Цитаты

Человек летающий похож на насекомое или на птицу. Это нарушает все божеские и человеческие законы, и для нас это,наконец,просто неприлично!Летающий лорд - это уж что-то немыслимое!Шокинг!!!Это отвратительно!Этому нет названия...

Ариэль

Александр Беляев

Александр Беляев (1884–1942) — один из основоположников жанра научной фантастики в нашей стране. Прикованный к постели, писатель жил в изумительном мире, созданном его воображением. Силой своей фантазии он рисовал будущее, предвосхищая возможность дальнейших открытий и новых достижений. В романе «Ариэль» главный герой приобретает способность летать. Этот чудесный дар едва не делает его орудием шайки преступников.

…Если была бы в мире сила, которая вернула бы всех, связанных с золотом Территории, погибших в маршрутах, сгинувших в «сучьих кутках», затерявшихся на материке, ушедших в благополучный стандарт «жизни как все»,— все они повторили бы эти годы. Не во имя денег, так как они знали, что такое деньги во время работы на Территории, даже не во имя долга, так как настоящий долг сидит в сущности человека, а не в словесных формулировках, не ради славы, а ради того непознанного, во имя чего зачинается и проходит индивидуальная жизнь человека. Может быть, суть в том, чтобы при встрече не демонстрировать сильное оживление, не утверждать, что «надо бы как-нибудь созвониться и…» Чтобы можно было просто сказать «помнишь?» и углубиться в сладкую тяжесть воспоминаний, где смешаны реки, холмы, пот, холод, кровь, усталость, мечты и святое чувство нужной работы. Чтобы в минуту сомнения тебя поддерживали прошедшие годы, когда ты не дешевил, не тек бездумной водичкой по подготовленным желобам, а знал грубость и красоту реального мира, жил как положено жить мужчине и человеку. Если ты научился искать человека не в гладком приспособленце, а в тех, кто пробует жизнь на своей неказистой шкуре, если ты устоял против гипноза приобретательства и безопасных уютных истин, если ты с усмешкой знаешь, что мир многолик и стопроцентная добродетель пока достигнута только в легендах, если ты веруешь в грубую ярость твоей работы — тебе всегда будет слышен из дальнего времени крик работяги по кличке Кефир: «А ведь могем, ребята! Ей-богу, могем!»День сегодняшний есть следствие дня вчерашнего, и причина грядущего дня создается сегодня. Так почему же вас не было на тех тракторных санях и не ваше лицо обжигал морозный февральский ветер, читатель? Где были, чем занимались вы все эти годы? Довольны ли вы собой?..

Территория

Олег Куваев

В основе романа лежит долгая и сложная, подчас трагическая и удивительная история поисков чукотского золота. Но роман этот не о золоте — острые нравственные конфликты раскрывают перед читателем целую галерею характеров и судеб людей, которые выдерживают суровый экзамен на звание первопроходца.

Иногда я делаю ужасные вещи из-за того, что совершенно уверена в своей правоте. Мы все такие. Во всех нас небольшой кусочек варелез. И маленький кусочек раман.

Дети Разума

Орсон Скотт Кард

Орсон Скотт Кард — одно из ярчайших имен в современной фантастике, писатель, чьи произведения удостоены премий «Хьюго», «Небьюла» и многих других. И наибольшую славу принесла ему сага об Эндрю Виггине — сага, в которой «военно-космическая» эпичность соединилась с откровенной, мощной эмоциональностью. Вы читали «Игру Эндера», «Голос Тех, Кого Нет» и «Ксеноцид»? Тогда читайте «Дети разума»! Потому что Флот Ста Миров вот-вот уничтожит планету Лузитания. Потому что Совет пытается погубить Джейн,...

Наконец один из них набрался храбрости и спикировал на нашу последнюю машину. Естественно, бой был принят, хотя мы находились в неблагоприятном положении. Если хочешь сделать дело, нужно приспосабливаться к желаниям своего клиента. Поэтому мы все развернулись в обратном направлении.

