Я попросил одного десятиклассника объяснить мне систему, которой придерживается их учитель. Мальчик продемонстрировал мне математический справочник, где были представлены основные понятия из учебной программы. Эти понятия были тематически организованы в определенной последовательности, от базовых до самых продвинутых, и под каждой категорией имелся список задач и примеров для тренировки. Кроме того, в справочнике имелись ключи, следуя которым можно было объективно оценить свои знания.
В задних рядах я заметил двух мальчиков в бейсболках, которые сидели за компьютерами. Я пристроился рядом и обнаружил, что они смотрят на YouTube видео, не имеющее никакого отношения к математике, — поединок по вольной борьбе. Меня несколько удивило, что ребята даже не пытаются скрыть это от меня, и я спросил, неужели им действительно предоставляют столько свободы. Один из мальчиков ответил, что преподаватель доверяет им самим решать, что лучше делать в тот или иной конкретный момент. По словам подростка, прямо сейчас у него не было настроения заниматься математикой, а хотелось зависнуть на YouTube. Ну и что здесь такого? Ведь работу, которую он не сделал на уроке, можно выполнить и дома.
Усердный труд еще никого не портил.
Если окружить себя правильными людьми, то даже недостатки превращаются в особенности, над которыми можно хорошенько посмеяться.
Власть развращает. А абсолютная власть развращает абсолютно
Но ведь отчаявшийся бог — это же человек…
Ты себя размениваешь на дешевок, ну так не удивляйся, что к тебе потом и прикасаться-то противно!
- Я всегда хотела ей только добра…
— С добром нужно быть осторожнее. Не все умеют его ценить.
-Трус, ты только и знаешь, что ускользать, красться, удирать и прятаться! -Это называется "применять интеллект"
Города переполнены людьми, дома — жильцами, отели — приезжими, поезда — пассажирами, кафе — посетителями, улицы — прохожими, приемные знаменитых врачей — пациентами, курорты — купальщиками, театры — зрителями (если спектакль не слишком старомоден). То, что раньше было так просто — найти себе место, теперь становится вечной проблемой."Восстание масс"
Если вам не доводилось видеть деловито суетящегося по хозяйству циклопа в цветастом фартучке с нагрудником и резиновых хозяйственных перчатках, то поверьте мне, это зрелище может и мертвого поднять на ноги.
Вампиры испытывают к своим жертвам горячую привязанность, напоминающую любовную страсть. Преследуя объект своего вожделения, вампиры проявляют неистощимое терпение и идут на разнообразнейшие уловки. Вампир никогда не отступит, не утолив своей страсти, и вместе с кровью высасывает из жертвы саму жизнь. Иногда вампир с утонченностью эпикурейца холит и бережет предмет своего обожания и достигает цели после долгих нежных ухаживаний. В этих случаях он, похоже, питает к жертве что-то вроде симпатии или сердечной привязанности. Чаще всего же он идет к своей цели напрямик, применяет силу и высасывает из жертвы всю кровь в один присест, устраивая себе чудовищный пир.
– Я видел вас у конфессионала… Я нарочно не вышел из сакристии. Вы – интеллигентная женщина! Как вам не стыдно! Какие могут быть у вас грехи?.. Влюбились? Собираетесь влюбиться? Ну, и на здоровье! А исповедь – это переливание из пустого в порожнее! Я вас исповедывать не стану.
– Господи, какое блаженство… Ты меня слышишь? – крикнула я.
– Ты это мне или господу? – отозвался Феликс.
– Тебе.
– Я слышу хорошо.
Не бывает хороших любовников и плохих любовников. Есть любовники желанные и нежеланные.
...даже в безнадежности всегда есть надежда.
Если мы мало имеем и мало хотим, если мы все одинаковы, мы никому не завидуем. Я пытаюсь полюбить это.
Доказывающий неправ, правый не доказывает.
..жадноглазые дамы, увешанные ожерельями и колье.
Люди смотрят на нее еще минутку. Пожимают плечами. Начинают расходиться, снова натягивая на себя оболочки непричастности и равнодушия улицы.
Ведь если вам нужна какая-нибудь свобода, то моментально появляется перед вами «зеленый» блюститель порядка, и хлоп вас по башке, а если вы подымете крик: Позвольте, что такое, в конституции значится то-то и то-то!, он рявкнет: Молчать! Цыц!, и он совершенно прав; он знать не знает никакой конституции, а знает только свой устав, и ему дана в руки дубинка, а вам приказано держать язык за зубами
Юлька!
Слушай мою таблицу умножения. Дважды два будет четыре, а трижды три — девять. А я тебя люблю. Пятью пять, похоже, — двадцать пять, и все равно я тебя люблю. Трижды шесть — восемнадцать, и это потрясающе, потому что в восемнадцать мы с тобой поженимся. Ты, Юлька, известная всем Монголка, но это ничего — пятью девять! Я тебя люблю и за это. Между прочим, девятью девять — восемьдесят один. Что в перевернутом виде опять обозначает восемнадцать. Как насчет венчального наряда? Я предлагаю серенькие шорты, маечку-безрукавочку, красненькую, и босоножки рваненькие, откуда так соблазнительно торчат твои пальцы и пятки. Насчет венчального наряда это мое последнее слово — четырежды четыре я повторять не буду. В следующей строке Учись хорошо — на четырежды пять! Не вздумай остаться на второй год, а то придется брать тебя замуж без среднего образования, а мне, академику, — семью восемь, — это не престижно, как любит говорить моя бабушка. А она в этом разбирается. Так вот — на чем мы остановились? Академик тебя крепко любит. Это так же точно, как шестью шесть — тридцать шесть. Ура! Оказывается, это дважды по восемнадцать! Скоро, очень скоро ты станешь госпожой Лавочкиной. Это прекрасно, Монголка! В нашем с тобой доме фирменным напитком будет ром. Открытие! Я ведь тоже — Ром! Юлька! У нас все к счастью, глупенькая моя, семью семь! Я люблю тебя — десятью десять! Я тебя целую всю, всю — от начала и до конца. Как хорошо, что ты маленькая, как жаль, что ты маленькая. Я тебя люблю Я тебя люблю
Твой Ромка.
Угу, и прям со звезды на меня мужик упадет. Или того хуже – мужик-звезда. Вон, у сестры муж как раз из таких. Лежит звездой на диване и только райдер выкатывает: я сегодня желаю отбивную, а завтра пива с раками.
Бросить курить до смешного просто. Вам нужно сделать только две вещи:
1. Примите решение, что никогда больше не будете курить.
2. Не впадайте по этому поводу в депрессию. Радуйтесь!
В нашей семье нет секретов.
Я смеюсь.
- В нашей семье вагон секретов.
- Нет. Мы лжем. В семье ложь необходима. Иначе мы не смогли бы смотреть друг другу в глаза. Но поверь мне, секретов у нас нет.
– Почему она не плачет? – спросил Ваня. – Потому что женщины умнее мужчин. Это ты чуть что в слезы. А она знает, что силы для жизни надо беречь.