- Сейчас воровать - все равно что перегнуться через плетень подышать соседским воздухом.
- Мы - официальная группа правительства Большого Киева. В вашем доме мы заночевали, поскольку нигде не увидели запрещающих знаков или формул. Сейчас мы собираемся покинуть дом; смею заверить, что никакого ущерба не нанесено. Прошу убрать оружие и позволить нам покинуть дом.
Сколько бы людям ни грозили смерть и страдания, скольких бы Марена ни уводила в свои темные подземелья, светлая богиня Лада снова соединяет руки парней и девушек, чтобы рождались новые люди на смену умершим, осваивались пустыри, строились корабли, прокладывались дороги к далеким новым землям.
Женщины чаще говорят глупости, а мужчины чаще их совершают.
«Не мы изобрели нашу природу, и не мы наделяем себя характером: он дается нам вместе с легкими, поджелудочной железой и всем прочим. Зачем же бороться с самим собой?» (Ганнибал Лектер, др. мед.)
Слово – это дым
Каждый человек для кого-то главный герой
- Если вы сумеете найти чернокожую из деревни, которая еще не испорчена этим Бюро вольных людей, вы получите преотличную служанку.Just stand at your
— Значит, ларо Риэнхарн, вы хотите убить мою дочь? — безо всякого надрыва спросила она деловым тоном, каким, наверное, поинтересовалась бы, какое сегодня число.
— Ну… Вообще-то да, — признался нелюдь.
Принцесса стоит на балконе в старом стеганом лиловом халате и пушистых тапочках. Бесформенный халат сильно ее полнит, а с лицом, намазанным кремом, и с волосами, накрученными на устрашающих размеров бигуди, принцесса и вовсе похожа на какую-нибудь прачку или торговку рыбой. Но ее это мало заботит. Она перегнулась через перила и кормит печеньем маленькую собачку где-то внизу.
Принцесса не видит собачку, но она надеется, что сабачка там есть. Собачка тоже не видит принцессу, но надеется, что теперь с неба всегда будет падать печенье.
Истинное счастье - лишь сон, от которого мы пробуждаемся ежечасно для горестей нашей короткой и многотрудной жизни.
Клевест, как и все недалекие люди, думал, что быть высокопоставленным лицом— это только повелевать, пользоваться почтением и жить в роскоши. Теперь он начал понимать, что большая власть— это огромная забота, требующая ума и ответственности.
Как же мы отыщем солнце, если побоимся перейти через болото?
...если даже меня и поймают, то я тебе скажу по секрету, лучше сидеть в тюрьме Ротшильдом, чем гулять на воле Шнеерсоном!
Я икнула и решила про себя: на демонов не орать, не смотреть, общаться исключительно с адептами и на лицо натянуть маску тролля.
Такая вот мелочь, абсолютно не важная деталь, но она может превратить сильного мужчину, человека действия, в суетливого, хнычущего невротика.
У сильного всегда слабейший виноват.
Головокружительно, сладко, все совокупные лодыжки всех ваших неистовых красоток не могли бы сравниться с единственным атомом тела Мэгги в изгибе под рукой, все глаза их, брильянты и пороки ни в какое сравнение не пошли бы с острием Звезднопыльного Личного Я Мэгги.
Чутье. Чистое интуитивное женское всезнание, данное от матери-природы. Потому, что девочки слабее. Им как-то нужно выживать среди сильных мужчин.
“И вот мы отправились на поиски верблюдов — животных, интеллект которых, как говорят, сопоставим с интеллектом девятилетнего ребенка. А значит, как и в случае охоты на лис в Британии, дичь умнее охотников.”
— А я принцессу утащила, — словно между прочим обронила я.
— Симпатичную? — ревниво спросила русалка.
— Сама не пострадала? — Домовой прервал процесс сортировки
огурцов.
— Кор-рмить ее пр-ридется, — со знанием дела заметил Захарий.
— А я думала, что хоть кто-то спросит, зачем я это сделала, и заодно
подскажет варианты ответов.
— Украла — значит, для дела, — уверенно произнес Иов.
— Логично. Осталось придумать для какого.
Маленького Мука очень огорчало, что придворные ему так завидуют. Он долго старался что-нибудь придумать, чтобы они его полюбили. И наконец он вспомнил про свою тросточку, о которой совсем было позабыл.
«Если мне удастся найти клад, — раздумывал он, — эти гордые господа, наверно, перестанут меня ненавидеть. Говорят, что старый король, отец теперешнего, зарыл в своём саду большие богатства, когда к его городу подступили враги. Он, кажется, так и умер, никому не сказав, где закопаны его сокровища».
Люди, сидящие на троне, обычно не видят, что написано внизу.
В Управлении пепельница на его столе всегда была переполнена окурками, а любой прием пищи оканчивался щелчком зажигалки. Но затем вышел закон о курении, потом и адепты здорового образа жизни внесли свой вклад, и внезапно курильщики превратились в мерзких недочеловеков, которых можно было выгонять под дождь, как непослушных собак. Там они должны были стоять под козырьком, подняв воротник до самых ушей, и затягиваться, как какие-нибудь наркоманы, прежде чем им позволяли вернуться в тепло.
Толпа, как известно, легко бросается из одной крайности в другую.