Красный истребитель

Манфред фон Рихтхофен

Аннотация издательства: Манфред фон Рихтхофен – один из самых знаменитых немецких пилотов Первой мировой войны. Подобно известным воздушным асам того времени Максу Иммельману и Освальду Бельке, он сбил множество британских и французских самолетов. Погиб Рихтхофен на Западном фронте в битве на Сомме, за несколько дней до своего 26-летия. Молодой летчик, успевший за отпущенную ему четверть века три года провести на полях кровопролитных сражений сначала в качестве кавалериста, а затем пилота и...

... столько-то миллионов жизней, столько-то триллионов долларов — как будто апокалипсис станет безобидным, если его досконально подсчитать.

Вот это, между прочим, и есть настоящая семейная жизнь: немного романтики, немного дебатов, чуть-чуть эксплуатации любимого человека, щепотка манипуляций во благо, капелька «сделай, пожалуйста, сам, ты же у меня самый сильный» – и всё это под соусом искренней заботы и безусловной любви.

Вампиры Дома Маронар

Александра Плен

Хотела догнать потенциального мужа, а в итоге так разогналась, что улетела со скалы в межмировой портал! Теперь я в стильном рабском ошейнике пашу в полях как Папа Карло, и бонусом – сдаю кровушку таинственным хозяевам-вампирам. Но не переживайте: у меня железобетонный план, написанный ещё в юном возрасте под диктовку бабули. Олигарх… то есть принц – в мужья, вилла на лазурном побережье… то есть замок – в активы, двое… ну да, детей – в срок до тридцати. И я выполню это ТЗ. В моём мире или в...

- И лошади? - спросили мужики - Неужто и лошади, родимый попадают

Рассказы

Михаил Зощенко

Путь от «взрослой» к литературе для ребёнка проходили многие писатели. Взрослый писатель Михаил Зощенко (1894–1958) тоже занял своё особое место в детской литературе. В 1937–1945 годах он писал для детей. Неповторимый юмор и назидательность, соединившиеся в его рассказах, полюбили дети. Рассказы М. Зощенко с удовольствием читают и сегодня. Вероятно, у писателя получилось проникнуть в детское мироощущение и поговорить с маленьким читателем на интересном языке. В этой книге его рассказы из трёх...

Путешествовать - это не столько видеть, сколько переживать.

"- И тебе не любопытно? Разве тебе не хочется знать, как устроен мир?
- Любопытно и хочется. Но лучше я буду терпелива и узнаю все в положенное время, чем стану искать знание ценой разрушений." (с)

Сказки тысячи ночей

Эмили Джонстон

Дворец Ло-Мелхиина – жуткое и в то же время прекрасное место. Несметные сокровища, и удивительные статуи с глазами, молящими о помощи, дивные сады и сотни запуганных слуг – вот что теперь окружает ту, которая рискнула бросить вызов могущественному властелину пустыни. Каждую ночь, ожидая смерти, она рассказывает Ло-Мелхиину новую историю. Каждое утро встречает новый восход. Но надолго ли у нее хватит сил?

— Вам нужна жена, — резюмировала Вера Витальевна и постаралась поймать взгляд собеседника, чтобы передать ему силу своей убежденности. — Женщина, которая каждый вечер будет ждать вас дома, любить и жалеть. И прощать, конечно, за все ваши глупости.
— Фигня, — сказал Половцев, который силой воли заставил себя сосредоточиться и уловить смысл сказанного. Он знал наверняка, что такой женщины не существует.
Вера Витальевна возразила, что никакая это не фигня и что если он любит Майю, он должен с ней объясниться. Причем не откладывая дела в долгий ящик, иначе все это затянется на годы, и вместо вина любви он будет тянуть жиденький компот быстро проходящих удовольствий.

Шоколадное убийство

Галина Куликова

В фонтане городского парка утонул знаменитый рок-музыкант, в собственной ванной погиб авторитетный коллекционер, а в декоративном прудике модного ресторана захлебнулась одна из посетительниц. В трагическую случайность никто не верит, ибо обстоятельства гибели каждой из жертв довольно странные. Для следователей в перспективе — это три очевидных «глухаря». А вот для блестящего аналитика Сильвестра Бессонова — возможность в очередной раз проявить уникальный талант частного сыщика. Преступный...

