геометрический танец. Перемещение в пространстве и времени. Тела, жесты, выражение лиц, игра бровей и губ.
Да, самое страшное на войне — это не снаряды, не бомбы, ко всему этому можно привыкнуть; самое страшное — это бездеятельность, неопределенность, отсутствие непосредственной цели. Куда страшнее сидеть в щели в открытом поле под бомбежкой, чем идти в атаку. А в щели ведь шансов на смерть куда меньше, чем в атаке. Но в атаке — цель, задача, а в щели только бомбы считаешь, попадет или не попадет.
Если человек убегает от чего-то, что ему не по сердцу, то где бы он ни был, ему будет также скверно. Сейчас ты знаешь и чувствуешь лишь то, чего не принимает твоё нутро, - и это всё. Другое дело, если бы ты знал: чего ты хочешь? Что ищешь? К чему бежишь? Но ведь ты этого не знаешь...
– «И придут тяжёлые времена, и вернётся Железная война, но сначала вы увидите девушку на драконе. Она станет посланницей Настоящей Матери и передаст вам Её волю. Придут большие машины, придут белые звери, появится девушка на драконе. И каждый будет решать сам, кому он останется верен. Тогда новая беда обрушится на планету Эльси, и, чтобы сохранить Настоящую Мать, вы потеряете связь с источником».
…не все то дерево, что береза, но все то дуб, что клиент.
Эмигрантам и невдомек, что нацистов почти не посылали на фронт и перебили там главным образом совсем других людей, убили, например, Губерта Книпса, который жил рядом с Винекенами, и Гюнтера Кремера, сына пекаря, и, хоть они и были вожаками гитлерюгенда, их послали на фронт потому, что они не проявляли ''политической бдительности'', не желали шпионить и доносить.
В основном люди не склонны ставить под сомнение то, что является для них истиной.
Лучше освободиться, пока мы еще помним, как летать.
...По мнению моей мамы, дьявол прекрасно знает, как нас убедить в том, что мы поступаем правильно, когда на самом деле мы выполняем его, дьявола, работу.
— Похоже, твоя мама — женщина заботливая.
— Конечно, — ответил я, чувствуя, что между нами устанавливается контакт. — Когда я подрастал, она даже гладила мне носки.— После этого откровения Лорри бросила на меня скептически-тревожный взгляд. Подумав, что она может принять меня за чудаковатого парня или, того хуже, за маменькиного сынка, я торопливо добавил: — С семнадцати лет я все глажу сам. И никогда не гладил носки. Выражение лица Лорри не изменилось. — Я не хочу сказать, что моя мать до сих пор гладит мне носки, — поспешил я заверить ее. — Больше никто не гладит мне носки. Только идиоты гладят носки. Лорри нахмурилась. — Но я не хочу сказать, что моя мать — идиотка, — уточнил я. — Она — чудесная женщина. Она не идиотка, только очень заботливая. Я хочу сказать, что идиоты — другие люди, которые гладят свои носки.
И тут же я понял, что своими умозаключениями загнал себя в угол. — Если кто-то из вас гладит носки, я не хотел сказать, что вы — идиоты. Я уверен, вы просто очень заботливые, как моя мать.
Теперь и на лице маньяка появилось то же выражение, что и на лице Лорри, и они оба смотрели на меня так, будто я только что спустился по трапу из летающей тарелки.
Будьте благородным человеком, твердым в несчастиях; помните, что бедность не порок.
Проблема была в том, что мир оказался куда больше, чем она себе представляла.
Все в этом мире требует хотя бы грамма стараний.