Неплохая мысль – оставить ее потомкам. Единственный недостаток тщательно продуманного и безупречно осуществленного убийства – в том, что его некому оценить по достоинству. Остается одно утешение, пусть и ребяческое, что имя мое замелькает в газетных заголовках после того, как я умру.

– Я интересуюсь смертью, – неожиданно сказал Крейн. – Вас, я вижу, это удивляет?
– Вашей собственной смертью? – с внезапной тревогой спросил Эллис.
Крейн покачал головой.
– О нет, моя собственная смерть меня вообще не занимает. Не все ли равно, когда и как я умру. Меня занимает смерть женщины.
У Эллиса мороз пошел по коже. Наступила долгая пауза. Наконец Эллис спросил:
– Вы что-то хотели мне рассказать?
Крейн криво усмехнулся.
– Вы заинтригованы? Смерть женщин. Именно это я и имею в виду. Мой интерес, или, как сейчас говорят, хобби, – отнять жизнь у женщины. Я – то, что репортеры называют монстром. Здорово, а?

Хитрый, как лис

Джеймс Хедли Чейз

Ренегат Кашмен, работавший на германском радио во время войны, возвращается на родину с поддельными документами и изменённой внешностью. Оказав помощь глухой девушке, он пускается в бега, и вместе с ней оказывается под приютом богача Крейна, хобби которого — убийства...

Есть детали, которые запоминаются на всю жизнь. И не только запоминаются. Маленькие, как будто незначительные, они въедаются, впитываются как-то в тебя, начинают прорастать, вырастают во что-то большое, значительное, вбирают в себя всю сущность происходящего, становятся как бы символом.
Я помню одного убитого бойца. Он лежал на спине, раскинув руки, и к губе его прилип окурок. Маленький, еще дымившийся окурок. И это было страшней всего, что я видел до и после на войне. Страшнее разрушенных городов, распоротых животов, оторванных рук и ног. Раскинутые руки и окурок на губе. Минуту назад была еще жизнь, мысли, желания. Сейчас — смерть.

– Никто, слышишь, никто на самом деле не знает, какова она – истинная НОРМА.

Куколки

Джон Уиндем

В городе, которым правят религиозные фанатики, убивающие каждого, кто не такой как все, живет группа телепатов. С каждым новым днем им становится все труднее скрывать свой дар, поэтому они решают покинуть родной дом и отправиться в неизведанные края… (© fantlab.ru)

С Блекманом, всегда отличавшимся лихостью моряка и товарищеской преданностью, я подружился, плавая вместе на одном английском корабле...
Сейчас, обрадовавшись встрече со мною и угощению, он важно сыплет в стакан перец и соль, кладет большую дозу горчицы, наливает виски и пиво и все это мешает указательным пальцем. Получается бурая жижица, похожая на дрожжи, называемая английскими моряками «смерчем», а русскими — «стенолазом». Выпивая, он сладко причмокивает

Женщина в море

Алексей Новиков-Прибой

Алексей Силыч Новиков-Прибой — русский советский писатель-маринист, лауреат Сталинской премии второй степени. Творчество писателя развивалось в русле русской реалистической литературы, продолжая традиции классической «морской» литературы. В данное издание вошли четыре повести на морскую тематику: «Море зовет», «Подводники», «Женщина в море» и «Ералашный рейс».

Умение любить подарила Настоящая Мать. Люк верил, что крошечным семечком любовь опускается в сердце каждого человека, родившегося на этой планете. Семечко даёт всходы, и потому люди всё ещё умеют любить, всё ещё не превратились в кровожадных животных. Росточек тоненький и слабый и без поддержки завянет. Что поддерживает росток любви?
Возможно, те песни, которые каждый вечер поёт мать. Возможно, вкус лепёшек и аромат песчаного ветра. Возможно, дружный смех братьев у костра и строгий голос отца, наставляющего сыновей на первой охоте. С каждым днём росток всё крепче, всё сильней, всё выше. И ни в коем случае нельзя позволить горячему богу ветров Хамуру, пригоняющему тучи войны, задушить этот росток.
Люк верил в Настоящую Мать, потому что без веры терялся смысл жизни. Без любви война превращалась в жуткую специальность, и не оставалось ничего, кроме горячего огня и смерти.

Древние города

Варвара Еналь

Вторая книга цикла «Живые. Эра драконов» Варвары Еналь, автора известного постапокалиптического цикла «Живые». Мэши теперь живет среди Всадников, и ее называют Мэй-Си – девушка с душой. Всадника, Владеющая Драконами, посланница Настоящей Матери. Мэй хочет спокойно жить в пустыне, заботиться о мьёках, летать на драконе вместе с Люком, купаться в реке на зеленом острове, но сначала нужно остановить войну, разразившуюся между Городскими и Всадниками. А сделать это можно, лишь узнав тайны...

Короля играет свита.

Против лома нет вампира

Галина Гончарова

Если ваша подруга скажет: «Меня укусил вампир» – что вы скажете в ответ? Лечиться надо? А если у нее на шее укус? Если этот самый вампир требует отдать свою добычу? И угрожает уже вашим родным и близким? Тогда как? Юля Леоверенская решает драться до конца. Найти себе союзников против этого вампира. И сражаться за свою жизнь. А сражаться действительно приходится… А еще, кажется, Юля влюбилась… в вампира. И что прикажете делать?

Я уже давно перестал говорить с людьми о деньгах и об искусстве. Там, где эти категории сталкиваются друг с другом, добра не жди: за искусство либо не доплачивают, либо переплачивают. Однажды я встретил в английском бродячем цирке клоуна, который как профессионал был раз в двадцать выше меня, а как художник раз в десять; этот клоун получал меньше десяти марок за вечер. Звали его Джеймс Эллис, ему было уже под пятьдесят, я пригласил его поужинать - нам подали омлет с ветчиной, салат и яблочные пончики, и Эллису стало нехорошо. За десять лет он еще ни разу так плотно не ел за ужином. С тех пор как я познакомился с Джеймсом, я больше не говорю ни о деньгах, ни об искусстве.

Глазами клоуна

Генрих Бёлль

«Я клоун и собираю мгновения», – говорит о себе Ганс Шнир, нищий артист, «свой среди чужих, чужой среди своих», блудный сын богатого общества крупных буржуа, герой одной из лучших, самых пронзительных и горьких европейских книг ХХ века. Действие впервые опубликованного в 1963 году романа Бёлля, который критики называли «немецким «Над пропастью во ржи», происходит в течение всего лишь одного дня жизни Ганса, но этот день, в котором события настоящего перемешаны с воспоминаниями о прошлом,...

– Ты уж прости, Сема, мы девиц красть не обучены… поперек чести-совести не пойдем…
– Дурачины вы, – говорю, – простофили! Кто ж вас настоящих девиц красть просит? Изловите мне лягушку болотную, я ее живо царевной-красой оберну, ею царю Вахрамею и поклонимся!
Обрадовались Семы, побежали лягушек ловить. Принесли полные карманы – и царевен, и царевичей, на любой вкус. Выбрал я одну лягушечку посмирней да неприглядней, бросил оземь – встала предо мной девица черновласая, в сарафанчике желто-зеленом шелковом, а по нем шитье изумрудное, разводами.
Обошел Муромец вокруг девицы, в затылке поскреб. Хороша, ничего не скажешь, а что лицом зелена малость, так то на немощь желудочную списать можно...
Только Сема нацелился перси на мягкость попытать, девица его хлоп по щеке!
Потер молодец щеку, выдохнул уважительно:
– Как настоящая…

Кому в навьем царстве жить хорошо

Ольга Громыко

Связываться с женщинами – себе дороже! Особенно если это дипломированная ведьма, разъезжающая по белорским лесам и весям в поисках работы, а пуще того – приключений. Но и от Василисы Премудрой ничего хорошего ждать нельзя! И будь ты хоть сам Кощей, брать ее в жены категорически не рекомендуется, иначе горько пожалеешь о своем бессмертии! В общем, спасайтесь, кто может! В противном случае вы рискуете умереть… от смеха.

Она страдала, будто ее всю заглатывает дыра, чувствовала ужасный страх и одновременно проникающее в этот страх странное спокойствие.

Вегетарианка

Ган Хан

Прекрасная и тревожная книга о бунте и табу, насилии и чувственности, а главное – о болезненных метаморфозах души. Ёнхе и ее муж вели самую обычную, размеренную жизнь, пока она не начала видеть кошмары. Сновидения – навязчивые образы крови и жестокости – мучают Ёнхе. Чтобы очистить сознание, она полностью отказывается от мяса. Это лишь маленький акт неповиновения, но он вскрывает непрочность ее брака и запускает цепочку все более странных событий. Отмеченный критиками всего мира роман...

Трудно поверить, что человек говорит правду, когда знаете, что на его месте вы бы солгали.

Для некоторых прошлое — это цепь (каждый день — звено), перекинутая от одного рым-болта к другому, от одного темного места — к предыдущему, а завтра — раб вчера.

Самый тёмный вечер в году

Дин Кунц

Та наполненная ужасом ночь у маяка на берегу океана навсегда осталась в памяти Эми Редуинг. Ночь, когда маяк из символа надежды и спасения превратился в символ убийства, измены и лжи. Её сердце сумело справиться с трагедией и вновь дарить радость людям и тем, кто сумел вернуть её к жизни, — золотистым ретриверам. Но рядом с её миром, где главным чувством была любовь, продолжает существовать вселенная злобы и ненависти. Трагическое прошлое вновь врывается в жизнь Эми. По странной прихоти судьбы,...

То, что у нас получается плохо и доставляет мало радости, не приносит успеха в дальнейшем, даже при больших усилиях.

Сила Интровертов. Как использовать свои странности на пользу делу

Сильвия Лёкен

Как интроверту стать успешным в мире экстравертов? Когда планерки кажутся сущим адом, когда дискуссии с коллегами вгоняют в ступор, а корпоративы лишают сил? Сильвия Лёкен, один из самых известных в мире экспертов по экстраверсии и интроверсии, предлагает набор простых техник, которые не только позволяют сделать пребывание среди людей комфортным, но и помогают превратить странности интровертированного характера в инструменты для достижения успеха. В этой книге вы найдете: • 10 преимуществ и 10...

"Не дай ему выключить свет. Пусть возьмет книгу. Пожалуйста, Господи".
Он навострил уши и услышал шелест переворачиваемой страницы.
"Спасибо, Господи. Ты сокровище".

Лжец

Стивен Фрай

Если исходить из названия романа, то «Лжец» должен повествовать о лжеце, но если вспомнить о том, кто написал его, то все уже не так однозначно. Стивен Фрай, талантливый актер и писатель, как никто умеет мешать правду с вымыслом, подменяя одно другим. Эйдриан Хили – неисправимый лгун и законченный циник. Это с одной стороны. А с другой, он – изощренный выдумщик и тонкий наблюдатель. Эйдриан лгал всегда. Сначала в частной элитной школе, где изводил надутых преподавателей – чтобы расцветить убогое...

Большей частью приударял он за зрелыми женщинами, способными поддержать в делах, завоевывая их тем, что на свое толстогубое лицо с пещерными надбровными дугами напускал мальчишеское очарование и вкрадчивое жеманство.

Дьяволина Горького

Дёрдь Шпиро

Роман известного венгерского прозаика и драматурга Дёрдя Шпиро построен как фиктивные воспоминания Липы – Олимпиады Дмитриевны Чертковой (1878–1951), свидетельницы жизни Горького на протяжении десятилетий, медсестры и его последней любимой женщины (Дьяволина – ее итальянское прозвище, полученное в Сорренто). Удачно найденная форма позволила показать всемирно известного писателя глазами близкого ему человека изнутри его многолюдного дома, в котором, наряду с домочадцами, любовницами и...